Пользовательский поиск

Книга Кабинет диковин. Переводчик: Косов Глеб Борисович. Страница 118

Кол-во голосов: 1

Но я, кажется, несколько опережаю события. Узнав о работе Ленга, Фэрхейвен прежде всего спросил себя: насколько преуспел доктор в реализации своих планов? Или, иными словами, жив ли все еще Ленг? Фэрхейвен приступил к активным поискам. Начав разыскивать Ленга, я все время чувствовал, что кто-то постоянно опережает меня на один шаг.

К сожалению, Фэрхейвену удалось узнать о месте, где когда-то жил Ленг. Он пришел туда, и представьте восторг этого человека, когда он увидел, что мой двоюродный прадед все еще здравствует. Он воочию убедился в том, что попытка Ленга продлить свою жизнь увенчалась полным успехом. Ленг хранил секрет, к обладанию которым всю жизнь так отчаянно стремился Фэрхейвен.

Фэрхейвен попытался заставить Ленга выдать свою тайну. Но, как мы знаем, Ленг отказался от реализации своего главного плана. И теперь я выяснил, почему это произошло. Изучая документы в его лаборатории, я увидел, что Ленг резко прекратил работу. Это случилось сразу после первого марта тысяча девятьсот пятьдесят четвертого года. Я долго размышлял над тем, какое значение могла иметь эта дата. Но затем я понял. Это был день «Браво».

– День «Браво»? – эхом откликнулась Нора.

– День, когда на атолле Бикини взорвали первую водородную бомбу «Браво». Мощность взрыва составила пятнадцать мегатонн, а диаметр огненного шара достиг четырех миль. Ленг был убежден в том, что, создав термоядерную бомбу, человечество обрекло себя на неминуемую гибель и уничтожит себя гораздо эффективнее, чем это мог сделать он. Технический прогресс решил его проблему, и Ленг прекратил поиск совершенного яда. Теперь он мог спокойно стареть и умереть, зная, что исцеление Земли от чумы, именуемой человеческой расой, есть всего лишь дело времени.

Итак, к тому времени, когда Фэрхейвен его нашел, Ленг не принимал эликсира уже много лет. С марта тысяча девятьсот пятьдесят четвертого года, если быть точным. Доктор очень постарел и, возможно, хотел умереть. Как бы то ни было, но он даже под страшными пытками отказался сообщить формулу. Фэрхейвен перегнул палку, и Ленг умер.

Но у Фэрхейвена оставалась еще одна возможность. Он знал, где находилась старая лаборатория Ленга, содержащая бесценную информацию. Это могли быть человеческие останки и лабораторные журналы с результатами экспериментов. Лаборатория находилась в подвале Кабинета диковин Шоттама, и теперь над ней стояли жилые дома. Но для Фэрхейвена это не являлось препятствием. В силу своего положения и под предлогом программы городской реконструкции он скупил землю и снес все имевшиеся на ней строения. Строительные рабочие, с которыми я имел возможность побеседовать, сказали, что во время рытья котлована под фундамент Фэрхейвен не уходил со стройки. Он был вторым, кто проник в тоннель после того, как обнаруживший останки рабочий убежал. Нет никаких сомнений, что он нашел там дневники или лабораторные журналы Ленга. Позже он смог неторопливо изучить все найденные в тоннеле предметы, включая кости. Именно поэтому следы на старых костях и раны на свежих трупах практически идентичны.

Теперь, когда у Фэрхейвена оказались записи Ленга, он смог попытаться повторить эксперименты доктора в надежде пройти его путем. Но все его попытки были попытками дилетанта, и он оказался не в состоянии разобраться в истинной методике Ленга.

Пендергаст закончил рассказ, и в библиотеке воцарилась мертвая тишина.

– Не могу поверить, – сказал наконец Смитбек. – Когда я его интервьюировал, он показался мне таким уверенным в себе, таким... нормальным.

– Безумие может скрываться под разными масками, – ответил Пендергаст. – Мания Фэрхейвена скрывалась глубоко, очень глубоко, и не проявлялась открыто. Но когда подобная мания вырывается наружу, ее носитель мгновенно оказывается у врат ада. Фэрхейвен, похоже, был убежден, что формула продления жизни самой судьбой была предназначена ему. Забрав жизнь у Ленга, он начал верить в то, что он сам и есть Ленг – тот Ленг, каким, по его представлению, тот должен был быть. Он настолько отождествил себя с Ленгом, что даже перенял его манеру одеваться. В этот момент и начались убийства, имитирующие преступления далекого прошлого. Но это был иной вид имитации, и он не имел ничего общего с тем, что вы написали в своей статье, мистер Смитбек.

– Но почему он попытался убить вас? – спросил журналист. – Ведь он шел на огромный риск. Этого я так и не понял.

– Фэрхейвен умел заглядывать в будущее – в далекое будущее. Именно поэтому он добился успехов в бизнесе. И в силу этого обстоятельства он так боялся смерти. Когда мне удалось установить адрес Мэри Грин, он понял, что определение адреса Ленга для меня лишь вопрос времени. Фэрхейвен знал, что я приду в дом Ленга и все его усилия пойдут прахом. Я неизбежно установлю связь между современными убийствами, совершаемыми человеком, известным как Хирург, и старинными преступлениями, за которыми стоял Ленг. То же произошло и с Норой. Она шла по горячему следу, навещала дочь Макфаддена и обладала опытом археолога, которого я лишен. Одним словом, мы, по его мнению, должны были выйти на жилище Ленга. Это, как я уже сказал, было лишь делом времени. Хирург не мог нам позволить продолжать расследование.

– А О'Шонесси? Зачем было убивать его?

– Этого я себе никогда не прощу, – склонив голову, произнес Пендергаст. – Я отправил его с совершенно безопасным, как мне тогда казалось, поручением к «Аптекарю Нового Амстердама», где много лет назад Ленг покупал химикаты. Похоже, что О'Шонесси повезло и он нашел записи с регистрацией покупок за двадцатые годы прошлого века. То, что я назвал «везением», обернулось для нас большим несчастьем. Я не подумал тогда, что Хирург мог следить за каждым нашим шагом. Когда он понял, что О'Шонесси не только узнал, где Ленг приобретал реактивы, но и добыл старые журналы учета, Фэрхейвен его убил.

– Бедный Патрик, – сказал Смитбек. – Какая ужасная смерть.

– Поистине ужасная, – согласился Пендергаст преисполненным страдания тоном. – И вся ответственность за его гибель лежит на мне. Патрик был прекрасным человеком и хорошим полицейским.

Нора посмотрела на ряды переплетенных в кожу книг, истлевшие гобелены и висящие клочьями обои. Ее начала бить дрожь.

– Боже, – пробормотал Смитбек, покачивая головой, – и я обо всем этом не могу написать. – Журналист поднял глаза на Пендергаста и спросил: – И все же чем кончил Фэрхейвен?

– То, чего он больше всего страшился, свершилось. Его постигла смерть. В знак своего почтения к Эдгару По я замуровал останки бедняги в одной из ниш подземелья.

После этих слов в библиотеке снова повисло молчание, и снова ненадолго.

– А как вы намерены поступить с домом и со всеми коллекциями? – поинтересовалась Нора.

На губах Пендергаста заиграла легкая улыбка.

– После мучительного процесса вступления в наследство дом и все коллекции стали моей собственностью. Когда-нибудь часть этих диковин отправится в качестве анонимного дара в лучшие музеи мира. Но это произойдет очень не скоро.

– А что случилось с домом? Создается впечатление, что его просто разбирают на части.

– Этот вопрос вплотную подводит меня к последней просьбе, с которой я позволю себе к вам обратиться.

– И в чем же она состоит?

– Я прошу вас проехать со мной.

Следуя за новым владельцем особняка, они прошли по лабиринту коридоров к выходу. За дверью их уже ждал «роллс-ройс». В этом жалком, забытом Богом месте роскошная машина казалась совсем неуместной. Пендергаст распахнул дверцу.

– Куда мы едем? – спросил Смитбек.

– На кладбище «Небесные врата».

* * *

Путь от Манхэттена до запорошенных легким снежком холмов Вестчестера занял не более получаса. За все это время Пендергаст не произнес ни слова. Он неподвижно сидел, погруженный в собственные мысли. Они миновали кованые железные ворота и начали подъем по пологому холму. За первым холмом открылось второе возвышение, а за вторым и третье. Это был огромный город мертвых с множеством роскошных монументов и претенциозных гробниц. Машина остановилась в самом дальнем конце кладбища.

118

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru