Пользовательский поиск

Книга Арабский кошмар. Переводчик Коган Виктор. Содержание - Глава 18 Окончание продолжения окончания интерлюдии

Кол-во голосов: 0

«Постой. Это еще не все. Взглянув на нее, я сразу же понял, что она на сносях. Лишь по наивности своей не замечала она этого факта. Так вот, когда ее встревоженная семья организовала поиски и в результате этих поисков было обнаружено тело девушки, погибшей от холода и голода на опушке леса, обнаружились и признаки того, что она родила, но следов ребенка никто не нашел. Вот и вся моя история».

Я разрыдался. Но что-то меня тревожило. Внезапно я понял причину моей тревоги – тот знакомый запах паленого. Дрались мы отчаянно (он выцарапал мне глаз), но в конце концов я не сумел его удержать (ибо джинн способен ускользать из обличья в обличье), и он не долго думая отказался от лживой маски сантона, дабы вырваться из моих рук.

Я погрузился в раздумья. Она умерла, если джинн говорил правду, но, возможно, жив был мой ребенок. «Лишь найдя свое дитя, смогу я придать какой-то смысл тому, что было до сих пор бессмысленной жизнью». И все же я был растерян, не зная, как вести поиски. Наконец я вспомнил о тех, кто заботился обо мне в младенчестве. Я вернулся к обезьянам и обратился за помощью и советом к своим приемным родителям. Они ответили, что сначала должны узнать мнение своих старейшин.

(– В чем же, интересно, – как бы в скобках вставил Йолл, – состоит все очарование историй о говорящих животных? Возможно, все дело в ребенке, что в нас сидит. Дети рождаются в силу некоего животного магнетизма и придают любви облик пушистого медведя, а страху – громадного насекомого.)

Полагаю, те, кто не был удостоен чести жить среди обезьян, как я, не сумеют ясно понять, что в обезьяньем обществе царят порядок и иерархия и что важные решения принимаются советом старейшин. Несколько дней я ждал, когда соберется совет, и еще неделю – прежде чем мне сообщили решение, и ответ их был довольно краток. Они дали мне загадку и велели не прекращать поиски, пока не найду того, кто сумеет ее отгадать. Загадка была такая:

Спрошу тебя о семерых, уже имеющих названья.
Они не заплутают, не вылетят из памяти, и каждый стар и нов.
Всяк, кто живет в них, живет как в жизни, так и в смерти.

И вот, сирота и чужак, вечно скитаюсь я по земле, загадывая всем эту загадку и разыскивая свое дитя».

Джинн закончил чтение.

«Теперь я сожалею о том, что убил его, – сказал мальчик.– И все же ничего не понимаю. Почему он разгневался и почему вылил воду?»

«На другом листе бумаги, который я тебе дал и который ты показал ему, был ответ на загадку. Вот почему он разгневался, и вот почему письмописец, когда смекнул, в чем дело, велел камнями прогнать тебя из деревни»

«Не понимаю. Совсем ничего не понимаю».

Тогда джинн, забрав и второй документ, поведал ему ответ на загадку, повернулся на другой бок и притворился спящим.

Разгадка ничего не прояснила, и волчий выкормыш пребывал в крайнем недоумении, но этим ему и пришлось довольствоваться. В глубокой задумчивости он повернул обратно и отыскал королевскую дорогу, которая вела ко дворцу султана. Там он рассказал свою историю султану и его придворным почти столь же подробно, как я рассказал ее вам. Было много вопросов и споров.

«Вот уж воистину головоломка и чудо! – воскликнул султан Рукнабада.– Что все это значит?»

«Это значит, – сказал мудрейший из придворных, единственный, кто внимательно следил за всем происходящим, – что мальчик сей – идиот, сын идиота и внук идиота.– Затем, помолчав, он добавил: – Разве сумел он хоть что-то узнать?»

Мнение этого придворного было решающим, и волчьего выкормыша навсегда изгнали из султанова дворца и владений.

– Я совершенно сбит с толку, – сказал принц, решив, что носильщик уже закончил.– К чему все это имеет отношение?

– Вы нетерпеливы, – ответил носильщик. Дослушайте до конца. А конец сей истории таков, что после многочисленных приключений и неприятностей изгнанный юноша обосновался в Багдаде и стал там трудиться носильщиком. А теперь должен сказать вам, что юношей тем был я.

– У вас увлекательная и яркая жизнь, – признал принц и задумался. Через некоторое время он вновь заговорил: – Теперь, выслушав вашу историю, я понял, что вы все время знали и загадку, и разгадку – даже до того, как встретились с Вашо и волшебником-христианином, и задолго до того, как встретились с дамой в саду.

– Да, это так, – улыбаясь, согласился носильщик.

– Но ничего по этому поводу не предприняли?

– Это верно. Мне и в голову не приходило, что я должен что-то по этому поводу предпринять.

– Вы и вправду идиот, – заключил принц.– Такой идиот, что не только протекции от меня не дождетесь, но и рады будете убраться подобру-поздорову.

*

Йолл выпалил эти последние слова и умолк.

Глава 18

Окончание продолжения окончания интерлюдии

Скандал, да и только. Похоже, я окончательно все запутал. Меня мутит от стыда и усталости, и слава Богу, что при этом не присутствует ни один конкурирующий специалист из касасиунов. Хорошо бы Бэльян не задавал больше вопросов. Я должен быть вежлив, но, уверен, при этом он подает дурной пример остальным. Попытаюсь сделать последнее усилие. Боюсь, следующий эпизод окончится для меня не совсем благополучно…

Воцарилась тишина. Затем:

– Но я совсем ничего не понимаю, Йолл. В истории, которую вы нам рассказали, не объясняется, откуда мартышки знали ответ на загадку о «семерых, уже имеющих названья».

Это был Бэльян.

Его поддержал монах:

– Да, в ней лишь еще раз подтверждается, что загадка им была известна.

– А каким образом получилось так, что ту же самую загадку христианин загадал девочке в саду?

На сей раз Йолл принялся бить себя по лбу кулаками:

– Ох, позор мне, дураку набитому! Я же упустил самое главное! Ладно, вернемся немного назад.

Йолл умолк, дабы собраться с мыслями. Он обслюнявился, и одна капля докатилась до края подбородка, где и повисла, дрожа. Потом, когда он заговорил, она упала.

– Напомню, что, когда человек, который рос среди обезьян, начал разыскивать своего сына, он обратился за помощью к обезьяньему совету. Что я должен был сделать, так это объяснить, к кому и при каких обстоятельствах обратились, в свою очередь, за помощью обезьяны. Постараюсь сделать это сейчас.

Напомню также, что ранее я пытался рассказать «Повесть о двух карликах, которые отправились на поиски сокровищ», но меня отговорили, сославшись на чрезмерную затянутость сей истории.

– «Повесть о двух карликах» совсем не похожа на остальные ваши истории

– короткие и простые. Она непомерно длинна и сложна. Ее также называют «Язык лабиринта». Прошу вас, не надо ее сейчас рассказывать.

– Я и не собираюсь, – ответил Йолл.– Мне только хотелось обратить внимание на длительность этой истории, дабы вы поняли, почему, когда Иблис рассказывал ее в пустыне христианину, был сделан перерыв для обсуждения некоторых ее тем. Будучи существами, склонными к подобного рода вещам, Иблис с христианином вскоре перешли к обсуждению богословских вопросов. Во время этого обмена мнениями Иблис и заявил христианину, что мир и все, находящееся внутри и снаружи, сотворил он.

«Я вас сотворил, а не Бог, – похвалялся Иблис.– Я радею за человека и все дела его. Я – всеведущий и всемогущий».

Христианин поставил это заявление под сомнение, и последовавшая затем дискуссия кончилась тем, что Иблис потребовал, чтобы христианин задал ему загадку или головоломку, которую он не сумеет решить, в противном же случае христианину придется по всей форме признать всеведение Иблиса и сотворение мира нечистой силой. Как только вызов был принят, Иблис продолжил прерваную «Повесть о двух карликах». Думаю, все же следует дать вам некоторое представление об этой истории, поскольку…

48
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru