Пользовательский поиск

Книга Код Бытия. Переводчик: Косов Глеб Борисович. Страница 100

Кол-во голосов: 0

К 1990 году, незадолго до ее исчезновения, все признали право Каллисты хранить свое прошлое в тайне и перестали касаться этого вопроса. Но в 1986 году жгучая тайна юных лет восходящей звезды находилась в центре внимания всей бульварной прессы. Актрису постоянно цитировали, часто переступая грань между свободой слова и правом человека на личную жизнь. С теми, кто так поступал, Каллиста прекращала всякие контакты. Реакция на такое поведение была неоднозначной. Некоторые издания с уважением отнеслись к подобным желаниям и стали избегать задавать вопросы о ранних годах актрисы, другие, напротив, только тем и занимались, что поручали репортерам копаться в ее прошлом. «Это пойдет ей на пользу, – рассуждали они, – без рекламы любая карьера засохнет на корню».

«О’кей, – сказала тогда Каллиста, – у вас своя работа, а у меня своя, и если вы намерены копаться в прошлом, то это ваше дело». Однако добавила, что помогать никому не будет, а тех, кто попытается рыться в грязном белье, запомнит и никогда не простит. Вскоре после выхода на экраны «Дудочницы» таблоид под названием «Пути звезд» опубликовал интервью с личным секретарем Каллисты.

ТАЙНАЯ ДРАМА КАЛЛИСТЫ:

ОНА – СИРОТА!!!

Каллиста никогда не опровергала это утверждение, но и не подтверждала. Она просто выгнала секретаршу и дала распоряжение новой помощнице впредь никогда не отвечать на звонки из «Путей звезд».

Потребовалось определенное время, чтобы бульварная пресса убедилась в серьезности намерений Каллисты. Два или три года в газетах продолжали появляться разные спекуляции, суть которых сводилась к тому, что молодые годы актрисы были просто ужасны и она старается вычеркнуть их из памяти. По меньшей мере дюжина родителей объявили Каллисту своим единственным чадом, а слухи плодились, как кролики. Одни писали, что она старается забыть о прошлом, так как случайно утопила любимого братика, другие утверждали, будто в молодости актриса снималась в порнофильмах, а третьи высказывались в том духе, что Каллиста в свое время отбыла срок за шантаж, мошенничество, магазинные кражи и даже нелегальную торговлю оружием.

Но одна газетенка переплюнула всех, опубликовав фотографию актрисы на стандартном плакате

ИХ РАЗЫСКИВАЕТ ПОЛИЦИЯ!

Рядом с фотографией помещались номер телефонной «горячей линии» и несколько компьютерных изображений Каллисты, как она должна была выглядеть в шестнадцать, двенадцать, восемь, четыре года и при рождении. Под проекциями стояла подпись:

ВЫ ЗНАКОМЫ С ЭТОЙ

МАЛЕНЬКОЙ ДЕВОЧКОЙ?

А весь материал заканчивался призывом:

МАМА, ОТКЛИКНИСЬ! ГДЕ ТЫ?

Это было нелепо, безвкусно и оскорбительно, но в итоге принесло пользу. Каллиста стала центральной фигурой эссе, опубликованного в «Нью-йоркер» и посвященного «метастазам славы» и их пагубному воздействию на личную жизнь известных людей. Другие серьезные журналы последовали этому примеру и приветствовали позицию Каллисты, цитируя, однако, многочисленные высказывания о неизбежности вторжения в спальни знаменитостей.

В этих статьях не нашлось ничего полезного для расследования Ласситера. Каллиста могла быть и сиротой, и пятым ребенком в счастливой семье. Ни на то, ни на другое не имелось никаких указаний. Источники сведений в публикациях были анонимными или же весьма сомнительными. В большинстве случаев справедливым казалось и то и другое. Ласситеру стало ясно одно: Каллиста Бейтс не будет ему особо признательна, когда он ее отыщет.

Вечером он отправился в заведение, именуемое «Грязный руль», где полакомился омаром, запив его бутылкой «Пильзенского». «Они такие сла-адкие зимо-ой», – с местным акцентом пропела официантка. Только через минуту до него дошло, что девица имеет в виду омаров.

В десять часов вечера Ласситер вернулся к себе в номер и принялся за чтение «Бостон глоб». Но опубликованные в газете сведения для него новостями не оказались – он все слышал по радио, разъезжая полдня в машине. В газете было сообщение о гибели самолета, статья о развитии событий в Боснии, пара заметок об учетной банковской ставке, отчет о первичных выборах и рассказ о фальшивомонетчиках на Ближнем Востоке.

Путешествуя, Джо, как правило, не читал о местных событиях, и сейчас ему не было дела до политических маневров в Бостоне или жульничества с благотворительным фондом в Фоксборо. Однако в газете оказалась интересная статья о писателе Нике Оглсби. Перелистав газету до страницы, где статья продолжалась, Ласситер с изумлением увидел, что с газетной полосы ему улыбается Сильвио делла Торре.

Сопровождающая снимок заметка была озаглавлена:

ОГРОМНАЯ ТОЛПА СЛУШАЕТ МЕССУ НА ЛАТЫНИ

БРОКТОН. Несмотря на чудовищно скользкие дороги и температуру минус двадцать градусов по Цельсию, тысяча прихожан явились в воскресенье в католический собор Пресвятой Богоматери послушать мессу на латинском языке, которую служил отец Сильвио делла Торре.

Стоя спиной к собравшимся, лидер традиционалистов обращался к алтарю таким дивным голосом, что вызвал у многих верующих слезы. В то время как некоторые воздавали хвалу «красоте и мощи церемонии», другие предпочитали говорить о своем почти мистическом единении со многими поколениями католиков, когда-либо слушавших мессу на этом древнем языке.

Во время проповеди делла Торре, прекрасно владеющий английским, призвал к «католицизму с крепкими мускулами» и убеждал паству «сомкнуть ряды и сопротивляться научным мерзостям».

Лидер традиционалистов возглавляет в Италии быстро растущее сообщество мирян «Умбра Домини» и прибыл в Бостон для торжественного открытия нового общинного дома в Бруклине.

Устав «Умбра Домини» отвергает многие изменения, привнесенные в церковную жизнь II Ватиканским собором, и одновременно утверждает право католиков возносить молитвы традиционным способом. Эти доктринальные разногласия несколько лет назад получили одобрение Ватикана.

Пресс-секретарь организации заявил, что пребывание делла Торре не ограничено строгим маршрутом, «программа святого отца является гибкой и открывает различные возможности».

Ласситер прочитал заметку с бешено колотящимся сердцем и принялся перечитывать. Затем, налив себе виски, проглотил все залпом, не сводя глаз с фотографии священника.

Утром он катил в управление автомобильного транспорта, полуприкрыв веки, чтобы защитить глаза от отражающегося от снега матового блеска. Небо было затянуто облаками, температура по сравнению со вчерашним днем немного повысилась, но и влажность тоже. В результате возник пренеприятнейший холод, заставляющий вспоминать Флориду.

Клерк «Информационной службы» вручил ему небольшой конверт, и Ласситер подошел к длинному, стоящему вдоль стены столу, за которым девица с нездоровым цветом лица заполняла какой-то формуляр.

Распечатка занимала примерно десять страниц, и в ней значились все до единого микроавтобусы «фольксваген» выпуска 1965—1975 годов, зарегистрированные в штате Мэн. Данные, размещенные в алфавитном порядке, включали имя владельца, его адрес, дату рождения, номер регистрации, соответствующий номерному знаку, и год выпуска машины. Даты рождения имели особое значение, поскольку позволяли ограничить круг интересующих его лиц женщинами тридцати и более лет.

Каллиста родилась в 1962 году.

Джо был уверен, что ему предстоит долгая унылая работа. После того как будут устранены все мужчины и список сузится до женщин нужного возраста, он станет объезжать их одну за другой – и стучаться в их двери. Просматривая весь список от начала до конца и выделив семнадцать представляющих интерес имен, он вдруг увидел:

Сандерс, Мэри А.

Рожд. 8/3—1962

Почт. отд. а/я 39

Кандис-Харбор, Мэн 04010

«Фольксваген» (микроавт.): 1968

EAW – 572

Первыми ему бросились в глаза цифры – 1962 – и имя – Мэри. Джо пожирал взглядом распечатку. Восьмое марта. Каллиста родилась, кажется, восьмого? Да, совершенно точно.

100
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru