Книга Дорогая Жасмин. Переводчик Перцева Т.. Содержание - Глава 20

— Возможно, тоже в Эдинбурге, Джефф. Вряд ли он решит, что Сен-Дени повез меня в Лей. Лесли, вероятно, посчитают, что он движется к границе, и оповестят своих друзей.

— Я останусь здесь, — решил Джефф, — и буду охранять тебя. Юан поскачет в Эдинбург, найдет графа и сообщит, что маркиз все еще в Лее, если только не сбежал, опасаясь за жизнь, а ты спаслась.

— Я так устала, — шепнула Жасмин, и веки ее сами собой опустились.

Джеффри уложил ее на койке и тихо велел сыну:

— Иди к портовому инспектору и передай, что капитану О'Флаерти нужна лошадь. Поезжай по дороге, ведущей из Лея в Эдинбург. Это недалеко.

— Но как же мне найти графа? — недоумевал мальчик.

— Узнай, как добраться до Гленкирк-Хаус, — сонно пробормотала Жасмин. — Это рядом с Кэннонгейт, на боковой улице.

Юан О'Флаерти послушно отправился к смотрителю порта и попросил одолжить лошадь.

— Я должен ехать в Эдинбург, к самому графу Гленкирку, — важно заявил мальчик.

— Его светлости нет в городе, парнишка, — сообщил смотритель. — Он здесь, в Лее. Сегодня вечером посылал за мной, чтобы спросить, какие суда выходят в море ночью или утром. Потом он и его люди спустились к причалу и обыскали те два корабля, что отплывали с вечерним приливом.

— О, сэр! — взволнованно воскликнул Юан, — не скажете ли вы, где сейчас граф? Дело крайне важное!

— Наверное, в кабачке «Русалка», что рядом с пристанью! Где же еще? — ответил смотритель, показывая в темноту скрюченным пальцем.

— Спасибо, сэр, — поблагодарил подросток и помчался в «Русалку».

— Я ищу графа Гленкирка, — запыхавшись, произнес он, влетая в таверну. — Он здесь?

Джеймс Лесли, сидевший за столом вместе с тестем, дядей и стражниками, медленно поднялся.

— Что тебе, парень?

Юан поспешил к нему и вежливо поклонился, как учила мать.

— Мой отец, капитан О'Флаерти, просит позволения поговорить с вами, ваша светлость, по неотложному делу.

— А кто этот капитан О'Флаерти? Я его не знаю!

— Он внук моей прабабушки, — пояснил мальчик, — с ней вы хорошо знакомы.

— И кто же твоя прабабка? — улыбнулся граф.

— Леди де Мариско, — ответил Юан, но тут же в испуге сжался при виде ошеломленного лица графа.

— Иисусе, парень! Что же ты сразу не сказал? Скорее отведи меня к отцу.

— Мы пойдем с тобой на случай, если это ловушка, — заявил Адам Лесли, знаком приказав спутникам следовать за ним.

Уже через несколько минут мужчины поднимались по сходням «Лорда Адама». Заслышав стук кованых сапог, капитан выскочил из каюты со шпагой в руках.

— Нет, отец! — вскрикнул мальчик. — Это граф Гленкирк! Он приехал в Лей, и смотритель объяснил, где его найти.

Джеффри О'Флаерти сунул оружие в ножны и протянул руку Джеймсу Лесли.

— Жасмин в моей каюте, — сказал он, зная, какая тревога снедает графа.

Джеймс кивнул и, протиснувшись мимо капитана, вошел в каюту. Жасмин мирно спала, свернувшись клубочком на койке. Он подошел к ней и нежно поцеловал в щеку.

— Дорогая Жасмин! Я пришел забрать тебя домой. Бирюзовые глаза медленно открылись и радостно блеснули.

— Джемми! Я знала, что ты меня найдешь!

Глава 20

Они благополучно вернулись в Гленкирк-Касл. О Пирсе Сен-Дени не было ни слуху ни духу: он словно исчез с лица земли. Его не удалось разыскать ни в Англии, ни в Шотландии. Брок-Кэрн и Адам Лесли не поленились вернуться в заброшенный домишко, где маркиз держал в плену Жасмин. Там никого не оказалось, однако на столе стоял кувшин с вином, черствый каравай и кусок сыра. Ни к еде, ни к вину никто не притрагивался. Поняв, что Жасмин сбежала, Сен-Дени оставил припасы и пустился в погоню. Но, не найдя ее, исчез сам.

Джордж Вилльерз, с честью выполнив свою миссию, отправился в Англию, счастливый уже тем, что навеки устранил единственного соперника. В начале года король по настоятельной просьбе королевы даровал ему титул графа Бакингем. Кроме того, его величество объявил Киппа Сен-Дени законным наследником на основании того, что предыдущий маркиз Хартсфилд вырастил его наравне с другим сыном и дал свое имя. Киппу были пожалованы наследственный титул и поместье, как перворожденному сыну.

Новоявленный маркиз скоро стал любимцем королевы, поскольку, следуя примеру Вилльерза, уделял ей много времени и был неизменно любезен и почтителен. Ее величество, твердившая, что добросердечному и простодушному Киппу пришлось много вынести от порочного негодяя брата, нашла ему подходящую жену, любимую, хотя и побочную дочь одного из знатных дворян, наделившего ее богатым приданым. Новобрачная искренне радовалась своей удаче, а Кипп, в свою очередь, был доволен женой.

Король проводил зимние месяцы в мечтах о визите в Шотландию, но и семья, и советники не одобряли его намерений. Тем не менее он послал гонца с приказом подготовить Холирудский дворец и известил Жасмин и Джеймса Лесли, что они должны быть в Эдинбурге к его приезду. Король решил также, что его станут сопровождать королева и принц Чарлз.

— Когда он приезжает? — спросила Жасмин.

— Должно быть, в середине июля, — озабоченно ответил муж. — Насколько я знаю их величества, в августе и сентябре они захотят поохотиться. Однако тронутся в путь в начале июня.

— И каждое знатное семейство по пути следования будет с душевным трепетом ожидать их прибытия, — рассмеялась Жасмин. — Особенно если король путешествует со всем двором. Принимать монарха — удовольствие дорогое, даже если он остановится всего на одну ночь. Бабушка рассказывала, что газоны в Королевском Молверне удалось привести в прежнее состояние едва ли не через год после визита старой королевы. Правда, когда родился малыш Чарли, король и королева приезжали всего лишь с не большим эскортом.

— Я счастлив, что нам не придется принимать королевское семейство, — заметил Джемми. — Джейми не отважится и шагу сделать в Северное нагорье.

— Но где же он станет охотиться? — удивилась Жасмин.

— В Холируде специально для него держат свору гончих. Там он чувствует себя в безопасности. — Джемми поцеловал жене руку. — Ты становишься еще прелестнее, когда носишь мое дитя.

— Только в Холируде? — настаивала Жасмин.

— Возможно, в Фолклендсе и Перте. Скажи, дорогая Жасмин, у нас снова будет сын? Помнится, ты обещала мне троих.

Он положил руку ей на живот.

— На все воля Божья, — засмеялась она, — но малыш уже ведет себя как настоящий сорванец и родится как раз перед приездом короля, что даст мне время немного оправиться от родов и похудеть, а тебе — накупить для жены роскошных нарядов. Не могу же я опозорить тебя перед всем двором нищенскими лохмотьями!

— А я думал, что ты не любишь придворной жизни, — удивился Джемми.

— Я имела в виду английский двор, но король велел нам быть в Эдинбурге, и не вижу причин, почему бы нам недолго не пожить в городе.

— Но это означает, что ты не сможешь провести лето в Англии.

— Как и мама с Брок-Кэрном, — пожала плечами Жасмин. — Мы пригласим бабушку в Гленкирк. Ей здесь нравится, и кроме того, ты к ней неравнодушен.

— Каюсь, — нарочито вздохнул Джемми. — Вижу, вы все уже рассчитали, мадам. Намекните, во сколько мне обойдутся новые туалеты.

— В целое состояние! — торжествующе заявила Жасмин и хотела добавить еще что-то, но Джеймс сжал ее в объятиях и принялся осыпать поцелуями. Жасмин казалось, что она в жизни не была так счастлива. После побега от Сен-Дени ее несколько недель мучили кошмары. Сначала у Жасмин не хватало сил подробно рассказать Джемми, что случилось. Она лишь сбивчиво заверила мужа, что ее не изнасиловали, но при воспоминании об ужасном унижении, которое пришлось претерпеть от рук Сен-Дени, сердце щемило от горя. Большего позора ей не приходилось испытывать. Синяки и рубцы зажили быстро, но в душе остались незаживающие раны.

Наконец Жасмин во всем призналась мужу, утаив только одно: она так и не смогла заставить себя поведать, как Сен-Дени вынудил ее встать перед ним на колени и ласкать ртом. Джеймсу Лесли ни к чему это знать: если же когда-нибудь они столкнутся лицом к лицу с негодяем и тот станет похваляться своей победой, она просто-напросто заявит, что все это наглая ложь. Жасмин сделала все, чтобы спасти свою жизнь, но поймет ли это Джемми? Нет, нельзя рисковать безмятежностью супружеского счастья.

77
© 2012-2017 Электронная библиотека booklot.ru