Книга Земляничная тату. Переводчик Алюков Игорь. Содержание - Глава пятнадцатая

– А суп вкусный, – разочарованно протянула Ким.

– А ты думала, там будут плавать какашки?

– Да нет, дело не в супе. Наверное, я подспудно предполагала, что и вы принадлежите к новой волне британского искусства. Вы ведь искусством занимаетесь, да?

– Это Лекс принадлежит к новой волне. Он модный. А я творю настоящие вещи.

Лекс ощерился.

– Ты что же – насмехаешься над нами?

– А то. Вы в своей тусовке заключили что-то вроде молчаливого договора, чтобы никто не проронил ни слова о новом платье короля.

– А мне понравилась акула, – быстро вставила Ким. – Та, что в формальдегиде.

– На примитивном уровне первые пять минут она привлекает внимание, – признала я. – А потом – это просто дохлая акула.

– Тебе вообще что-нибудь нравится из нового искусства? – сердито спросил Лекс.

– Марк Куинн, – тотчас ответила я. – Кровавая голова. Не видела? Марк понемногу выкачивал из себя кровь, пока не набралось достаточно, чтобы заполнить слепок его головы. Затем всю эту кровищу он заморозил и положил в стеклянный ящик. Снаружи бледная ледяная корка, а под ней кровь – очень красиво и страшно.

– Так и знала, что тебе нравится что-то подобное, – улыбнулась Ким. – Варвар всегда варвар.

– Тебе виднее. – Я наконец распробовала суп. – М-м, вкуснятина! Как они смеют раздавать такое бесплатно! Это противоречит всем моим представлениям о человеческой сути.

– Может, хиппи и в самом деле счастливее нас.

– Прикуси язык, – предупредила я. – Или я сама тебе его прикушу.

Судя по выражению лица, Ким меня послушалась. Только смотрела она на дорожку вдоль берега. И Лекс смотрел туда же. Он вскинул руку в приветствии. По зеленому склону к нам карабкался человек.

– А он что здесь делает? – с тихой яростью спросила Ким.

– Я ему позвонил, – безмятежно ответил Лекс. – Сказал, куда мы собираемся. Он ответил, что, возможно, разыщет нас.

Человек находился уже совсем рядом. Среднего роста, худой как скелет, с резко выступающими подбородком и носом, волосы собраны в хвостик. Широкие рабочие штаны с глубокими карманами на уровне колен болтались на узких бедрах, заляпанная футболка выглядела совсем ветхой. У пояса покачивалась серебряная цепочка. Узкое лицо и близко посаженые глаза делали незнакомца почти уродом, но от него исходила мощная энергия. Один мой приятель, славящийся точными характеристиками, без колебаний сказал бы, что этот парень умеет по-настоящему грязно трахаться.

Ким молчала. Краешком глаза я видела, что она замерла. Меня разбирало любопытство; да и незнакомец вел себя настороженно, сознавая щекотливость ситуации. Только Лекс выглядел довольным. Как младенец.

– Лео! Рад тебя видеть, старик!

Я впилась взглядом в человека. Так вот он каков, знаменитый Лео. Наркоман, любитель серебряных цепочек и, возможно, грязный трахатель впридачу. Какие достоинства у него еще в запасе?

Неужели на Ким так подействовало отрицательное обаяние Лео? Тогда понятно, откуда эта холодность. От подруги веяло просто арктическим холодом – хватило бы охладить целую секцию в супермаркете. Итак, что мы имеем?

Один молодой британский художник, восторженный как двухмесячный щенок.

Один распутный наркоман.

Один морозильник в облике человека.

Я.

Интересно, что забавного готовят нам следующие несколько минут?

Глава пятнадцатая

– Привет, ребята, – сказал наконец Лео.

Голос его, некогда, наверное, высокий и звонкий, от неумеренного курения охрип и теперь звучал надтреснуто. Под стать своему уродливому, но странно привлекательному владельцу.

– Черт, я чувствую себя карликом, когда вы все на коньках. Лекс, дружище!

Они обменялись замысловатым рукопожатием: большие пальцы отогнулись под неестественным углом, кисти вывернулись, как у цирковых уродцев. Наверняка переняли такую манеру у лос-анжелесских рэпперов-бандюг, которых беспрерывно показывают по телевизору. Скорее всего, и сами лос-анжелесские бандюги обзавелись ею через телевизор.

– Сэм, – Лекс повернулся ко мне, – это Лео.

– Йо! – развязно сказал Лео. Я поморщилась от нелепого словечка. Точно также народ из Ноттинг-Хилл пытается подражать отвязным неграм-хулиганам.

– Здравствуйте, Лео, – вежливо ответила я. – Много о вас наслышана. Приятно познакомиться воочию.

Я надеялась, что Лео не понравится подобное начало. Так оно и оказалось. Его узкие глаза сощурились еще сильнее, он склонил голову набок и смерил меня оценивающим взглядом. Я усмехнулась. Зря стараешься, приятель, не ты первый, не ты последний пытаешься меня раскусить.

– Да? – неприязненно спросил Лео. – И что же вы обо мне слышали?

– Да не волнуйтесь так, – безмятежно ответила я. – Только плохое.

И одарила его невинной улыбкой.

Никто не понимал, шучу я или нет. И меньше всего Лео. Несколько долгих секунд мы рассматривали друг друга. Игру в гляделки прервал Лекс – к превеликому нашему облегчению. Мы с Лео относимся к тем глупцам, кто не отступает, раз уж ввязались в дело.

– Эй, старина! – воскликнул Лекс, натужным весельем попытавшись затмить наши мимические упражнения. – Тут супец раздают! На халяву! – Он помахал в воздухе чашкой. – Класс, да?

– Бесплатный суп? – недоверчиво спросил Лео. – И в чем прикол?

– Вот и Сэм то же самое спросила, – подала голос Ким. – Не доверяет она дармовщине.

– Я тоже. Может, они туда грибы для кайфу подкладывают или еще чего, – предположил Лекс. – У вас как – языки еще не заплетаются? – С видом знатока он всмотрелся в наши зрачки. – Может, смеетесь без перерыва? Или зеленые человечки мерещатся?

– Да знаю я, что творится, когда хлебнешь чайку с кайфовым грибом, – возмутился Лекс. – Ничего такого. Правда, – добавил он глубокомысленно, – мы его только что съели. Рановато для кайфа…

– Всяко бывает! – отрезал Лео. – Ладно, если уж халява…

И он размашисто зашагал к котлу. Лекс увязался за ним.

– Ты как? – спросила я Ким.

– Лекс не сказал, что этот придурок придет! – яростным шепотом выпалила она. – Черт, кого-кого, а его я совсем видеть не желала…

– Между вами что-то было?

Ким пожала плечами.

– Да так… Не больше, чем у тебя с Лексом.

Она плотно сжала губы. Лео с Лексом уже возвращались назад с полными чашками. Они совсем не походили друг на друга: Лекс ковылял на коньках с неуклюжестью чудища Франкенштейна, Лео же скользил с грацией профессионального танцора танго. Надо отдать должное – походка у него что надо.

– У вас на цепочке действительно кошелек? – Я никак не могла смириться с этой кретинской цепочкой.

Он сунул руку в карман и извлек потрепанный бумажник с пробитой в углу дырочкой, через которую была продета цепочка.

– Конечно. Здесь все так ходят, в отличие от Лос-Анжелеса. Там слишком много мотоциклистов – они развлекаются тем, что хватают людей за цепочки и волокут по улице. Совсем не смешно. А суп хороший.

– Пойду-ка и я за добавкой. Надо набираться витаминов, пока дают.

– Я с тобой! – встрепенулась Ким, и мы неуклюже зачапали прочь. Когда передвигаешься на роликах по траве, чтобы не навернуться, надо ставить ногу под определенным углом. Со стороны это выглядело столь же изящно, как комик Харпо Маркс, танцующий фламенко.

Тот же патлатый парень оделил нас второй порцией, не забыв присовокупить свою фирменную улыбку ангела. А вдруг они набирают людей в секту? Эта мысль меня взбодрила.

– Знаешь, как их здесь зовут? – сказала Ким, когда мы отошли от котла. – Шершавчиками.

Я с жалостью посмотрела на нее.

– Как же давно ты уехала! Да это словечко бытовало в Англии лет пять назад. А шершавчиками их зовут потому, что они редко моются.

Я принялась сдирать с себя воображаемые струпья.

– Ким… Ты еще рисуешь?

Лицо подруги мигом осунулось.

– Давно забросила.

– Но у тебя же так хорошо получалось! У меня до сих пор висит твой дикий натюрморт..

41
© 2012-2017 Электронная библиотека booklot.ru