Пользовательский поиск

Книга С первой леди так не поступают. Переводчик Коган Виктор. Содержание - Глава 31

Кол-во голосов: 0

— А от кого, — спросил судья Голландец, — получена эта информация?

Бет откашлялась:

— От Уайли П. Синклера.

— Возражаю! — выпалила Сэнди Клинтик.

— Мы не в суде, мисс Клинтик, — заметил судья Голландец. — Здесь можно изъясняться внесудебным языком. — Он снова повернулся к Бет. — Но надо признаться, миссис Макманн, всё это не производит на меня впечатления. Ни малейшего.

— Мне и самой хотелось бы, чтобы эта информация была получена из какого-нибудь другого источника, ваша честь.

— Это же позор, ваша честь, — сказала Клинтик. — Позор и гнусность.

Судья принялся покачиваться в кресле.

— Миссис Макманн, если окажется, что информация ни на чем не основана, а вас в конце концов признают виновной, я… учту это обстоятельство при вынесении приговора. Вы понимаете, чем это чревато?

Бет кивнула:

— Да, ваша честь.

— А что, если этот свидетель… допустим, я даже разрешу вам его вызвать… будет всё отрицать? А это отнюдь не исключено. Что тогда?

— Ваша честь, — сказала Бет, — вы же не станете требовать, чтобы я обсуждала вопросы адвокатской стратегии в присутствии представителя обвинения?

Из кабинета судьи Бет и Сэнди Клинтик вышли вместе. В приемной, где они оказались одни, Клинтик повернулась к Бет:

— Когда у вас срок?

— В июне.

Клинтик презрительно улыбнулась:

— Похоже, вы с ним ни перед чем не остановитесь.

— Это случайность.

— Ну конечно!

— Вы считаете это частью общей стратегии защиты?

— Почему бы и нет? Ход и в самом деле ловкий. Теперь судье будет не так-то просто объявить смертный приговор, не правда ли?

Бет холодно улыбнулась в ответ:

— Значит, вот почему вы не упоминаете об этом публично?

— Я надеюсь добиться вердикта и приговора до того, как вы явитесь в суд в платье для беременных.

— Постараюсь не заставить вас долго ждать.

* * *

Уайли П. Синклер, большой дока по части уловок, контруловок и даже контрконтруловок, объяснил Бойсу, как с ним можно связаться посредством ярко-оранжевых полосок липкой бумаги и знака «стоп» на Глиб-роуд. Несколько часов спустя Бойс уже стоял в будке телефона-автомата в «Старом городе» — Александрии. Когда он сказал Уайли П. Синклеру, что́ ему нужно, тот рассмеялся.

— Ну и ну, вам палец в рот не клади, — сказал Уайли. Когда затея перестала казаться ему чудесной, он продолжил: — Вы же знаете три главных правила, да? Не ешь в заведении под названием «У мамы», не связывайся с тайным натуралом, не ложись в койку с тем, у кого больше проблем, чем у тебя. А вот четвертое: не пытайся перехитрить человека по имени Уайли.

— Я бы не взял на себя смелость пытаться заманить вас в ловушку, — сказал Бойс. — Но нам нужен этот документ. Без него они просто будут всё отрицать, и что тогда прикажете делать? Кого потом вызывать?

— Не пойдет, адвокат.

— Вы хотите добиться своего или нет?

— Значит, по-вашему, без этого дело не выгорит?

— Ага.

Наступила долгая пауза. Потом Уайли П. Синклер захихикал.

— Ох, опять у них на мою задницу глаза разгорятся. Еще как разгорятся. Придется перебираться в глубь Страны панды, в такую глухомань, что в конце концов я, наверно, открою совершенно новую породу медведя. Ну да ладно. Мне по душе такие юристы, как вы, адвокат. Ради клиента вы готовы на всё. Слушайте, я просто не могу не спросить… это она его прикончила, да?

— Это знать не обязательно.

— Мне уже не терпится увидеть их физиономии, когда она помашет этой бумажкой в суде. Вы азартный человек, адвокат?

— Ну, до вас мне далеко.

— Вы знаете, что они отправили в Вегас две сотни агентов — меня разыскивать? Я был там, а они меня упустили. Что за шайка тупиц! Я удрал в бабском наряде. — Уайли рассмеялся. — Ставлю три к двум, что, когда она заявится с этим в суд, у судьи Голландца от злости в носу все жилки полопаются.

Уайли настоятельно потребовал выполнения определенных условий. Бойс принялся считать, сколько законов он, Бойс, при этом нарушает. Досчитав до шести, он остановился.

Глава 31

Два дня спустя Бет с Сэнди Клинтик снова пришли в кабинет судьи Голландца.

— В последний раз прошу вас не употреблять больше выражения «чушь собачья», мисс Клинтик, — сказал судья Голландец. — Мы, конечно, не в суде, но и не в баре.

— Тогда я употреблю слово «подтасовка», — сказала Клинтик, кипя от злости. — Это же подтасовка. А вы ее допускаете.

— Пока еще я ничего не допускаю, мисс Клинтик. А вот подобных выражений я не допущу. Нигде.

— Она приходит сюда… — Клинтик показала пальцем на Бет, которая молча наслаждалась ее яростью, — …с письменным показанием беглого предателя…

— Я еще не вынес определения относительно этого показания, мисс Клинтик, — сказал он и бросил надменный взгляд на Бет. — Разве что признал его существование.

Он взял со стола листок бумаги с печатью нотариуса.

— Надо полагать, — сказал он, — этот нотариус понятия не имел, кто такой Уайли П. Синклер.

— Наверняка всё оформлено правильно, ваша честь. Мистера Синклера… по крайней мере, так проинформировал меня мистер Бейлор, который следил за тем, чтобы показание было нотариально засвидетельствовано, а подпись заверена… попросили предъявить два документа, удостоверяющих его личность, что он и сделал. Водительские права, очевидно, действительные до сих пор, и карточку социального обеспечения.

Судья Голландец хмыкнул:

— Это ужасно, миссис Макманн.

Бет пожала плечами.

— Признаю, судья, всё сделано наспех. Но статус лица, скрывающегося от правосудия, не влияет на правоспособность мистера Синклера давать письменные показания под присягой.

— Видимо, — со вздохом сказал судья Голландец, — нам следует на время отложить спор о его преступной деятельности. Бремя разрешения этого вопроса должен взять на себя мистер Бейлор. Ведь это он… — судья недоверчиво посмотрел на Бет, — …установил незаконный контакт с нашим беглецом, мистером Синклером. Разумеется, мистер Бейлор всегда может заявить, что имело место некое принуждение или что он был не в состоянии произвести арест мистера Синклера.

Бет подумала: уж не подсказка ли это?

— Как бы там ни было, — продолжал он, наклонившись вперед, — теперь нам предстоит вплотную заняться этой историей с «Бревенчатой хижиной».

* * *

— Защита вызывает Роско Фарканта.

Ну и переполох у судьи Юмина в зале судебных заседаний — гул, ропот, вытянулись шеи, заерзали седалища. Бойс, острее, чем когда-либо, сознававший свое сходство с кротом, сидящим в норе на заднем сиденье, в недрах подвального гаража, отдал бы одно яйцо и три решения Верховного суда за то, чтобы присутствовать там лично.

В прессу — как и следовало ожидать — уже просочилась информация о том, что Бет собирается вызвать главу Агентства национальной безопасности, единственного учреждения в Вашингтоне, которое еще хранило кое-какие секреты, заслуживающие внимания. Этот вызов в суд произвел сенсацию. Юристы АНБ заявили, что начальник в суд не явится. Судья Голландец ответил, что в таком случае прикажет взять генерала Фарканта под арест. АНБ сменило гнев на милость. Ничто так не способствует сосредоточенности, как мысли о наручниках.

Никто не знал, о чем именно она намеревается его расспрашивать. Умники с телевидения строили самые невероятные догадки.

Фаркант, как и большинство руководителей АНБ, раньше был военным. И выглядел соответственно: опрятный вид, короткие пушистые волосы, очки, глаза-бусинки, блестящие от больших-больших секретов. Он производил впечатление человека, который и Богу ничего не скажет, поскольку у Бога нет допуска к секретным материалам.

— Генерал Фаркант, — сказала Бет, обратившись к нему вежливо и почтительно, — я не стану отнимать у вас и у суда время на проверку ваших полномочий, которые не вызывают сомнений. Вы уже пять с половиной лет являетесь директором Агентства национальной безопасности. Данное учреждение собирает электронную информацию в интересах правительства США. Это точное описание его роли?

53
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru