Книга Хрупкая женщина. Переводчик Алюков Игорь. Содержание - Глава восьмая

В сумраке мне удалось разглядеть лицо: взъерошенные волосы, жёсткие щёточки усов. Где-то я его уже видела. Сотни бродяг, что прячутся в сараях по всей стране, выглядят примерно одинаково.

– Джонас Фиппс! Неужели в этом жутком доме каждый выходит прогуляться в самый неподходящий момент? Уж не знаю, кто в следующий раз надумает пугать меня.

– Я вовсе не хотел напугать вас, хозяйка. Просто заглянул сюда. Я прогуливался, когда тут закричали, будто свинью режут.

– Так это, видно, я. Ударилась головой о балку, – я протянула руку, коснувшись книги, которую он зажал под мышкой.

– Я вижу, вы занялись делом, мистер Фиппс. Можно взглянуть?

– Да не-е, всего лишь книжонка о ветреной девке, которую обрюхатил один негодный малый, и с той поры всё у бедной крошки пошло наперекосяк.

Я наклонила голову и медленно прочла:

– «Тэсс из рода Д’Эбервилей». Весёленькая история. Если этот забавный роман отвлекает вас от дел, то могу сказать, что конец там просто изумительный. Её повесили.

Джонас недовольно хмыкнул.

– А я-то думал, что там счастливый конец. Надеялся, что она всё-таки выскочит замуж. Кстати, о свадебных колокольчиках: уверен, вы с хозяином скоро пройдёте по церковному двору.

Опять за своё. Я терпеливо объяснила Джонасу, что пока семья в трауре, свадьба была бы неуместна. Старик покачал головой.

– А не надо пышной свадьбы. Мои родители обвенчались безо всяких там церемоний, но в те дин это было в порядке вещей. Мистер Мерлин был бы рад, если бы вы поженились, точно вам говорю.

Уж как пить дать – у старого чёрта были явно садистские наклонности.

* * *

Дряхлая развалюха Бена повела себя как леопард, который неожиданно вырвался из клетки. А надавила на педаль газа, пару раз нажала на клаксон, чтобы поторопить бредущего вразвалку Джонаса, пронеслась по дорожке мимо домика тётушки Сибил и через покосившиеся железные ворота вырвалась на дорогу, вьющуюся вдоль обрыва. Правда, крутые повороты немного мешали наслаждаться скоростью, но я всё равно испытывала возбуждение школьницы, празднующей первый день долгожданных каникул. По счастью, машины не жаловали эту дорогу, и, хотя я на полном ходу промчалась мимо автобусной остановки, ни одной общественной колымаги, битком набитой отдыхающими, мне не встретилось. Вздумай я в приступе вежливости уступить дорогу, непременно сверзилась бы в морскую пучину. Если бы на дворе стояло знойное лето, то, быть может, подобная перспектива даже сулила бы пару приятных минут, но сейчас море грозно вздымалось, окатывая брызгами острые скалы, и ворчало, подобно брюзгливой угрюмой старухе.

Поглощённая созерцанием окружающих красот, я слишком резко крутанула руль, чтобы избежать незапланированной встречи с телефонной будкой, и одновременно нажала на тормоз. Автомобиль резко дёрнулся, словно рассерженная ломовая лошадь, дорога накренилась, изготовившись сбросить меня в море. Что есть силы сжимая руль и прикрыв глаза, я цеплялась за свою драгоценную жизнь. Не могу сказать, что перед моим мысленным взором промелькнуло всё моё прошлое, но голос Ванессы я услышала вполне отчётливо. Она произнесла те же самые слова, что и после оглашения завещания дядюшки Мерлина.

«По правилам или без правил».

Я открыла глаза. Если проклятый автомобиль остановится, я отдам Ванессе дом, деньги и даже, в качестве специального бесплатного приложения, собственноручно вручу Бена Хаскелла. Сняв ногу с тормоза, я позволила автомобилю беспрепятственно скользить со скоростью вагончика на американских горках; дождавшись относительно ровного участка дороги, я с силой дёрнула рычаг ручного тормоза и картинно швырнула машину на насыпь.

Теперь для успокоения мне не помешал бы хороший ломоть шоколадного торта.

В течение добрых пяти минут я старалась отдышаться и объяснить свои дрожащим конечностям, что с нами всё в порядке, что все мы по-прежнему вместе и даже обошлись без синяков и переломов. После этой утешительной беседы я нашла в себе силы выбраться из машины и осмотреть ущерб, причинённый красе и гордости Бена. Не то чтобы это имело особое значение. Если даже автомобиль вышел из этой передряги без единой царапины, ничто на свете не заставит меня вновь сесть за руль и опять выпустить леопарда на волю.

Опустившись на четвереньки, я принялась выискивать места, где облупилась краска, когда услыхала тяжёлые шаги.

– У вас какие-то неприятности?

Разумеется, нет, подумала я, всего лишь выбираю уединённый уголок для утренней зарядки.

Из-за поворота дороги вышла спортивного вида женщина лет сорока в ярко-жёлтой кофте. Рядом с собой она катила велосипед.

– Простите, я вас не напугала? – пророкотала незнакомка. – Не самое подходящее место для сюрпризов: стоит дёрнуться с перепугу – и уже внизу. Ха-ха-ха!

Да уж, и кого только не встретит одинокая девушка на тихой сельской дороге…

Глава восьмая

– Можете быть спокойны! – пообещала моя новая знакомая. – Я исправлю эту развалину, прежде чем вы успеете допеть первый куплет «Боже, храни Королеву». Запаска есть?

Вот тебе и заговор с целью убийства. Как всегда, я оказалась жертвой куда более приземлённого обстоятельства – проколотой шины. Мисс Весёлая Клюшка беспечно напевала, возясь с машиной: рыжие волосы решительно заправлены за уши, узкие брючки подтянуты вверх, выставляя напоказ жёлтые ночки в пурпурную полоску. Сильным проворными пальцами она за несколько минут открутила гайки, сняла проколотое колесо и, не мешкая, поставила на его место запасное.

– Вы очень любезны, – я чувствовала себя новенькой ученицей с жидкими косичками, попавшей под крылышко старосты.

– Пустяки, пустяки! Как говорится в Библии, мы единожды приходим в этот мир. Если каждый взвалит на свои плечи лишь самую малость, планета не развалится на части, хотя о вашей машине я этого сказать не могу – вы уж не обижайтесь, но эта кляча выглядит так, будто держится лишь на скрепках для бумаги и липкой ленте. Так! – она подняла капот и заглянула внутрь. – Свечи не мешало бы прочистить, а радиатор, если не ошибаюсь, вот-вот взорвётся, как воспалённый аппендикс. Как бы там ни было, ваша попытка спрыгнуть с обрыва добавила максимум царапину-другую.

Из-за холма выполз крошечный «остин» и притормозил, в окне показалось одутловатое лицо, на котором отчётливо было написано сомнение. Пурпурно-Жёлтые Носки решительно махнули рукой водителю «остина».

– Проезжайте, проезжайте, места хватит. И включите вторую передачу – впереди крутой подъём. Давайте, давайте, что вы встали!

Ошарашенный этим потоком распоряжений, «остин» пару раз дёрнулся, заглох, чихнул и, рванувшись вперёд под аккомпанемент душераздирающего скрежета, в мгновение ока исчез за поворотом.

– Боюсь, вашему велосипеду пришёл конец, – с сожалением сказала я.

– Ох уж эти мужчины! – Пурпурно-Жёлтые Носки потрясли кулаком вслед облаку выхлопных газов и нежно, словно израненное дитя, подняли изуродованный металлический предмет. – Такова наша бренная жизнь, – она ласково похлопала расчленённые останки по тому, что некогда было велосипедным крылом, осторожно положила его на край обрыва и шумно высморкалась в клетчатый платок величиной с обеденную скатерть. – Мой верный друг, – объяснила она, утерев слёзы.

– Могу я чем-нибудь вам помочь? Я чувствую себя виноватой – если бы не ваша доброта, велосипед был бы сейчас жи… я хочу сказать, цел.

– Не беспокойтесь, это лишь минутная слабость. Простите меня. Всё, мне уже лучше, я в порядке. Могу я взять на себя смелость попросить вас подвезти меня?

– Разумеется, – я помешкала. – Мы направлялись в противоположные стороны, но, если вы не очень спешите, можете проехаться со мной до деревни. Возможно, нам удастся найти мастера, который с помощью запасных штуковин сможет восстановить ваш велосипед. Я слышала, – тут я глубокомысленно покивала головой, – эти парни умеют творить настоящие чудеса.

22
© 2012-2017 Электронная библиотека booklot.ru