Пользовательский поиск

Книга Когда правит страсть. Переводчик Перцева Т.. Содержание - 5 глава

Кол-во голосов: 0

— Это имя ничего для меня не значит, — раздраженно бросила она. — Нельзя ли подробнее?

Он укоризненно покачал головой:

— Знаешь. Тебя этому учили. Твой отец — Фредерик Стиндал, правящий монарх Лубинии.

После всех потрясений, свалившихся на нее, эти слова были бальзамом на душу, потому что доказывали нереальность происходящего. Она даже рассмеялась:

— Все это было глупой шуткой, верно? Испытываешь мою стойкость, мою доверчивость? Очевидно, я не выдержала испытания и опозорилась, к моем величайшему сожалению. Господи, какое облегчение. Ты здорово меня разыграл!

Она хотела еще что-то сказать, но взглянула на него и осеклась. Поппи даже не подумал улыбнуться, а лицо его было абсолютно серьезным.

— Мне нелегко далось это решение. Несколько недель я боролся с желанием промолчать. Я всегда знал, что когда-нибудь мне придется отвезти тебя к отцу и объявить о твоем происхождении, но только если это будет для тебя безопасно. И меня бесит то, что ты до сих пор находишься в опасности! И все же полученные новости требуют твоего возвращения.

Алана снова вскочила.

— Нет! Я не оставлю жизнь, которую люблю! Не оставлю!

— Алана, сторонники старого режима и покойного короля Эрнеста стараются низложить твоего отца. Подстрекают недовольных на мятеж, распространяют лживые известия о том, что король болен и вскоре может умереть, не оставив законного наследника. Может начаться война. Если...

Слезы потекли по щекам Аланы.

— Прекрати! — рассерженно вскричала она. — Я больше ничего не желаю слышать! Как ты можешь просить о таком, если безразличен к этой стране точно так же, как я! Да и зачем тебе нужна Лубиния? Ты... ты наемный Убийца! О Боже!

5 глава

Алана выбежала из кабинета Поппи и заперлась в своей комнате. Он пошел за ней. Но она слишком громко плакала, чтобы услышать просьбы впустить его, и наконец стук в дверь смолк.

Она хотела одного: проснуться и беспокоиться только насчет лорда Адама Чапмена и его намерений, а также о своем лондонском дебюте, но все это казалось теперь таким пустым и ничтожным, а ведь она хотела посвятить жизнь преподаванию. Слезы не переставали течь. И она все не просыпалась. Кошмар стал реальностью.

Поппи всю жизнь ей лгал. Как он мог подумать, что она поверит всему, что он ей наговорил?! Но она поверила в то, что Поппи — наемный убийца. Хотя пыталась все отрицать! Так усердно пыталась! Но он не наговорил бы столь ужасных вещей, не будь это правдой. И все же должна быть другая причина, по которой он хочет отвезти ее в Лубинию. Может быть, Алана была помолвлена еще с колыбели и теперь жених требует свою невесту?! А Поппи, должно быть, специально изменил всю историю, когда она не скрыла пренебрежения к родной стране и нежелание выходить замуж за соотечественника. Но принцесса? Ему следовало знать, что она не поверит подобным выдумкам!

— Алана, открой! — позвала Аннетт. — Я принесла ужин!

Алана молча уставилась на дверь, после чего подошла и прижалась к ней мокрой щекой.

— Вы одна?

— Разумеется! Почему бы мне не быть одной?

Алана поспешно вытерла щеки и открыла дверь. И сразу же отбежала к бюро. Она еще не убрала пистолет. И теперь незаметно вытащила его из кармана и уронила в ящик. Так глупо, что Поппи требует от нее постоянно носить оружие только потому, что она умеет им пользоваться!

Но карман остался тяжелым. Она совсем забыла о фигурке, подаренной Генри. Как же давно это было!

Она поставила солдатика на бюро, рядом с фигуркой молодой леди. Генри был так талантлив, что деревянная статуэтка походила на Алану в одном из зимних платьев, только без шляпки. Генри...

Глаза Аланы снова наполнились слезами. Увидит ли она когда-нибудь дорогое дитя? Или теперь Поппи запретит ей посещать приют?

— Вы поссорились? — спросила Аннетт, ставя поднос на низенький столик около дивана. — Впервые вижу твоего дядю таким расстроенным! Должно быть, причина очень серьезна.

Судя по всему, Аннетт тревожится. Но Алана придержала язык. Не будет она делиться ни с кем столь ужасающими откровениями! Никогда.

— Пойдем, я принесла ужин и себе. Поедим вместе. Будем держать тарелки на весу. Хорошая практика для балов, которые ты будешь посещать. Иногда хозяйки угощают гостей, не усаживая их за стол. А-ля фуршет.

Теперь Аннетт старается ее развеселить! Какие там балы? Алане, возможно, придется покинуть и этот дом. Нельзя оставаться здесь, зная правду о прошлом Поппи! Она обратится к лорду Чапмену. Если она не ошибается насчет его намерений, возможно, стоит ускорить период ухаживания. Ей наверняка удастся придумать какой-то подходящий предлог, чтобы сократить проволочки.

— Алана, пожалуйста, поговори со мной. Я постараюсь помирить тебя с дядей. Вы еще посмеетесь над тем, что так глупо себя вели!

— Вряд ли я когда-либо смогу рассмеяться.

Это она сказала себе. Даже не глядя на Аннетт. И та не должна была расслышать ее. Но почему-то расслышала.

— Надеюсь, дело не в Адаме?

Аннетт вспыхнула.

Какая она хорошенькая! Мужчинам следовало бы драться за честь стать ее вторым мужем, сразу после того как умер первый... ну хотя бы после того, как закончится траур.

— Потому что я знаю, что он затеял, — призналась Аннетт. — Делал вид, будто ухаживает за тобой, пытаясь заставить меня ревновать. Я надеялась, что он прекратит эти глупости, чтобы не пришлось рассказывать тебе правду.

— Это Поппи просил вас сказать это? — с подозрением спросила Алана.

— Разумеется, нет. Но твой дядя в курсе ситуации. Я вынуждена была сказать ему, да и тебе следовало открыть правду раньше. Садись, и позволь мне объяснить.

Еще откровения, она и так уже утопает в них!

Но Алана села рядом с Аннетт. И даже подняла свою тарелку. Конечно, будет благоразумнее всего поесть, но как она может есть, будучи в таком смятении чувств? Неужели теперь придется забыть о лорде Чапмене!

— Ты знаешь, что я потеряла родителей, — начала Аннетт. — Моей кузине пришлось взять меня в свой дом, но это было ей не по душе. Она едва терпела меня, и когда я повзрослела, стала давать балы в надежде поскорее сбыть меня с рук. На одном балу я и встретила Адама. И немедленно влюбилась. Он отвечал на мои чувства.

— Почему же вы не поженились?

— Я считала, что поженимся, и была так счастлива! Но потом он заявил, что слишком молод для брака. Я была вне себя от ярости. Мы ужасно поссорились. Он разбивал мне сердце, отказываясь брать на себя ответственность. И я не могла дожидаться, пока он образумится. Даже если и хотела бы: кузина настаивала, чтобы я приняла первое же предложение.

— Поэтому вы вышли за лорда Хансена?

— Да, за человека, который даже мне не нравился. И я безмерно страдала, потому что любила другого. Но муж умер меньше чем через год после свадьбы, а его родственники указали мне на дверь, когда явились, чтобы растащить по кускам его поместье. Кузина отказалась брать меня к себе. Я была вынуждена искать работу, но никто меня не нанимал: молодость и красота были препятствием в глазах лондонских хозяек. Я сбывала все ценные вещи, чтобы не умереть с голоду. Твой дядя нашел меня плачущей в парке. Я продала последнее платье, и впереди меня ждала не только нищета, но и кое-что похуже. Он тихо спросил меня, что случилось, а потом предложил работу. Он вернул мне достоинство и присутствие духа. Спас меня, и я всегда буду невыразимо ему благодарна.

Алана не желала слушать истории о доброте Поппи. Все это притворство! Алана никогда не посмеет признаться окружающим, что ее воспитал наемный убийца! Аннетт понятия не имеет, о чем говорит! Основатель приюта, спаситель несчастных леди, человек, изменивший свою жизнь, чтобы уберечь младенца от людей, желавших ее смерти... нет! Ложь, все ложь! Чему ей отныне верить?

Слезы снова полились по щекам. Аннетт увидела их, но не так поняла.

8
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru