Пользовательский поиск

Книга Темное обольщение. Переводчик Бушуев А. В.. Содержание - Глава 3

Кол-во голосов: 0

Клэр мысленно взмолилась, желая, чтобы этот самый Эйдан все-таки сдался. Она не знала, кто он такой, и не понимала, почему, наблюдая за их поединком, заняла сторону Малкольма. Тем не менее она была готова, если это потребуется, выпустить в Эйдана пулю. Обычно рука у нее была твердая, но ей еще ни разу не приходилось стрелять в подобных обстоятельствах, тем более в состоянии панического страха, который владел ею в эти минуты. Рука предательски дрожала, и хотя в планы Клэр не входило убивать этого второго, кто поручится, что дело закончится только ранением?

Темноволосый соперник Малкольма слегка расслабился, хотя еще какое-то мгновение противники пребывали в статичной позе, сцепившись клинками. В следующую секунду они расцепились и отскочили друг от друга.

Клэр робко, бочком, проскользнула мимо Эйдана. Тот с улыбкой обернулся к ней. При виде такой сильной мужской красоты у Клэр екнуло сердце.

– Красавица, подари мне еще один такой день! – вкрадчиво произнес он и довольно усмехнулся, явно красуясь перед ней, словно никакой схватки на мечах не было. – Пусть я негодяй, но я с радостью буду ждать новой встречи! – добавил он.

Но Клэр пропустила его реплику мимо ушей и бросилась к Малкольму. Тот сделал шаг вперед, словно хотел прикрыть ее грудью. Теперь Эйдан был вне поля ее зрения.

– Другого раза тебе не представится! – рявкнул Малкольм Эйдану и повернулся к хозяйке магазина: – Он тебе ничего не сделал?

Клэр тряслась, как осиновый лист. Она уже собралась сказать, что с ней все в порядке, но тут поняла, что Эйдан куда-то исчез.

– Куда он делся? – растерялась она.

– Отдай мне оружие, красавица, – ласково попросил Малкольм и осторожно забрал у нее из рук «беретту». Он положил пистолет на кухонный стол, а сам привлек ее к себе и обнял.

Клэр мгновенно почувствовала себя в безопасности. От его крепкого мускулистого тела исходило ощущение силы и надежности.

– Кто это был? Куда он исчез?

Его взгляд утратил прежнюю суровость, черты лица смягчились. Огромной рукой он провел по ее волосам до самой поясницы, и все мгновенно изменилось. Его тело было таким мужским, таким сильным и сексуальным, а его запах таким возбуждающим, что ноги Клэр тотчас сделались ватными. Его обнаженные бедра прижимались к ее обнаженным бедрам, а чуть шершавая кожа сапог приятно щекотала голени. Она, даже в своих ковбойских сапожках, все равно была ростом ниже Малкольма. Ее груди прижимались к твердой стене его груди. Он сильно возбудился, и она явственно ощущала, как его мощный член крепко прижимается к ее бедру.

Между ног тотчас сделалось влажно. Она хотела этого мужчину, и это не имело ничего общего с гипнотическим трансом.

– Не бойся, красавица. Этот негодяй ушел. – Его рука скользнула ниже по обтянутым юбкой ягодицам и крепко их сжала. – Я хочу тебя, красавица!

– Знаю, – ответила она и, облизнув губы, набралась смелости добавить: – И я тебя тоже.

Малкольм улыбнулся. Его сильная рука, прокравшись ей под юбку, ласкала ее ягодицы.

– Ты согласна подождать часок-другой? – проворковал он.

На Клэр нахлынула пульсирующая волна желания. Обычно ее было нелегко удовлетворить, но сейчас она понимала: стоит ему прикоснуться к ней – по-настоящему, там, между ног, – и она испытает мощный оргазм. Наверное, ее возбудил поединок, свидетелем которого она только что стала.

– Отнеси меня наверх! – шепнула она, едва ли отдавая себе отчет в своих действиях.

Такое с ней происходило впервые. Ладно, у нее еще будет время подумать о том, кто он такой и откуда здесь взялся. А пока они сполна, до пресыщения, насладятся друг другом.

– Ты не слышала меня? Здесь небезопасно, и я не смогу защитить тебя. Но я все равно возьму тебя под защиту. Отныне ты будешь моей Невинной!

– Ты о чем? – прошептала в ответ Клэр, еще крепче прижимаясь к нему. Впрочем, она поняла: он отказывает ей. Чувствуя, как желание затмевает собой все вокруг, она уткнулась ему лицом в грудь. Ее тело терзал неутолимый, всепоглощающий голод страсти. Ее руки скользнули к его талии, с губ едва не сорвался стон. Его реакция на ее возбуждение не вызывала сомнений – его член сделался тверже, а сам он еще крепче сжал ее аппетитные «булочки».

– Прости, красавица, – прошептал он.

И снова Клэр не поняла его. Казалось, они родом из разных миров и говорят на разных языках, за исключением одного языка их разгоряченных страстью тел. Этот оба понимали с полуслова. А затем их как будто катапультой метнуло через всю комнату, и они, пробив стены, устремились к звездам.

Из горла Клэр вырвался пронзительный крик.

Глава 3

Это был его четвертый прыжок. И все равно он оказался не готов к боли. Пытаясь вынести мучительную пытку, он сжимал в объятиях истошно кричащую женщину. Казалось, с него живьем сдирали кожу, срывали с головы скальп, выламывали из суставов конечности. Но разве это главное? Главное – приземлиться целым и невредимым. А боль – потерпеть, и она пройдет.

Если честно, он еще ни разу не испытывал таких мук. Да что там! Он даже не подозревал, что такая боль бывает. Он сам с трудом подавил в себе рыдания.

В следующий миг они приземлились.

Ощущение было такое, будто их сбросили вниз с высокого утеса на острую, зазубренную поверхность скалы. Малкольм застонал, чувствуя, как боль пронзает тело, взрываясь в спине и голове ослепительными белыми вспышками. Однако женщину из объятий он не выпустил. Более того, он тотчас вознес благодарность Древним за то, что те позволили ей остаться с ним и что она сама оказалась достаточно сильна, чтобы совершить прыжок сквозь время.

Кстати, сейчас она прижималась лицом к его груди и тихо всхлипывала.

Магистр не должен использовать данную ему силу к собственному благу.

Он напрягся. Муки слегка отступили, но окончательно не исчезли.

Ему говорили, что это состояние неопределенности, сочетание слабости и беззащитности, длится лишь считаные минуты, и будь он один, то проявил бы терпение. Но он был не один. В его объятиях была женщина, и, когда боль наконец отступила, его тело напряглось.

Он хотел ее.

Но ведь он перенес эту женщину в свое время не потому, что хотел ее. Он последовал за Сибиллой в будущее, охотясь и за ней самой, и за страницей. Эта женщина была Невинной, она попала в ловушку между добром и злом. Он не мог оставить ее в ее времени, оставить одну, без всякой защиты, тем более в опасной близости от Сибиллы и Эйдана. В свое время он дал обет во все века защищать Невинных. Его собственная жизнь ему больше не принадлежала.

Три года назад он попал в число избранных. Его вызвали в монастырь на острове Айона, где он с удивлением узнал, что никакого монастыря не существует. На самом деле за каменными стенами обитало тайное Братство. Ему сказали, что он происходит из древнего рода, берущего начало от древних кельтских богов. Поэтому он должен пойти по стопам своего отца и защищать человечество. Он дал священный обет, который безвозвратно изменил его жизнь. Защищать Бога. Хранить Веру. Охранять Невинных.Борьба, которую он вел, была направлена не против королей и кланов. Это была борьба со злом. Тогда это явилось для него потрясением, но одновременно и облегчением тоже, как если бы он заранее знал, что в один день будет призван. Ибо теперь его жизнь обрела смысл. Его необычайная сила, острый разум, способность к состраданию, стойкость и выносливость неизменно внушали окружающим трепет. Его же не покидало ощущение, что он не похож на других, даже на свой собственный народ. Что с самого своего рождения ему была предначертана иная судьба.

С благословения аббата он тогда прочел ритуальные страницы и обрел дарованную ему силу. Этой силой не обладал ни один смертный. Прочие дары созреют в нем чуть позже. Временные рамки обычной человеческой жизни для него расширятся. И хотя принесенный им обет был прост и понятен, сам Кодекс был длинным и допускал самые разные толкования. Однако самый главный догмат Кодекса недвусмысленно требовал, что ни один Магистр не имеет права использовать дарованную ему силу в своекорыстных целях.

10
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru