Пользовательский поиск

Книга Крайние меры. Переводчик: Косов Глеб Борисович. Страница 41

Кол-во голосов: 0

— Что ж. — Питтман изо всех сил старался держать себя в руках, вдруг подумав о том, что Джилл стоит рядом с ним. — Буду иметь честь направить вам письмо с изложением своей просьбы.

— Вряд ли вы этим чего-нибудь достигнете.

— Понимаю.

— Всего хорошего.

— Всего хорошего.

11

— Гостеприимное местечко, — заметила Джилл, выруливая со стоянки.

— Да. Меня вышибали из множества мест, но из школы ни разу.

Джилл вела машину по мощеной дороге, огибающей плац. Они миновали несколько учебных зданий, административный корпус и направились вдоль долины по направлению к воротам.

— Он все еще смотрит? — спросила Джилл.

Питтман оглянулся.

— Торчит у здания библиотеки. Кожей чувствую, как он взглядом сверлит мне спину. Мистер Сильная личность.

Джилл объехала конюшни и вывела машину к лугу. Здесь начинался подъем на холм.

— С чего это он завелся? Неужели обиделся, что мы обратились не к нему, а к главному библиотекарю?

— Что толку было обращаться к нему? А так мы хотя бы успели познакомиться с архивами. Взгляните, за нами хвост.

— Да, вижу в зеркале заднего вида. От школы отъезжает коричневый универсал. Люди Миллгейта? — Питтман почувствовал, как напряглась Джилл. — А что, если здесь ожидали нашего появления?

— Вряд ли. В этом случае они начали бы действовать раньше.

— Если не побоялись бы поднять шум прямо на территории школы. Кругом дети. Слишком много свидетелей. Может быть, через несколько миль, уже на дороге, они нас догонят и...

Машина достигла гребня холма. Отсюда дорога круто шла вниз к сооружению, напомнившему Питтману караульную будку. Он вытащил из-под ремня полуавтоматический кольт.

— Зачем это? — нервно спросила Джилл.

— Так. На всякий случай.

Наконец они миновали «караульную будку», выехали из ворот и оказались на неширокой дороге.

— Нет, не налево. В противоположном направлении, — сказал Питтман.

— Но на Монтпильер как раз налево.

— Именно этого от нас и ждут. Если в той машине люди Миллгейта. Сейчас они за гребнем холма и нас не видят.

Джилл так резко свернула, что шины взвизгнули. Потом резко нажала на педаль акселератора. Питтмана бросило на спинку сиденья, и, пока не закончился поворот, ему пришлось держаться за ручку на приборной доске.

Дорога была окаймлена соснами.

— Полегче.

— Что-то не так?

— Нет, все в порядке. Вы отлично водите. Но нам необходимо съехать с дороги. Ищите... Да, вон там. Разрыв между деревьями.

Джилл, быстрее, чем ожидал Питтман, нажала на тормоз, вывернула руль и бросила машину на заросшую подлеском просеку, постепенно исчезавшую в глубине леса. «Дастер» продирался сквозь невысокую поросль. Лучи солнца лишь местами пробивались сквозь кроны деревьев. Толчок от удара шины о выступающий из почвы камень еще глубже вдавил Питтмана в сиденье.

Он обернулся:

— Стойте. С дороги нас уже не видно.

Как только машина остановилась, Питтман распахнул дверцу и выскочил наружу. Пригнувшись, он осторожно пробирался между деревьями с тем, чтобы выйти к повороту дороги. Очутившись вблизи от него, Питтман замедлил шаг, переступил через поваленное дерево и двинулся дальше. Едва выступив из тени деревьев, он бросился на землю. С того места, где он находился, видны были чуть слева открытые ворота, ведущие в Академию. Из-за вершины холма вынырнул универсал и поспешно покатил к выходу. На передних сиденьях Питтман разглядел двух мужчин атлетического сложения и даже выражение их лиц, недовольное и разочарованное.

К удивлению Питтмана, преследователи не стали выезжать на дорогу, чтобы броситься в сторону Монтпильера вслед за «дастером». Вместо этого машина юзом подкатила к воротам и замерла. Из нее с сердитым видом вылезли двое. Они захлопнули створки ворот, скрепили их цепью и навесили замок. Только теперь на одной из створок Питтман заметил щит с надписью:

«Вход строго запрещен. Нарушителей ждет наказание».

«Еще какое», — подумал Питтман, наблюдая, как атлеты прошли к своей машине, хлопнули дверцами и двинулись вверх по холму в направлении школы.

Автомобиль скрылся за гребнем. Питтман подождал немного, чтобы полностью удостовериться в безопасности, не спеша поднялся с земли и повернулся в сторону леса: из кустов вышла Джилл.

— Ничего не понимаю, — сказала она. — Если это люди Миллгейта, почему они нас не стали преследовать?

— Возможно, получили распоряжение не покидать территорию Академии. — С этими словами Питтман вошел в тень деревьев.

— Скорее всего, какие-нибудь скромные преподаватели физкультуры в Гроллье, — предположила Джилл. — Тренер футбольной команды. Инструктор по гребле. Беннет послал их убедиться в том, что чужаки покинули территорию частного владения. Задержись мы, нас выпроводили бы силой.

Питтман перешагнул через ствол поваленного дерева.

— Теперь в Гроллье ждут прибытия подкрепления. Беннет был раздражен гораздо сильнее, чем того требовали обстоятельства. Кто-то наверняка предупредил его о возможности появления в школе нежелательных посетителей.

— И сейчас, надо полагать, он связался с кем надо по телефону.

— Верно, — ответил Питтман. — Если, конечно, убежден, что мы навсегда оставили Академию.

— А разве это не так? — заволновалась Джилл. — Вы хотите сказать, что не намерены возвращаться в Монтпильер?

— А что нам там делать? — Впереди между деревьями Питтман увидел серый «дастер». — Разве у нас есть какие-то другие варианты?

— Ну, а здесь что нам делать? Никакого Данкана мы не нашли. Может, он и не учился в Гроллье. Миллгейт мог просто бредить.

— Нет. Я должен это проверить. — Питтман влез в «дастер», откинулся на спинку сиденья. — Я возвращаюсь. Этой же ночью.

12

При свете молодого месяца в совершенно безоблачном небе Питтман перебрался через доходящую ему до груди ограду и вошел в тень деревьев. Одет он был в кроссовки и темный свитер, которые хранил в сумке. Черную вязаную шапочку, черную куртку и черные же перчатки. Все это и еще поясную сумку он купил в небольшом селении, в десяти милях от школы. Куртка имела объемистые карманы, и в одном из них сейчас находился кольт, а в другом — небольшой фонарь.

Питтман осторожно пробрался между деревьями и скоро вновь оказался на открытом месте, залитом лунным светом. Он опустился на корточки, вглядываясь в неясные силуэты зданий школы. Было около полуночи. Во всех корпусах, кроме административного, окна были темны. Уличные фонари освещали площадь и пространство перед входными дверями. Никакого движения на территории не было.

Тем не менее Питтман выжидал, оценивая ситуацию. Прогноз погоды, переданный по радио в машине, оправдался: было холодно и при дыхании Питтман видел, как изо рта идет пар. Он дрожал, но не столько от холода, сколько от страха. В Скарсдейле он тоже нервничал, но совсем по-другому. Ведь тогда он собирался покончить с собой, и взяло верх чувство фатальной неизбежности. Но теперь...

" — Итак, — спрашивал себя Питтман, — как же обстоит дело теперь?

— Ты, бесспорно, боишься. Боишься смерти. Значит, тебе есть что терять?

— Но что?

— Джилл?"

Эта мысль поразила его.

«На что ты надеешься?»

«Надежда». Это слово давно исчезло из его словаря. Теперь надежда вновь появилась. А вместе с ней и страх.

Питтман начал спуск по поросшему травой склону. Ничто не нарушало тишины, даже воздух словно замер, и только лицо ощущало слабое прикосновение ветерка. В сырой траве кроссовки пропитались влагой и холодили ноги. Не обращая на это внимания, Питтман не сводил глаз с выездного круга, а затем и с футбольного поля, пока продвигался мимо них. Силуэты школьных зданий четко вырисовывались на фоне гор.

Питтман много написал о войне и хорошо понимал, что снайперу с телескопическим прицелом ночного видения ничего не стоило его убить. Но с каждым шагом, с каждой секундой он чувствовал себя все увереннее. Не исключено, что здесь ему ничего не грозит, и все окажется значительно легче, чем он думал.

41

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru