Книга Чудесные занятия. Переводчик Корконосенко Кирилл С.. Страница 157

Пятница. Он ответил на твой вопрос об отеле. Ты найдешь у себя в номере программу твоего пребывания на острове, где будет расписание и все остальное. А тебя будут только увозить и привозить в отель. Словом, музеи и все такое…

Робинзон (в ярости). К чертям собачьим все эти музеи! Я хочу лично…

Пятница. Мы уже приехали, хозяин, выходи с этой стороны.

Он со смехом что-то сказал Банану, который хохочет и что-то говорит в ответ. Приглушенный шум большого отеля. Бархатный женский голос в репродукторе просит подойти одного из гостей к администратору. Тихая музыка.

Диктор (перекрывая общий гул). Чуть позже…

Робинзон. Побудь со мной немного, Пятница. Знаешь, мы закажем виски и выпьем вместе. Надеюсь, у тебя тоже хорошая комната, как и моя?

Пятница. Да нет, хозяин. У меня номер очень маленький, для обслуги, а окно выходит на вентиляционную трубу.

Робинзон. Безобразие! Я буду протестовать, сейчас же позвоню администратору и…

Пятница. Нет, хозяин, не стоит. Зачем мне хорошая комната? Я останусь в той, какую дали. Да и у меня есть свои преимущества, мне подсказал это Банан. Дело в том, что я могу пользоваться служебной лестницей и, если ночью приду не один, этого никто не заметит.

Робинзон. А как же я, Пятница? Их программа — сплошная скука. В нее затолкали что ни попадя, да и на что она мне сдалась! Получается, у меня не будет ни минуты свободного времени… спасибо, что отвели часы на сон! Хоть бы по крайней мере… Словом, ты меня понимаешь, дело не в том, что мне подавай как можно скорее…

Пятница. Я-то понимаю, хозяин, еще бы не понимать. Знаешь, если ты не обидишься, вернее, если они согласятся, я зайду за тобой вечером и уступлю тебе мою комнату, а может, мы там и оба устроимся…

Робинзон. Да как ты смеешь?

Пятница (со смешком). Прости меня, хозяин.

Телефонный звонок.

Робинзон. Да, Крузо. Да, да, я узнал вас! Через полчаса? Да, конечно, я вас буду ждать внизу. А-а, другой сотрудник? Понимаю, понимаю. Нора, однако… Да, могу предположить. Значит, в другой раз. Да, я тоже очень надеюсь. Благодарю.

Пятница. Ты чем-то расстроен, хозяин?

Робинзон. Да не лезь ты с расспросами. Я и не думаю расстраиваться. (Пауза.) Но если честно, я несколько разочарован. И прости меня за невольную грубость.

Пятница. А ты можешь мне сказать, кто эта Нора, хозяин?

Робинзон. Я с ней едва знаком. Она меня встречала в аэропорту. Сказала, что сейчас за мной заедут. Ну я подумал, что она… Словом, меня потащат в Музей антропологии.

Пятница. А почему ты не попросил ее поехать с тобой, хозяин?

Робинзон. Потому, что она ясно сказала, что приедет сам хранитель музея. Может, завтра… Да, быть может, завтра она сумеет… (Повторяет эти слова себе самому.)

Пауза. Затихают звуки лейтмотива.

Пятница. Ну ладно, если я тебе больше не нужен…

Робинзон. Ты встречаешься с Бананом?

Пятница (с радостным смехом). Как ты догадался, хозяин?

Дверь закрывается. Тишина. Едва слышен лейтмотив. Резкие шаги. Телефонный звонок.

Диктор (поверх общего гула). В тот же день, вечером…

Робинзон. Администратора, пожалуйста. (Короткая пауза.) Да, Крузо. Я познакомился с программой. Безусловно замечательная. Но мне бы хотелось, чтобы в программу включили некоторые вещи, да… Вот, к примеру, я бы желал видеть тот небоскреб, который построили на том месте, где когда-то стояла моя хижина. Разумеется, если можно, согласуйте это сейчас. Уже ждут? Я тотчас спущусь.

Лейтмотив. Слышны попеременно заученные фразы экскурсоводов, которые рассказывают о достопримечательностях острова, слова благодарности Робинзона, следом врывается громкая и пронзительная народная музыка, чьи-то веселые голоса, затем голос и смех Пятницы и Банана на уличном празднике, громкие поцелуи, женский смех и пение. Нарастают звуки грустного лейтмотива, слышны протокольные фразы, тосты, экскурсовод расписывает какой-то памятник, короткие замечания Робинзона.

Диктор (сквозь общий шум). Немного позже в отеле…

Пятница. Добрый день, хозяин. Ты хорошо отдохнул? Глядя на тебя, не скажешь — лицо совсем сонное.

Робинзон. Так оно и есть. Я плохо спал после самой последней поездки.

Пятница. А в те времена, насколько я помню, ты спал в хижине так же хорошо, как и я, а я сплю как убитый, и однажды ты сказал, что никогда не видишь сны.

Робинзон. Да, верно… Почти никогда не видел. Вокруг был такой покой…

Пятница. Но одиночество тебя угнетало, хозяин. Ты сказал тогда, что мое появление тебя спасло от тоски…

Робинзон. Да, очень было трудно жить в то время на острове, Пятница. Я никак не мог смириться со своей участью, однако начинаю думать, что существует другой вид одиночества и он куда хуже, чем та жизнь в полном безлюдье. Дай мне немного кофе, Пятница. Знаешь, вчера вечером меня повезли смотреть небоскреб.

Пятница. Ты ездил с Норой, хозяин?

Робинзон. Нет, с инженером-строителем. Он сказал, что это непревзойденное здание по своим архитектурным и техническим качествам. Я готов верить, но, по мне, оно ничем не отличается от небоскребов Лондона, такое же, как все современные здания. Люди входят и выходят, не сказав ни единого слова, точно чужие друг другу, а в лифтах или в коридорах едва здороваются…

Пятница. А почему ты ждал чего-то другого, хозяин? Ты сам говоришь, что здесь все так же, как в Лондоне и в Риме. Остров по-прежнему пустынный, если можно так сказать…

Робинзон (после паузы). Остров по-прежнему пустынный… Возможно, ты прав. Мой остров по-прежнему пустынный, еще более необитаемый, чем в те времена, когда волны выбросили меня на его берег…

Пятница. Такое трудно себе представить, хозяин. Банан сказал, что на острове живут более двух с половиной миллионов человек и правительство задумывается уже о контроле над рождаемостью населения.

Робинзон (с иронией). Само собой, все кончается этим. Единственное решение, на которое способны правители. А меж тем два с половиной миллиона мужчин и женщин живут, не зная друг друга, а семьи — точно такие же острова. Точь-в-точь как в Лондоне, что и говорить… (Пауза.) Не знаю, наверно, тут могло быть устроено все иначе?

Пятница. Почему, хозяин? Почему здесь, а не в Лондоне или в Риме?

Робинзон. Не знаю, Пятница. Во мне жила смутная надежда, когда я решил вернуться сюда вопреки всему, что говорили. Теперь-то мне ясно: я — глупец, думал, что место моего былого одиночества может стать чем-то таким, где будет все устроено иначе, что здесь свершится великое чудо, когда люди сблизятся, будут улыбаться, разговаривать друг с другом с доверием, делать все сообща… Я надеялся, что моя книга послужит чему-то, покажет людям, как ужасно одиночество и как прекрасно общение, содружество… Знаешь ли ты, что эту книгу читали почти так же, как «Дон Кихота» и «Трех мушкетеров». У меня, собственно, были основания строить какие-то иллюзии, но, как видишь…

Стук в дверь.

Голос служащего отеля. Сеньор Крузо, вас ожидает внизу госпожа Джон.

Робинзон. Нора! (Пауза.) Скажи ей, что я сейчас же спущусь вниз. (Пауза.) Дай мне серый костюм, Пятница. Синий галстук. Живей, милый! Посмотри, начищены ли мои черные туфли.

Пятница (со смешком). Да, хозяин.

Тихая музыка в холле. Звяканье льда в бокалах.

Нора. Это совершенно неофициальный визит, Робинзон. И у меня только пятнадцать минут, потому что мое рабочее время, полагаю, как и ваше, строго нормировано.

Робинзон. Не знаю, как и благодарить вас, Нора. Как вы и подозревали…

Нора. Подозревала?

157
© 2012-2017 Электронная библиотека booklot.ru