Пользовательский поиск

Книга Натюрморт из Кардингтон-кресент. Переводчик Бушуев А. В.. Содержание - Глава 9

Кол-во голосов: 0

Так что Сибилла была у себя. Уже почти полностью рассвело. Окно ее комнаты выходило на восток, и занавески казались расшитыми золотом. Сибилла успела проснуться и сидела, прислонившись к резному шесту балдахина, лицом к окну. Ее густые черные волосы были распущены, ниспадая на спину и обрамляя лицо. Эмили на мгновение подумала, как это, однако, странно — распускать полосы по плечам.

— Сибилла, — негромко произнесла она. — Извините, я не хотела вторгаться к вам без спроса, но нам срочно нужно поговорить. Полагаю, вам известно, кто убил Джорджа, и…

Она подошла почти к самой кровати и теперь смогла рассмотреть Сибиллу. Прислонившись спиной к столбику балдахина, та сидела в какой-то странной позе, слегка склонив голову, как будто задремала сидя. Эмили обошла кровать и наклонилась ближе. И тогда увидела лицо Сибиллы. От ужаса у нее перехватило дыхание, сердце на миг остановилось.

Сибилла смотрела на нее незрячими, выпученными глазами. Лицо ее распухло, рот открыт, язык вывалился наружу, черные волосы обмотаны вокруг шеи, затем вокруг столбика и завязаны узлом. Эмили открыла было рог, чтобы закричать, но с губ ее не сорвалось даже негромкого писка — мешал застрявший в горле ком. Она поймала себя на том, что стоит, зажав кулаками рот, и на костяшках пальцев, там, где она укусила их, выступила кровь. Лишь бы не упасть в обморок! Нужно скорее позвать на помощь. Скорее, давай, уходи отсюда, зови остальных!..

Ее била такая сильная дрожь, что ноги поначалу ее не слушались. Эмили больно зацепилась ногой за угол кровати и, покачнувшись, схватилась за спинку кресла, чтобы не упасть. При этом она едва не повалила кресло. Нет-нет, сейчас не до обмороков, сюда вполне может кто-то прийти и застать ее здесь. Ее и так все винят в смерти Джорджа. Обвинят и в этой смерти.

Увы, дверная ручка отказывалась повиноваться ей, хотя она повернула ее уже дважды. Наконец потными пальцами Эмили кое-как повернула злосчастную ручку и едва не вывалилась в коридор.

Слава богу, здесь было пусто. Никаких горничных, спешивших по утренним делам, чистить каминные решетки или подавать в столовую завтрак. Едва ли не бегом Эмили проделала путь до комнаты Шарлотты и, даже не постучав, взялась за ручку и распахнула дверь.

— Шарлотта, скорее просыпайся! Просыпайся и послушай меня! Сибилла мертва!

Она едва различила в постели силуэт сестры. Лишь волосы, темным облаком разметавшиеся по белоснежной подушке.

— Шарлотта! — крикнула она, слыша в своем голосе истеричные нотки, но ничего не могла с этим поделать. — Шарлотта!

Сестра присела в кровати, и предрассветную тишину нарушил ее шепот:

— В чем дело, Эмили? Ты больна?

— Нет, нет, — Эмили жадно глотала ртом воздух. — Сибилла мертва. Мне кажется, ее убили. Я только что обнаружила Сибиллу… в ее комнате, задушенную собственными волосами.

Шарлотта бросила взгляд на часы на прикроватном столике.

— Эмили, сейчас двадцать минут шестого. Ты уверена, что тебе не привиделся кошмар?

— Уверена! О боже, неужели меня обвинят в том, что это я убила ее! — воскликнула Эмили и из последних сил попыталась собрать в кулак всю свою волю.

Увы, как она ни старалась, тело ее начала сотрясать дрожь, и она, разрыдавшись, повалилась на постель в ногах кровати. Шарлотта встала и, подойдя к ней, обняла за плечи и стала укачивать, как ребенка.

— Что случилось? — негромко спросила она, стараясь говорить как можно спокойнее. — Скажи, что тебе понадобилось в комнате Сибиллы, причем в такую рань?

Эмили была понятна озабоченность сестры, но она решила не поддаваться душевным терзаниям и страху. Ей могут помочь лишь здравые рассуждения, и ничто другое. И она попыталась выбросить из головы всю злость и сосредоточиться лишь на самом важном.

— Позапрошлым вечером я обратила внимание на ее лицо. На какой-то миг на нем читалась такая ненависть, когда она повернулась к Юстасу, что я решила узнать у нее почему. Что ей о нем известно? Неужели она боялась, что он что-то замыслил? Шарлотта! Все они убеждены, что это я убила Джорджа! И сделают все для того, чтобы Томас был вынужден арестовать меня. Так что я должна выяснить, кто это сделал, и тем самым спасти себя.

Несколько секунд Шарлотта молчала, затем медленно поднялась с места.

— Я лучше пойду проверю, и если ты права, то разбужу тетю Веспасию. А еще нужно будет вновь вызвать полицию. — С этими словами она набросила на плечи шаль и завернулась в нее, едва слышно прошептав: — Бедный Уильям.

Шарлотта ушла, а Эмили осталась лежать, свернувшись в комок, в ногах кровати. Она попробовала думать, надеясь распознать в случившемся какую-нибудь закономерность, но, увы, наверное, еще рано. Ее всю трясло — не от холода, потому что воздух в комнате был теплым. Холод царил внутри ее, где также поселилась и тьма. Кем бы ни был убийца Джорджа, теперь этот человек убил Сибиллу, причем, вне всяких сомнений, потому, что та знала, кто он такой. Или она.

Интересно, это имеет какое-то отношение к Юстасу и Тэсси? Или только к Юстасу? Или же не к нему, а к Джеку Рэдли?

В следующий миг дверь открылась, и в комнату вошла Шарлотта. В сером утреннем свете, сочившемся в окно, ее лицо казалось бледным, как мел. Руки ее дрожали.

— Действительно мертва, — с трудом выдавила она. — Оставайся здесь и закрой за мной дверь. Я пойду разбужу тетю Веспасию.

— Погоди! — крикнула ей Эмили, вставая, и тотчас потеряла равновесие. Ноги ее были как ватные, колени подкашивались. — Я тоже с тобой. Я не хочу оставаться здесь одна. И тебя не пущу ходить по дому в одиночку.

Эмили вновь попыталась встать, и на этот раз тело послушалось ее. Не проронив ни слова, они с Шарлоттой плечом к плечу зашагали по коридору, еле слышно ступая по толстому ковру. Жардиньерка с папоротником, в высоту едва ли не с дерево, отбрасывала на обои тени, похожие на осьминогов.

Сестры одновременно постучали в дверь Веспасии и прислушались. Ответа не последовало. Тогда Шарлотта постучала вновь и на всякий случай повернула дверную ручку.

Дверь оказалась не заперта. Шарлотта распахнула ее, и они обе скользнули внутрь, после чего вновь закрыли за собой дверь.

— Тетя Веспасия! — позвала Шарлотта.

В этой комнате было темнее — наверное, потому, что шторы здесь были плотные. Но даже в полумраке они увидели кровать, а на подушке — голову тети Веспасии. Седые волосы были собраны в мягкий узел. Какая она все-таки старенькая, подумала Эмили.

— Тетя Веспасия, — еще раз окликнула ее Шарлотта.

Леди Камминг-Гульд открыла глаза. Тогда Шарлотта шагнула ближе к занавешенному окну, чтобы быть ближе к свету.

— Шарлотта? — Веспасия приподнялась в кровати. — В чем дело? Кто это с вами? Эмили? — в ее голосе послышались тревожные нотки. — Что случилось?

— Эмили кое-что вспомнила, а именно выражение на лице Сибиллы позавчера за ужином, — начала Шарлотта. — Она подумала, что если поймет, что это было, это ей кое-что объяснит. И она пошла, чтобы спросить Сибиллу.

— В такую рань? — Веспасия выпрямилась в кровати. — И как, это что-то ей объяснило? Скажи, Эмили, ты выяснила, что хотела? Что сказала тебе Сибилла?

Шарлотта закрыла глаза и сжала кулаки.

— Ничего. Она мертва. Задушена собственными волосами. Кто-то закрутил их вокруг столбика балдахина. Не знаю, может, она сделала это сама, а может, кто-то другой. Сказать точно не могу. Надо будет вызвать Томаса.

Все так же сидя в кровати, Веспасия внимательно слушала ее, не проронив ни слова. Шарлотта стояла ни жива ни мертва от страха, но затем Веспасия подняла руку и трижды дернула за шнурок колокольчика.

— Дайте мне мою шаль, — попросила она.

Шарлотта выполнила ее просьбу. Опершись на руку Шарлотты, которую та протянула ей для опоры, Веспасия неуклюже слезла с кровати.

— Нам стоит замкнуть дверь. Не хотелось бы никого впускать внутрь. И еще, я считаю, нужно поставить в известность Юстаса, — она сделала глубокий вдох. — И Уильяма. Как вы думаете, в такую рань Томас будет дома? Отлично. В таком случае поскорее напишите ему записку и отправьте лакея, чтобы тот привел его и констебля.

© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru