Пользовательский поиск

Книга Мистерия убийства. Переводчик Косов Глеб Борисович. Содержание - Глава 18

Кол-во голосов: 0

Через пять минут я увидел её. Эмма торопливо шагала к своей машине. Я, сообразив, что выступившая из тени фигура способна напугать кого угодно, двинулся к автомобилю. Вначале, чтобы оправдать своё присутствие рядом с машиной, я хотел открыть багажник, но передумал и поднял капот. Похоже, это была ошибка.

Эмма достала ключи и, прежде чем открыть дверцу, бросила в мою сторону усталый взгляд.

Я замер, словно меня разбил паралич.

Она села в машину, опустила стекло и включила зажигание. Двигатель был неважно отрегулирован, делая на холостом ходу слишком много оборотов. К тому времени, когда я, взяв себя в руки, смог двигаться, она уже застёгивала ремень безопасности. Я подошёл к ней и произнёс, подняв руку:

— Простите…

— Извините, но я очень тороплюсь.

— Подождите, — сказал я и тоном профессионального репортёра выпалил: — У нас с вами одна и та же трагедия!

Эта заранее отрепетированная фраза звучала нелепо даже для моего уха. Эмма сдвинула брови с таким видом, словно пыталась в уме перевести слова с плохо знакомого ей иностранного языка.

— Меня зовут Алекс Каллахан… — Теперь я говорил так быстро, что проглатывал слова. — Вы, наверное, видели это в новостях. Моих детей, Кевина и Шона, похитили. Ваша трагедия, Эмма, закончилась, а моя продолжается. Мне нужна ваша помощь. Мне нужен…

Я думаю, что решающую роль сыграло упоминание её имени. Всё, что я говорил до этого, не произвело на неё ровным счётом никакого впечатления. Но прозвучало имя, которым она ныне не пользовалась.

До Эммы вдруг дошло, о чём идёт речь, и в её глазах я увидел ужас. Машина рванулась с места, выбросив из-под задних колёс фонтаны гравия.

Все! Я провалил дело.

Но паники я не испытывал, поскольку она в любом случае не могла от меня скрыться. Однако в этот момент я был не в силах ни двигаться, ни даже дышать. Казалось, меня придавливала к земле сама атмосфера — плотная и тяжёлая. И, когда она вернулась, я стоял на том же месте.

Эмма остановила машину и открыла дверцу. В салоне автомобиля вспыхнул свет, и в этой иллюминации она была мне хорошо видна.

— Простите меня, — сказала она. — Я очень перед вами виновата. В этом деле так много негатива, что я — единственный человек, который мог вас по-настоящему понять и посочувствовать, — делала все, чтобы остаться в стороне…

Конец фразы повис в воздухе, и она некоторое время молчала. Шум на скоростной дороге становился громче. Движение набирало силу.

— А когда я по телевизору увидела… ваших мальчиков… о Боже, — судорожно вздохнула Эмма, — я сразу поняла, что это — он. Я знала это. И я подумала… Знаете, что я подумала?.. — Её голос снова сорвался. Эмма вздохнула и с трудом выдавила: — Я подумала: «Как хорошо, Господи, теперь он к нам не вернётся». — Подавив готовое вырваться рыдание, она прошептала: — Простите меня.

— Послушайте, — начал я, — всё о'кей, я пони…

— Нет, — оборвала меня Эмма, — совсем не о'кей. Мне так стыдно! Дело в том, что, когда мальчики объявились в Юрике, все, как я думала, должны были страшно обрадоваться. Но на деле всё оказалось не так. Конечно, было много шума о чуде и всем таком прочем, но для них этого было мало. Сказки со счастливым концом хватило… лишь на сорок восемь часов, после чего они вновь начали обсасывать нашу трагедию, соревнуясь в том, кто изложит её отвратительнее и грязнее. Мне было так трудно. Дети вернулись, а их у меня снова отняли.

— Не могу поверить.

Она покачала головой, постучала ногой по полу, достала сигарету, зажгла её и сказала:

— Стараюсь бросить. Во всяком случае, никогда не дымлю при мальчиках.

— И правильно делаете.

— Вы должны меня понять, — продолжала она. — Я до сих пор боюсь, что они найдут способ отнять у меня мальчиков. Вы мне верите?

— Я вас прекрасно понимаю.

— А вот они до сих пор не верят в мою невиновность. Они не поверили в то, что Далт уехал только потому, что испугался, когда я позвонила ему из полицейского участка и сказала, что случилось. У него было не очень простое прошлое, и он даже побывал в тюрьме. Мне это было известно, но я не знала, что он освобождён условно. После того как копы не смогли его найти, они зациклились на версии, что мы на пару инсценировали похищение. Никто не хотел поверить в простую истину, что парень испугался. Они всё время думали, что найдут детей где-нибудь в земле. Некоторые, правда, считали, что мы с Далтом продали мальчишек в сексуальное рабство или что-то в том же роде. Эти ждали, что Далт явится с повинной и во всём признается.

— Неужели?

— Точно. А когда дети появились, эти типы, как мне казалось, сожалели, что мальчиков никто не трахал. По правде говоря, парни вернулись в хорошем состоянии — более или менее хорошем. Какое разочарование! И вся эта банда просто не могла оставить ребятишек в покое. Они продолжали их терзать. Думаю, и мне они по-прежнему не верили.

— Я вам сочувствую и понимаю, как никто иной. Но я в отчаянии и поэтому обратился к вам. Я думаю, что мои близнецы сейчас в руках того мерзавца, который похитил и ваших детей.

Эмма отвернулась, а когда снова обратилась в мою сторону, я увидел, что она плачет.

— Знаю, — прошептала Эмма, закрыв лицо ладонями.

— Значит…

— Честно говоря, не думаю, что смогу вам чем-то помочь. Отчасти потому, что полиция сосредоточила все своё внимание на Далте и мне, и отчасти в силу того, что у копов не было никаких улик. Камера наружного наблюдения на заправочной станции запечатлела трейлер, но номерной знак в кадр не попал. Водителя видела куча народу, но на нём было что-то вроде униформы — синий комбинезон и бейсболка. Как у ремонтных рабочих. В видеополе камеры наблюдения парень не попал.

— Вы согласитесь со мной поговорить? Поделиться всем, что вам известно?

Эмма внимательно на меня посмотрела.

— Да, если моя жизнь не станет сюжетом статьи в «Нэшнл инкуайер». Не знаю, что смогу открыть для вас полезного, но… — пожала она плечами.

— Огромное вам спасибо.

Эмма подавила вздох и взглянула на часы.

— Нянька, наверное, уже сходит с ума. Не говоря уж о том, что мальчишек пора укладывать спать. Может, заглянете утром в «Зайчик»?

Не знаю почему, но я вдруг решил сыграть в невинность:

— Зайчик?

— Да я же там вас видела. Вы купили у меня бутылку воды. — Эмма постучала кончиком пальца по виску и добавила: — Как жаль, что я не видела парня, укравшего ребятишек. У меня абсолютная память на лица. Я их никогда не забываю.

Глава 18

Когда у «Пляжного зайчика» скапливалось много посетителей, я помогал Эмме, подавая банки с освежающими напитками, пополняя запасы в холодильнике или наблюдая за раздаточным окном, пока хозяйка заведения оформляла аренду пляжного лежака, доски для сёрфинга или зонта. Когда же наступало затишье, мы беседовали. Беседу вряд ли можно было назвать спокойной. Грохот прибоя, крик чаек, рёв электрогенератора, шипение холодильного оборудования и гудение кондиционера вынуждали нас чуть ли не кричать.

К середине утра мы успели поведать друг другу свои истории. У меня не было сомнений в том, что детей Эммы похитил человек, которого я продолжал называть Дудочником. Однако Шоффлер был прав. Сходство двух событий имело весьма поверхностный характер. Нам очень не хватало деталей и свидетельских показаний, которые позволили бы связать напрямую оба дела.

Мы поведали друг другу о том, какие чувства испытывали, когда нас стали подозревать в похищении собственных детей.

— Со мной, если смотреть со стороны, могло случиться нечто подобное, — сказала Эмма. — Ведь все знали, что я — наркоманка. А что я завязала с этим делом три года назад? Так от возврата к прошлому нас всех отделяет вот такое расстояние, — показала она большой и указательный пальцы, оставив между ними крошечное пространство. — Чтобы подобное не случилось, этот промежуток надо залить расплавленным титаном. Что я, собственно, и пытаюсь сделать.

38
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru