Пользовательский поиск

Книга Просто неотразим. Переводчик Павлычева Марина Л.. Содержание - Глава 14

Кол-во голосов: 0

Закрыв глаза, Джон дал себе волю. Он ответил на ее крик восторженным стоном. Он вошел в нее в последний раз и кончил, чертыхаясь, как самый настоящий хоккеист.

Глава 14

Сидя на краю кровати, Джон надевал серебристо-голубые кроссовки. Его спальня напоминала поле битвы. Простыни сбились в ком, одеяло и подушки валялись на полу. На туалетном столике стояли грязные тарелки с недоеденными сандвичами. Картина, купленная им у местного художника, лежала на полу в обломках рамы.

Завязав шнурки, он встал. В комнате еще стоял их с Джорджиной запах, запах секса.

«Дикая». Именно с этим словом у него ассоциировалась прошедшая ночь. Наполненная диким сексом с красивой дикаркой. Только жизнь от этого не становилась лучше.

Потому что имелась одна проблема. Джорджина не была просто красивой дикаркой. Она не была девушкой, с которой он периодически встречался. Не была она и его подружкой. И естественно, не была она и одной из тех, кому просто надо переспать со знаменитым хоккеистом. Она была матерью его ребенка. И это здорово все осложняло.

Джон вышел в коридор. Проходя мимо спальни для гостей, он остановился и заглянул в приоткрытую дверь. Глаза Джорджины были закрыты, дыхание казалось ровным и легким. Она спала в ночной сорочке, застегнутой до самого горла. А всего четыре часа назад она, забравшись в джакузи, изображала из себя королеву родео. Джону особенно понравилось, как она, сидя на его члене и двигая бедрами, со своим неподражаемым южным акцентом шептала его имя.

Заметив какое-то шевеление позади Джорджины, Джон перевел взгляд на Лекси. Он увидел, что она поворачивается на другой бок. Осторожно отступив в коридор, Джон направился к лестнице.

Этой ночью Джорджина приоткрыла ему окошко в свое прошлое, позволила ему увидеть маленькую закомплексованную девочку и тем самым добавила еще один ракурс к его взгляду на нее взрослую. Вряд ли она намеревалась что-либо изменить. И естественно, она не стремилась повлиять на его мнение о ней. Однако это произошло.

Джон вошел в кухню и открыл холодильник. Взяв йогурт с высоким содержанием протеинов и углеводов, он хорошенько встряхнул бутылку, отвинтил крышку, а затем нажал кнопку перемотки на автоответчике. Прибавив громкость и привалившись бедром к столику, он завтракал и слушал сообщения. Первое было от Эрни. Пока дед, как обычно, ворчал по поводу необходимости общаться с автоответчиком, Джон думал о Джорджине. Он вспоминал, как она рассказывала о своей матери. Как посмеивалась над попытками бабушки выдать ее замуж. Как называла глупостью мечты об отцовской любви. Было ясно, что она многого ожидала от жизни, но ее ожидания не оправдались. Автоответчик пискнул, и в кухне зазвучал голос Дуга Хеннесси, агента Джона. Дуг извещал Джона о том, что договорился о встрече с «Бауэром», так как нужно поговорить с ребятами, которые делали ему на заказ коньки, и понять, почему вдруг и прошлом сезоне ботинки стали натирать. Джон всегда катался в «бауэрах». И будет кататься. Он не настолько суеверен, как некоторые ребята в команде, но все же достаточно суеверен, чтобы устранить проблему, а не менять производителя.

Автоответчик выключился. Джон бросил пустую бутылку из-под йогурта в мусорную корзину и вышел из кухни. Терраса и пляж под домом были окутаны туманом. Бледные лучи утреннего солнца пронзали туман и проникали в гостиную через широкое окно.

Прошлой ночью в этом окне он видел отражение Джорджины. Он видел, как, освобождаясь от одежды, открывается ее красивое тело. Как страсть смягчает ее черты и заволакивает взгляд. Он в отражении видел, как его руки гладят ее нежную кожу, как его ладони обхватывают ее грудь.

Джон вышел на террасу и сбежал вниз по лестнице к пляжу. Он старался не топать, чтобы не разбудить Джорджину. Знал, что после этой дикой ночи ей нужно отдохнуть.

А ему – подумать. Ему нужно осмыслить то, что произошло, и решить, что теперь делать. Он не может избегать Джорджину, да ему этого и не хочется. Она нравится ему. Она заслужила его уважение тем, что столь многого добилась в жизни. Сейчас он лучше узнал ее. Теперь Джон понимал, почему семь лет назад она не рассказала ему о Лекси и уже не так переживал из-за этого.

Однако не переживать и любить – это совершенно разные вещи. Да, Джорджина ему нравится. А на большее он, по всей видимости, не способен. Он уже дважды был женат, но не любил ни одну женщину.

Люди часто путают секс с любовью. А он никогда. Это два абсолютно разных понятия. Он любит деда. Любит мать. Любовь, которую он испытывает к своим детям – сначала к Тоби, а теперь к Лекси, исходит из глубин его души. Однако он никогда не испытывал любви к женщине, такого чувства, которое сводило бы его с ума. Джону хотелось надеяться, что и Джорджина понимает разницу между любовью и сексом. Иначе иметь с ней дело будет очень тяжело.

Не надо было распускать руки прошлой ночью, но в обществе Джорджины Джон не мог поступать разумно. Он может давать себе любые указания, однако ему известно, что эти указания он не выполнит.

Оказавшись на плотном мокром песке, Джон, продолжая размышлять, занялся комплексом упражнений по растягиванию мышц.

Их отношения и так напряженные, так зачем добавлять лишние сложности. Джорджина – мать его ребенка, и он не должен допускать, чтобы у него в голове появлялись грязные мысли. Надо контролировать себя. Ведь он спортсмен, привыкший к дисциплине. Поэтому он справится.

А если не справится.

Джон опустил одну ногу и поднял другую. Он обязательно справится. Ему не следует даже думать о неудаче.

Джорджина сладко зевнула, наливая молоко в миску с разноцветными колечками «Фрут лупе». Заправив прядь волос за ухо, она пересекла кухню и поставила миску на стол.

– А где Джон? – спросила Лекси, берясь за ложку.

– Не знаю.

Джорджина села напротив дочери, запахнула полы халата, оперлась локтями на стол и положила голову на сложенные ладони. Она чувствовала себя ужасно уставшей, все мышцы болели. Так они болели у нее только тогда, когда она в прошлом году три раза сходила на занятия аэробикой.

– Наверное, опять бегает.

Лекси набрала в ложку пропитавшиеся молоком колечки и отправила их в рот. Зеленое колечко упало ей на пижаму, на которой была изображена принцесса Жасмин. Она подобрала его и бросила в миску.

– Наверное, – согласилась Джорджина, удивляясь, зачем Джону понадобилось тренироваться после вчерашней ночи.

Они занимались любовью в разных местах, а закончили грандиозным финалом в джакузи. Она намылила его всего, с ног до головы, а потом медленно смывала мыло и целовала. Он же в ответ слизывал с нее капли воды. В общем, можно сказать, что они устроили себе хорошую разминку. Джорджина прикрыла глаза и стала вспоминать его сильные руки и рельефную грудь. Она представляла, как прижимается к его могучей спине и, обхватив его руками, ласкает его член, и в ней поднималось желание.

– Наверное, он скоро вернется, – сказала Лекси, жуя колечки.

Джорджина очнулась. Образ Джона исчез, уступив место реальности, в которой Лекси с чавканьем поглощала разноцветные колечки.

– Пожалуйста, ешь с закрытым ртом, – автоматически напомнила ей Джорджина.

Неожиданно ей стало стыдно. Неприлично думать о таких фривольных вещах в присутствии невинного ребенка. Да и вообще это никуда не годится – представлять голого мужчину перед чашкой утреннего кофе.

Джорджина подошла к шкафчику и достала кофе «Стар-бакс». Благодаря Джону она впервые за долгое время почувствовала себя истинной женщиной. Он смотрел на нее голодными глазами, и она ощущала себя желанной. Он подарил ей удивительное наслаждение. В его руках она превращалась в женщину, уверенную в своей сексуальности. Впервые за долгое время она любила свое тело и была уверена в себе.

И все-таки секс с Джоном был ошибкой. Джорджина поняла это в тот момент, когда, прощаясь с ней у порога гостевой спальни, он поцеловал ее в последний раз. Она почувствовала это сердцем. Джон не любит ее. Сознавать это ей было очень больно. Но ведь она с самого начала знала, что Джон не любит ее.

49
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru