Пользовательский поиск

Книга Кабинет диковин. Переводчик Косов Глеб Борисович. Содержание - Глава 11

Кол-во голосов: 0

Он, Фэрхейвен, добившись успеха, не скроется подобно отшельнику в этом доме, позволив бесконечной череде лет катиться мимо. Усовершенствовав эликсир и приняв ту дозу, которую должен был принять Ленг, он сразу выйдет в мир подобно вылупившейся из кокона бабочке. Он посвятит свою бесконечно долгую жизнь прекрасным вещам – путешествиям, любви, учебе, поискам различного рода наслаждений. Деньги никогда не будут для него проблемой.

Хирург усилием воли прогнал все посторонние мысли и снова двинулся по неровному следу, оставленному Пендергастом. Следы становились все более смазанными: агент ФБР явно с трудом отрывал ноги от пола. Впрочем, нельзя было исключать и того, что Пендергаст просто имитировал тяжелую рану. Но Фэрхейвен чувствовал, что это не так. Никто не может сфальсифицировать потерю крови. И никакой человек не может притвориться, что в него попала пуля. Да не один раз, а дважды.

Не спуская глаз со следов, Хирург прошел через арку и оказался в следующей комнате. При свете фонаря он увидел, что попал в старинную лабораторию: длинные столы были уставлены химической посудой самой разнообразной формы – колбами, ретортами, стеклянными змеевиками и трубками. Все это было покрыто пылью и выглядело очень старым. Во многих пробирках виднелся какой-то спекшийся осадок. Ленг много лет не пользовался лабораторией. На одном столе полки проржавели настолько, что вся химическая посуда упала и теперь валялась мелкими осколками на полу.

Неровные следы Пендергаста вели через лабораторию к двери в дальней стене. Фэрхейвен зашагал быстрее, подняв револьвер и держа палец на спусковом крючке. «Время, – подумал он, подойдя к двери. – Пора с ним кончать».

Глава 11

Войдя в комнату, Фэрхейвен сразу увидел Пендергаста. Агент ФБР стоял на коленях в луже крови, уронив голову. Попыткам спрятаться, скрыться и ввести в заблуждение пришел конец.

Пендергаст был очень похож на раненое и умирающее животное. Фэрхейвен знал, что смерть в таких случаях наступает не сразу. Она приходит как бы в несколько этапов. Вначале животное остается на ногах. Оно потрясено и слегка дрожит. Затем его передние ноги медленно подгибаются, и зверь становится на колени, оставаясь в этой позе две-три минуты, словно вознося молитву. После этого сгибаются задние ноги, и животное принимает сидячее положение. Просидев таким образом несколько минут, оно валится на бок. Этот медленный балет всегда заканчивается судорогой и резким рывком ног в момент смерти.

Пендергаст находился во второй стадии. Он может протянуть так еще несколько часов – беспомощный, словно ребенок. Но столько времени ему не прожить. Погоня отвлекла Фэрхейвена, но неотложное дело все еще предстояло решить. Смитбек, конечно, к этому времени пришел в полную негодность, но девушка ждала своей очереди.

Хирург подошел к Пендергасту, подняв револьвер. Ему хотелось полнее насладиться своим триумфом. Умный, дьявольски хитрый агент Пендергаст неподвижно валялся у его ног, не способный к сопротивлению. Затем, чтобы удобнее было стрелять, Фэрхейвен отступил на пару шагов и без всякого любопытства поднял фонарь, чтобы осмотреть помещение. Нельзя ничего портить пулей, пока остается хотя бы малый шанс обнаружить здесь нечто полезное.

То, что он увидел, привело его в изумление. Здесь хранилась еще одна нелепая и странная коллекция Ленга. На сей раз это было оружие и доспехи. Мечи, кинжалы, арбалеты, стрелы, аркебузы, копья, палицы сосуществовали бок о бок с современным оружием: револьверами, ружьями, винтовками, полицейскими дубинками, гранатами и реактивными гранатометами. Здесь же находились средневековые латы, железные шлемы, первые пуленепробиваемые жилеты и каски времен Крымской, Испано-Американской и Первой мировой войн. На полу горами лежали боеприпасы. Одним словом, это был подлинный арсенал, представляющий орудия убийства начиная с Римской империи и кончая началом XX века.

Хирург покачал головой, осознав невероятную иронию ситуации. Если бы Пендергаст появился в этой комнате на несколько минут раньше, он мог бы обрести огневую мощь, способную уничтожить батальон. Их противостояние в этом случае приняло бы совсем иной оборот. Но случилось так, что он затратил много времени на осмотр других коллекций и явился в эту комнату слишком поздно. И вот агент ФБР лежит в луже собственной крови, а фонарь валяется у его ног. Фэрхейвен рассмеялся, и смех этот был больше похож на лай. Эхо еще не успел замереть под сводчатым потолком комнаты, а он уже вскинул револьвер.

Посторонний звук словно разбудил Пендергаста. Он поднял на Фэрхейвена взгляд слезящихся глаз и сказал:

– Прошу об одном: сделайте это как можно быстрее.

«Не позволяй ему говорить, – произнес внутренний голос. – Просто убей его».

Фэрхейвен поднял оружие так, что голова Пендергаста оказалась в центре точки прицела. Удар крупнокалиберной и разрывной пули должен просто снести ему голову. Это будет почти так же быстро, как он того просит. Указательный палец Фэрхейвена слегка напрягся на спусковом крючке.

И тут ему в голову пришла блестящая мысль.

Умоляя убить его быстро, Пендергаст хотел гораздо больше того, что заслужил. Этот человек причинил ему кучу неприятностей. Агент ФБР таскался по его следу, уничтожил последний опытный материал, заставил его волноваться в момент триумфа.

Стоя над поверженным врагом, Фэрхейвен чувствовал, как в нем нарастает ненависть. Подобную ненависть он испытывал к Ленгу, на которого так похож Пендергаст. Ранее он так ненавидел только попечителей и профессоров медицинского факультета, оказавшихся не способными понять и оценить его прозрение. Фэрхейвен ненавидел все мелкое и узколобое, что мешало ему достичь подлинного величия.

Итак, Пендергаст хочет быстрой смерти? Нет, с таким арсеналом он этого не получит.

Хирург подошел к Пендергасту и еще раз тщательно обыскал того. Он слегка отдернул руку, наткнувшись на место, где одежда была пропитана теплой липкой влагой. Ничего. Этому человеку не хватило сил, чтобы снять оружие со стены комнаты. Вообще-то Пендергаста можно было и не обыскивать, поскольку неровные следы тянулись от двери до центра помещения, где агента ФБР окончательно оставили силы. Но лишняя осторожность не помешает. Пендергаст – даже в своем жалком состоянии – представлял опасность. Если он попытается заговорить, то его следует тут же пристрелить. Слова в устах этого человека могли стать тонким и опасным оружием.

Фэрхейвен снова огляделся. На сей раз более внимательно. На стенах висело любое оружие, которое только можно было представить. О некоторых экспонатах этой коллекции Хирург читал, другие видел в музеях. Да, процесс выбора орудия смерти может оказаться интересным.

На ум почему-то пришло слово «забава».

Ни на секунду не упуская Пендергаста из поля зрения, Фэрхейвен обвел лучом стены и остановил взгляд на украшенном драгоценными камнями мече. Он снял его со стены, взвесил на руке и внимательно рассмотрел в свете фонаря. Меч, конечно, сгодился бы, не будь он таким тяжелым. Кроме того, клинок проржавел так, что вряд ли подходил даже для резки масла. Да и рукоятка оказалась какой-то липкой и крайне неприятной на ощупь. Фэрхейвен вернул меч на место и тщательно вытер руки об одежду.

Пендергаст все еще сидел, глядя на него светлыми, затуманенными глазами.

– Может быть, у вас имеются какие-нибудь предпочтения? – осклабился Фэрхейвен.

Ответа не последовало, и Хирург увидел во взгляде врага глубокое отчаяние.

– Вот именно, агент Пендергаст. Слово «быстро» здесь уже неуместно.

У Пендергаста в ответ на эти слова слегка расширились зрачки – видимо, от ужаса. Это доставило Хирургу громадное удовольствие.

Двинувшись вдоль стены, Фэрхейвен взял кинжал с золотой рукояткой. Повертев клинок в руках, он вернул его назад. Рядом с кинжалом находился шлем в форме человеческой головы. На внутренней поверхности шлема имелись острия, их можно было закручивать, словно винты, вгоняя в череп истязуемого. Чересчур примитивно и чрезвычайно неопрятно. На стене неподалеку висела гигантская кожаная воронка. Он слышал об этой пытке. Палач загонял воронку в горло жертвы и лил в нее воду до тех пор, пока жертва не захлебывалась или у нее не лопался желудок. Экзотично, но требует массу времени. Тут же стояло большое колесо, на котором людям ломали кости. Слишком трудоемко. Плетка-девятихвостка с железными крючьями. Фэрхейвен взял плетку, покрутил ее над головой и положил на место. Рукоятка плети была покрыта слоем какой-то отвратительной слизи. Похоже, что весь этот хлам хранился по меньшей мере лет сто.

110
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru