Книга Пистолет моего брата. (Упавшие с небес). Переводчик Корконосенко Кирилл С.. Содержание - Лучшие хиты Господа Бога

33

Мы с мамой были в доме одни. Телевизор работал, но почти без звука, так что я ничего не слышал. Показывали дрессированных собак. Сначала они выделывали всевозможные домашние фокусы – приносили газету, и тапочки, и всякое такое, но потом решили показать зубы и набросились на мужчину в специальном прорезиненном костюме. Мама листала свой ежедневник. Мы получали десятки приглашений на участие в самых разных теле– и радиопередачах, а ведь были еще газеты и журналы. Один журнал дошел до того, что предложил маме за деньги сниматься обнаженной. Она, разумеется, отказалась. Мне она об этом даже не рассказала – я узнал про их предложение, когда они позвонили во второй раз, за ответом. Маме приходилось выстраивать наше расписание и говорить, на какие передачи идти, а на какие нет. Я просил ее сказать, что я заболел. Это, конечно, была неправда, просто теперь телевидение, радио и газеты меня не сильно развлекали – я немножко устал. О моем брате уже столько наговорили, что он стал превращаться в незнакомца. Я подумал, что, если бы мы снова встретились, я чувствовал бы себя как брат рок-звезды. Как кто-то, кого он оставил позади и теперь почти уже не помнит. Что-то вроде брата Мадонны.

Мама занималась еще и тем, что аккуратно собирала газетные статьи и записывала на видео все наши телевыступления. Думаю, к этому времени она уже сошла с ума. Телефонный звонок прозвучал поверх приглушенного лая дрессированных собак. Мама не двинулась с места, поэтому подошел я.

– Извини, парень, но мне пришлось его убить.

Я повесил трубку. Мама закончила очередную запись в своем ежедневнике и подняла голову. Поинтересовалась, кто звонил.

– Это был мой друг, полицейский. Он сказал, что уже убил моего брата.

Собаки в телевизоре немного успокоились, но продолжали смотреть на человека в резиновом костюме с легким недоверием.

Лучшие хиты Господа Бога

34

Небо было усеяно белыми светящимися пятнышками, маленькими, как бенгальские огни. Потом появились петарды, летевшие по диагонали, после них – красные и желтые ракеты, которые взмывали вертикально вверх, разрывались со страшным шумом и раскрывали над собой миниатюрные зонтики. После каждого взрыва вниз сыпались мелкие искорки, которые исчезали, не достигнув земли. Перед финальным обвалом возникла небольшая пауза. Затем все, что они видели по отдельности, произошло одновременно, и на секунду показалось, что это война – такая, как в телевизоре. Как во время бомбардировок Ирака американскими ракетами, когда на телеэкране отображалось лишь немыслимое сочетание цветов – не было видно ни убитых, ничего такого.

Шум утих, последние огоньки растаяли в воздухе, люди продолжали глядеть в небо. Но больше ничего не происходило.

– Тебе понравилось?

На ней были солнечные очки. Как будто она наблюдала за ядерными испытаниями.

– Да, очень. Обычно фейерверки нагоняют на меня скуку, но в этот раз было хорошо.

– По крайней мере, быстро. Ненавижу, когда эти штуки взрывают одну за другой и заставляют тебя битый час ждать финала.

– Я понимаю, о чем ты. Если что-то должно случиться, пусть это случится быстро.

– Вот именно. Пошли чего-нибудь выпьем.

– Пошли выпьем, а потом пойдем танцевать.

– Я не танцую.

Так оно и было, мы с братом никогда не танцевали.

– Неважно, я найду кого-нибудь.

Она так говорила, чтобы его позлить, только ему было все равно, потому что он не считал ее своей девушкой, ни даже близко к тому. Все, кто смотрел на фейерверк, теперь разбрелись по ярмарке. Люди осаждали палатки с едой и местные аттракционы – карликовые карусели, карликовые колеса обозрения.

Им удалось протиснуться к какой-то стойке, и они заказали по пиву. Прежде чем расплатиться, он заказал еще пару.

– Надо сразу взять побольше: сюда не так просто добраться.

Народу было полно, так что невозможно было и шагу сделать без того, чтобы не наступить кому-нибудь на ногу или чтобы кто-нибудь не пихнул тебя локтем или плечом. Среди людей он чувствовал себя спокойно.

Чем больше народу, тем меньше вероятность, что кто-то обратит на тебя внимание.

– Пошли постреляем из пневматических ружей!

– Не люблю я их, с этими ружьями всегда мухлюют.

Предполагаю, что он бы чувствовал себя малость по-идиотски, стреляя из потешного ружья: меньше чем сутки назад он застрелил человека из настоящего пистолета.

Они уселись на траву рядом с автоматической ведьмой-гадалкой, которая предсказывает судьбу.

Дети вокруг во все глаза глядели на ведьму, и когда она начинала двигаться, они умирали со страху и со смеху одновременно.

Он знал, что у него за поясом пистолет. Она тоже. Так они чувствовали себя в безопасности. Когда мы с братом были маленькие, мы на ночь клали под кровати пару дубинок.

Они выпили по первой банке и принялись за вторую порцию. Она растянулась на траве, затылок ее лежал между ног моего брата. У него никогда не было девушки, и это ему очень понравилось. Она мне рассказывала, что он гладил ее волосы, хотя насчет этого я не совсем уверен. Сколько лет мы с ним прожили рядом, а я никогда не видел, чтобы он что-нибудь погладил.

Засыпая, они слышали скрежет механической ведьмы и голоса детей. У них больше не было сил. Через какое-то время ярмарка подошла к концу. Когда они проснулись, вокруг было пусто.

Светало. Они сели в машину и поехали. Она свернулась на заднем сиденье и снова заснула. Они ехали к морю. Ей очень нравилось море, оно ей приснилось, и пляж, и песок. Ей снилось, что она закопалась в горячий песок, как в детстве. Рядом были только ее мать и куча ребятишек – ее братьев и сестер. Она говорила мне, что всегда хотела иметь много братьев и сестер. А потом в этом сне волны начали накрывать ее с головой. Сначала она испугалась, что захлебнется, но скоро поняла, что ей совсем не сложно дышать под водой.

Ее разбудил выстрел.

Выглянув в окошко машины, она увидела, что находится на бензоколонке, а потом, опустив взгляд на землю, увидела, что на земле ящерицей извивается человек с окровавленным лицом. Рядом с ним стоял другой человек, с пистолетом в руке. Больше никого не было.

Мой брат понял, что разбудил ее:

– Извини.

Он подошел к заправке, открыл бензобак и залил туда бензин. Пока он этим занимался, крики мужчины становились все слабее и в конце концов совсем затихли.

– Он не шевелится.

– Да, он совсем не шевелится.

Он завел машину.

– Он собирался звонить в полицию. Думаю, про меня уже говорили по телевизору.

– Про нас.

Она не знала, что и думать. Так она мне сказала. Она никогда не видела, чтобы кто-нибудь так кричал и так истекал кровью. Мертвых она тоже никогда не видела.

– Ты собираешься убить еще много народу?

– Вряд ли, у меня осталась только одна пуля.

Становилось жарко. Жарко и влажно. Они уже подъезжали к морю. Море его с ума сводило. Об этом я уже говорил. Что ему не нравилось, так это пляж.

11
© 2012-2017 Электронная библиотека booklot.ru