Пользовательский поиск

Книга Допустимые потери. Переводчик Косов Глеб Борисович. Содержание - Глава 19

Кол-во голосов: 0

Глава 19

Деймон пытался написать письмо Грегору. Он уже успел скомкать и выбросить в корзину для бумаг четыре листа и сейчас размышлял над пятым. Мозг его оцепенел, все связи в нем прервались, и окружающий мир воспринимался туманно. Нет, думал он, уставив взгляд на чистый лист, попытка передать словами чувства, обуревавшие его в связи с трагедией в Риме, – дело абсолютно безнадежное. Деймон был готов смять и этот листок, как вдруг раздался робкий стук в дверь.

– Войдите! – бросил Деймон.

– Мне не хочется беспокоить тебя, Роджер, – сказала Дорис, – но звонит доктор Бречер. Ему очень надо с тобой поговорить.

– Спасибо, – поблагодарил Деймон и вышел вслед за ней в прихожую, где на столике стоял телефон.

Когда Дорис удалялась из прихожей, чтобы он мог говорить без помех, Деймон обратил внимание, что хозяйка дома, несмотря на то что еще не было и девяти часов, уже в юбке и свитере, волосы ее тщательно причесаны, а на лицо нанесен дневной макияж. С того момента, когда он и Шейла обосновались в квартире Габриельсенов, Деймон ни разу не видел Дорис в халате или с растрепанными волосами. Только сейчас он понял, что эта чрезмерная утренняя опрятность рассчитана на него. Дорис не хотела, чтобы он считал себя одной из причин уютного утреннего беспорядка, милого сердцу домашней хозяйки. Надо найти способ отблагодарить ее за все, подумал Деймон. Но это позже. Он поднял трубку.

– Слушаю вас, доктор Бречер.

– Мистер Деймон, – обратился к нему врач, – я всю ночь думал о вашем случае, и у меня сложилось впечатление, что вы рассказали мне не обо всех проявлениях болезни. Скажите, были случаи, когда рвотная масса у вас была черной?

Деймон ответил не сразу. Действительно, пару раз он замечал темные сгустки, но связывал их с черным кофе, который пил до этого.

– Да пожалуй, нет, – сказал Деймон. После того, что случилось с Эббой Ходар, тревога о неполадках своего организма – да и то весьма сомнительных – казалась ему неуместной.

– Умоляю, мистер Деймон, – продолжал доктор, – это может иметь весьма существенное значение. Я не хочу, чтобы мои слова звучали как блажь нервической старой девы, но мне известно, что люди, которые всю жизнь наслаждались прекрасным здоровьем, имеют склонность отмахиваться от симптомов серьезной болезни, не обращать на них внимания, предпочитая считать их временным расстройством.

– Что ж, доктор, – сказал Деймон, – теперь, когда вы об этом упомянули, я припоминаю, что замечал нечто похожее. Всего пару раз и совсем немного. Однако сейчас я вообще ничего не чувствую. – Деймон знал, что доктор Бречер, каким бы одаренным диагностом ни был, не догадается, насколько точно эти слова отражают состояние Деймона.

– Ради покоя ваших близких, а главное, ради вашего здоровья следует пройти более тщательное обследование. Я хочу организовать вам прием у доктора Зинфанделя из многопрофильной больницы «Бойлстон». Доктор Зинфан-дель – один из самых блестящих диагностов города, и я не буду чувствовать себя спокойным до тех пор, пока он вас не осмотрит.

– Много шума из ниче… – Фразу Деймон закончить не смог. Приступ пульсирующей острой боли в желудке затуманил сознание и перехватил горло. – Хорошо, доктор, – еле выдавил он. – Я с ним встречусь. Благодарю за заботу.

– Мой секретарь позвонит вам и сообщит о времени визита. Если он ничего не обнаружит, то с моей души, с души вашей супруги, да и с вашей тоже, свалится тяжкий груз. А это будет стоить затраченного вами времени.

– Еще раз благодарю, доктор, – сказал Деймон. Вернувшись в комнату для гостей, он сел за маленький столик, за которым пытался сочинить письмо Грегору. Он посмотрел на несколько фраз, которые успел написать, и поразился тому, насколько странным стал его почерк. Буквы были начертаны дрожащей рукой, и прочитать слова было почти невозможно. Деймон поставил локти на стол, погрузил лицо в ладони и закрыл глаза.

Следующим утром он уже был в расположенной в самом сердце Манхэттена клинике «Бойлстон». Больница занимала огромную площадь. Она была такой большой, что казалось: если все койки за высоченными каменными стенами будут заняты, то в городе на ногах не останется ни единого человека.

Деймон находился в кабинете доктора Зинфанделя. Он чувствовал себя довольно глупо, так как за последние двадцать четыре часа у него не было никаких приступов. Деймон уже решил было отменить визит, но, поделившись своими планами с Шейлой и заметив суровое выражение ее лица, понял: до тех пор, пока он будет утверждать, что для полного осмотра нет никаких оснований, мира в семье ему не видать. Оливер тоже взялся за дело и позвонил брату-хирургу в больницу «Кедры Синая» в Лос-Анджелесе. Брат подтвердил слова Бречера о высокой репутации доктора Зинфанделя.

Зинфандель оказался маленьким энергичным блондином с острым носиком. При своей внешней заурядности он был неутомимым и неукротимым следопытом в джунглях скрытых в организме болезней.

Осмотр он проводил весьма тщательно, что делало процедуру похожей на допрос с пристрастием. С какими интервалами мистер Деймон испытывал приступы боли? Не было ли у него кровотечений изо рта? Как работает кишечник? В каком возрасте он перенес корь? Отчего умерла мать? А отец? Болел ли он когда-нибудь гепатитом? Нет ли аллергии на пенициллин? Сколько раз за ночь он встает, чтобы помочиться? Болел ли Деймон сифилисом? Гонореей? Появляется ли одышка, когда он поднимается по лестнице? Не было ли в последнее время потерь веса? А прибавления? Сколько раз в неделю имеют место половые сношения? А в месяц? Какие операции перенес? Проходил ли ежегодно медицинский осмотр? Когда в последний раз перед этим… м-м… эпизодом был у врача? Примерно двадцать пять лет назад? Имеет ли Деймон медицинскую страховку по программам Медикейд или Медикеар? Когда он впервые почувствовал боль?

– Опишите характер боли, пожалуйста. Как вы питаетесь? Имеете ли склонность к употреблению острой пищи? Маринадов, чили, копченостей…

Как бы вы могли охарактеризовать свое употребление алкоголя?

– Как умеренное.

Доктор Зинфандель устало улыбнулся, давая тем самым понять, что за время своей медицинской карьеры слышал этот ответ сотни раз, в том числе и от горьких пьяниц, которые, едва пробудившись утром, принимали полный стакан джина. Слышал он эти слова и от пациентов, помещенных в клинику с белой горячкой. Говорили их и те, кого вышибли с ответственных постов за то, что перед ленчем в качестве аперитива они высасывали пять мартини, а после ленча опрокидывали еще три бокала бренди.

85
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru