Пользовательский поиск

Книга Сарацинский клинок. Переводчик - Гаврюк Т.. Содержание - 10

Кол-во голосов: 0

– Не бойтесь, – нежно сказал Пьетро. – Я думаю, что вы никогда об этом не пожалеете. Это только вы думаете, что, выходя за меня замуж, вы бесчестите себя; людей уже больше не интересует, как, где и от кого я рожден…

Она не двигалась, голова ее лежала на его плече.

– Говорят, – прошептала она, – что вы были посвящены в рыцари королем Франции за то, что спасли ему жизнь на поле боя. А потом вас посвятил сам император Фридрих за заслуги перед короной. Это правда?

– Да, – сказал Пьетро. – Но в этом вопросе, как и во всех остальных, вы не должны верить мне на слово.

– Вы не стали бы лгать, – устало сказала она. – Вы не могли получить Хеллемарк без согласия императора. Теперь вы барон, и ваши сыновья будут баронами, а через какое-то время никто не будет ставить под сомнение их знатность…

– Примерно так, – сухо сказал Пьетро, – рождается аристократия.

– Я знаю. А теперь оставьте меня до завтра. Уже поздно, и я хочу подумать…

– Вы дадите мне завтра ответ? – спросил Пьетро.

– Вряд ли. Мне нужно время, чтобы подумать. Может, месяц… или два. В это время вы здесь желанный гость. Возможно, таким образом я привыкну к вам…

Пьетро еще раз поцеловал ее. Она напряглась, но и только. Она не оттолкнула его, не отвернулась.

Месяц, подумал Пьетро. Или два. Интересно, сколько пройдет времени, прежде чем Фридрих своим нетерпением испортит мне все дело?

Помоги мне Бог, если Фридрих не подождет, подумал Пьетро и последовал за слугой в отведенную ему комнату.

10

Теперь их отношения стали спокойными. Спокойными и зыбкими, как вода. И меняющимися, как вода. Иногда Пьетро казалось, что в ее глазах чувствуется теплота, когда она приветствует его. А в иных случаях он сталкивался с неожиданными, пугающими вспышками отвращения. Но каждый раз, когда она обрушивалась на него, обзывая конюхом, выскочкой из крестьян, рыцарем из простонародья, она при следующем его визите смиренно просила прощения. Когда это случилось в первый раз, Пьетро перестал к ней ездить. Тогда она послала за ним, сопроводив приглашение очаровательным письмом, написанным ее собственной рукой, полным детской непосредственности, орфографических ошибок, неловко построенных фраз.

Пьетро был почти уверен, что теперь она уже любит его. Он всем сердцем надеялся, что император не вмешается. Фридрих был очень занят. Во время коронации он принял крест из рук кардинала Гуго[38] из Остин и обещал в августе 1221 года отплыть в Святую Землю. Пьетро знал, что выполнить это обещание немыслимо. Оставалась еще проблема с графом Молизе, который упорно отказывался подчиниться. Кроме того, Фридрих намеревался удалить всех сарацинов с острова Сицилия. Мало-помалу он, не скрывая своих намерений, создавал монолитное государство. Теперь в Роккабланке стоял его гарнизон, как и в других замках, захваченных им. Даже Пьетро был уведомлен, что в течение двух лет он должен отдать Хеллемарк и построить у себя в поместье удобный жилой дом. Поместье оставалось ему, но замки и все другие укрепления могли принадлежать только императору. Это означало конец феодализма в Италии. Пьетро не сожалел, что становится свидетелем этого процесса. Вместе со строителями он разработал такой замечательный проект виллы, что, гордясь делом своих рук, послал копию проекта Фридриху.

Ответ Фридриха последовал немедленно и оказался характерным для императора.

“Мы, – писал он, – сняли копии с твоего проекта и послали их всем знатным людям, которые сдали нам свои замки. Нам твой проект представляется замечательным произведением строительного искусства. Мы известили наших подданных, что будем разрешать отклонения от твоего проекта, но только в незначительных деталях, настолько этот проект устраивает нас Когда ты закончишь строительство, сообщи нам об этом, ибо, если государственные дела не будут держать нас, мы нанесем тебе визит и лично осмотрим все.

Кроме того, мы поручаем тебе разработать проект замка-крепости, который мы намерены построить в Фоджии. Он должен быть недоступен для нападения и в то же время внутри удобен для жилья, как ты предусмотрел это для своей виллы.

Мы отметили с некоторым неудовольствием, что ты ничего не пишешь относительно женитьбы на госпоже Элайн. Мы хотели бы напомнить тебе, что осталось совсем немного времени до окончания срока, который мы поставили тебе”.

В этом письме было и многое другое, но Пьетро только пробежал остальное глазами. Он долго и с чувством ругался. Гордость еще раз подвела его. Он мог бы предвидеть, чем это кончится. Он совсем не хотел, чтобы его вилла повторялась по всей Италии, и, уж конечно, не желал, чтобы Фридрих вмешивался в его отношения с Элайн. Однако помешать императору он был бессилен.

Он подумал было, не рассказать ли Элайн, что Фридрих может взять дело в свои руки. Но он до боли отчетливо представил себе, какова будет ее реакция: все, чего он добился, весь постепенный осторожный процесс завоевания ее доверия, ее расположения рухнет в один момент перед лицом того, что она может рассматривать только как неприкрытую демонстрацию силы.

Пока что он был занят работой над проектом замка в Фоджии. Фридрих уехал из Фоджии, он вообще покинул Апулию и жил в Калабрии – на самом носке итальянского сапога. Пьетро знал, что торопиться нет необходимости, пройдут годы, прежде чем Фридрих соберется строить замок в Фоджии, но проект был конкретным делом, отвлекал от мыслей, которые терзали и беспокоили его.

Он сидел над проектом, советуясь со своими строителями о некоторых деталях, когда – это произошло второго марта – вошел его сенешал Манфред, почти лишившийся дара речи от изумления.

– Господин! – еле выговорил он. – Господин!

– Ты уже дважды сказал “господин”, – сухо заметил Пьетро. – Кончай с этим и говори, что тебя беспокоит?

– Внизу! Во дворе… госпожа! С большой свитой! Я впустил их – я знаю, что вы не хотели бы заставлять ее ждать…

– О Святой Боже! – вырвалось у Пьетро.

– С ней настоятель аббатства! Видит Бог, мой господин, это выглядит как свадебная процессия! Сопровождающие ее женщины украшены цветами – один Бог знает, где они нашли цветы в это время года… Не мог ли мой господин забыть?

– Не будь задницей, Манфред. Как я мог забыть день моей свадьбы? Госпожа еще только должна дать согласие…

Он сбежал по лестнице во двор. Элайн сидела на белоснежной кобыле, богато украшенная. В волосах у нее были цветы, а платье… Матерь Божья! – это было свадебное платье…

Пьетро протянул ей навстречу руки и помог спешиться. Он смотрел на нее, его темные глаза расширились от изумления.

– Я приехала, чтобы обвенчаться с вами, – произнесла Элайн. В ее голосе звенели льдинки.

– Но… – прошептал Пьетро.

– Конечно, – четко выговорила Элайн, – мой господин не столь безрассуден, чтобы не подчиняться приказам Его Величества Фридриха, императора Римской империи!

Пьетро задохнулся. “Святой Боже, сын Святой Марии! – подумал он. – Почему Ты не предотвратил это?”

– Я напишу ему, – поспешно сказал Пьетро, – и буду умолять его отменить этот приказ…

Голубые глаза Элайн были широко открыты и прозрачны и полны разрушительным сладким женским ядом.

– Почему? – спросила она. – Разве господин больше не желает жениться на мне?

– Да, я хочу. Да, да, Святой Боже! Только… Элайн… я хотел, чтобы вы пришли ко мне по доброй воле, а не по приказу короля…

– Сейчас это уже не имеет значения, – благозвучно произнесла она.

Слишком благозвучно. В ее голосе звучала нотка, которую он однажды уже слышал, но не мог припомнить, при каких обстоятельствах…

– Не будем заставлять Его Преосвященство ждать, – сказала она. – Мне сообщили, что чем скорее исполняются приказы короля, тем лучше

Теперь он вспомнил эту интонацию. Когда она сказала об Артуро-лекаре: “Я его повесила…” – ее голос звучал так же. Ледяной голос.

вернуться

38

Впоследствии Папа Григорий IX, почти столь же грозный глава Римский церкви, как и Иннокентий.

71

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru