Пользовательский поиск

Книга Сексуальный переворот в Оушн-Сити. Содержание - Глава 19

Кол-во голосов: 0

Глава 19

Пляж «Тропикана» был не лучше и не хуже других пляжей Оушн-сити: широкая полоса золотого песка с разноцветьем зонтов, пирс для катеров и яхт, а также три десятка пальм, отделяющих пляжную территорию от оживленного шоссе, и бесчисленное множество отдыхающей публики на песке, в воде и на пирсе.

Бунгало Глюкмана, небольшой свайный домик на две-три комнаты, возвышался неподалеку от пирса и своим безукоризненно южным видом радовал взоры отвыкших от экзотики северян и тех, кто остальную часть года проводил где-нибудь в сухопутных штатах или Европе.

Кроме бунгало, на пляже расположились несколько ларьков с прохладительными напитками, пост спасателей и пункт проката разнообразного пляжного инвентаря, где отдыхающие могли найти все, начиная от лежаков и пластиковых кресел, и заканчивая досками для серфинга и гидроциклами.

Камакин, который уже давно изучил пляжное жилище Глюкмана и все подходы к нему, быстро обнаружил, что наиболее удобным местом для наблюдения за бунгало является пирс, где он с биноклем был практически незаметен на фоне изящных белоснежных посудин и праздношатающейся публики.

Сперва Макс чувствовал себя в бикини крайне неуютно, но потом понемногу привык к этому символическому наряду и со временем даже оценил удобство верхней части своего пляжного ансамбля, которая помогала контролировать объемистую грудь.

Дьячкофф, сославшись на легкое недомогание, отказался идти на пирс, и Макс в одиночестве глазел в бинокль на хижину своей будущей жертвы.

Через приоткрытое окно бунгало он давно заметил, что Глюкман тешится на кушетке с полненькой молоденькой блондинкой. От зоркого глаза Камакина не ускользнуло и то обстоятельство, что в комнате, где Глюкман занимался любовью, был включен телевизор.

Макс не считал себя извращенцем и поэтому сдвинул бинокль левее, чтобы понаблюдать за Колхейном, который, удобно устроившись в кресле перед входом в бунгало, лениво расправлялся с очередной упаковкой пива.

Наблюдение за телохранителем также не доставило ему удовольствия, и Камакин, пока позволяло время, принялся высматривать среди пляжников хорошеньких девушек, которые в своих откровенно бесстыдных купальных костюмах были сейчас особенно соблазнительны.

Попутно Макс подивился тому обстоятельству, что, превратившись в женщину, он абсолютно не утратил интереса к женскому полу, и, несмотря на весь идиотизм положения, это открытие его немало порадовало!

Довольно скоро среди полуобнаженных тел Камакин заметил Эдика, одетого в броский ярко-зеленый купальник, купленный накануне на большой распродаже. Дьячкофф беспечно лежал на песке и болтал с каким-то типом в желтых бермудах.

Тип в бермудах определенно был старше Эдика и смотрел на него с нескрываемой симпатией. Максу это очень не понравилось. Ему вообще не нравилось то, как ведет себя Дьячкофф после странного и совершенно неожиданного для них превращения.

«Если так пойдет и дальше, парень окончательно свихнется», – с сожалением подумал он о приятеле и решительно повернул бинокль в сторону бунгало.

Покуда Макс разглядывал загорелые женские фигуры, Глюкман завершил интимное свидание с блондинкой и вышел вместе с ней из хижины. Когда Камакин вновь увидел Леву, тот что-то говорил Колхейну.

Получив указания, охранник кивнул и, не мешкая, направился к автостоянке, а блондинка, послав любовнику нежный воздушный поцелуй, пошла вслед за ним.

Глюкман некоторое время смотрел вслед ушедшим, а потом, мельком глянув на пляж, вернулся в бунгало.

Ситуация была яснее ясного, и Макс едва сдержал злорадную улыбку. У него хватило терпения дождаться, пока Колхейн и его спутница доберутся до стоянки и усядутся в коричневый «Кадиллак». Лишь после того, как машина выехала на шоссе, Макс опустил бинокль.

– Жаль, приятель, но сегодня ты сплоховал… – притворно посочувствовал он Глкжману и, не теряя времени, бросился к выходу с пирса.

Новый знакомый с каждой минутой нравился Эдику все больше и больше. Они повстречались здесь же, на пляже, и Дьячкофф сразу заметил, что к нему не равнодушны.

Эл, как представился ему этот невысокий, крепко сбитый мужчина с большим лбом, коротким, чуть вздернутым носом и черными выразительными глазами, был минимум лет на пятнадцать старше, но это обстоятельство нисколько не смущало Эдика и, даже наоборот, льстило.

Без сомнения, Эл был начитанным и образованным человеком. Дьячкофф быстро сообразил, что обычное кокетство здесь не сработает, и тогда он, напустив на себя загадочный вид, принялся фантазировать.

Эдик врал достаточно нагло. Для начала он рассказал Элу о том, что закончил художественный колледж и что в свободное время обожает играть в теннис и поло.

Дьячкофф толком не знал, что такое поло, но ему показалось, что упоминание этой игры поднимет его акции в глазах нового приятеля. Эдик также сочинил довольно правдоподобную историю о том, как они с подружкой Макси прикатили на недельку в Оушн-сити, чтобы отдохнуть от невероятно интересной, но все же достаточно утомительной работы в одном крупном чикагском рекламном агентстве.

Эл оказался благодарным слушателем и лишь изредка вставлял реплики, из которых Дьячкофф, помимо прочего, понял, что беседует с выпускником Гарварда. От этого открытия у Эдика просто перехватило дыхание.

– Так ты банкир?! – спросил он шепотом, когда вновь смог шевелить языком.

Эл энергично замотал светлой коротко стриженой головой.

– Неужели политик?!!

– Опять не угадала, – Эл хитро улыбнулся. – Хотя, как и все политики, я имею дело с толпами…

Этот ответ не слишком устраивал Эдика, но он решил не ускорять события. В свою очередь, Эл поинтересовался, почему Макси не купается, а все время торчит с биноклем на пирсе. Дьячкофф не придумал ничего лучшего, как сказать, что в детстве родители чуть не утопили подругу в ванне и с тех пор ее просто тошнит от вида воды.

В перерыве между разговорами они искупались в океане. Дьячкофф вдруг подумал, что внимание, которое с начала знакомства демонстрировал по отношению к нему Эл, очень даже приятно и будит в душе какое-то новое, прежде незнакомое чувство.

Эдик хотел было продолжить свои расспросы относительно профессиональных занятий Эла, но все неожиданно испортил прибежавший Макс.

Камакин был крайне возбужден и абсолютно не пытался это скрыть.

– Нам нужно идти! – с ходу заявил он, хватаясь за сумку, в которую они накануне положили пистолеты.

– Прямо сейчас?!!

– Живее, у нас мало времени! – торопливость Макса была просто неприличной.

– Девочки, надеюсь мы еще увидимся? – встрял в разговор Эл. – Я тут знаю пару неплохих ресторанов.

Камакин одарил его свирепым взглядом.

– Навряд ли: у нас полным-полно дел!

Но Дьячкофф не мог смириться с тем, что его воздушный замок рухнет так скоро.

– Макси, может, все-таки поужинаем вместе? – в голосе Эдика была мольба.

– Там видно будет… Пошли! – Камакин схватил приятеля за руку и почти силой потащил за собой.

Дьячкофф обернулся и прощально махнул Элу рукой.

– Вечером я за вами заскочу! – крикнул тот вдогонку.

По дороге к бунгало Камакин коротко прояснил обстановку.

– Случай – лучше не придумаешь! – добавил он напоследок, быстро поднимаясь по невысокой лестнице на деревянный настил перед входом в пляжную обитель Глюкмана.

Когда они оказались в небольшом полутемном коридоре бунгало, Дьячкофф наконец рискнул раскрыть рот.

– Макс, может не надо? – осторожно попросил он, но Камакин был неумолим.

– Иди к черту! – огрызнулся он и, достав из сумки пистолет, протянул Эдику. – Лучше проверь пушку…

Дьячкофф неохотно повиновался. Прежде они с Максом никогда не обсуждали план действий на случай, если им все-таки удастся захватить Глюкмана врасплох. Эдик надеялся на Камакина, а тот – на свою исключительную, как он не раз говорил приятелю, сообразительность.

И вот теперь Максу предоставлялась возможность продемонстрировать это ценное качество в деле.

31
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru