Пользовательский поиск

Книга Мифы индейцев Южной Америки. Книга для взрослых. Содержание - 18. Речной вождь

Кол-во голосов: 0

18. Речной вождь

Хотя Камайвало была очень хорошенькой девушкой, однако с мужчинами отказывалась иметь дело. Не следует удивляться, что именно ей, явной девственнице, индейцы племени пареси доверили варить пиво для великого Энорэ. В особой хижине, куда женщинам вход запрещён под угрозой смерти, бога поили прекрасным напитком. Для этого пиво лили в отверстия хранившихся в хижине священных флейт.

Однажды обитатели деревни устроили большой праздник. Прибыли гости из самых дальних селений. После танцев и обильного угощения люди разошлись. По дороге домой они не переставали осуждать красоту Камайвало и её неприступность. Наслушавшись подобных рассказов, Ибай заявил:

— Уж я-то с вашей девицей как-нибудь разберусь!

В следующий раз Ибай пошёл на праздник вместе с другими. Без всякого приглашения он явился в дом Камайвало. Девушка сидела в гамаке, наблюдая за тем, как варится пиво. Ибай сел в соседний гамак.

— Что за пиво готовишь? — поинтересовался он. Вместо ответа хозяйка поднялась, помешала в котле и молча вернулась на прежнее место.

Ночью Камайвало повесила свой гамак над гамаком родителей. Ибай превратился в колибри и совокупился с ней. Он сделал это совершенно бесшумно, девушка ничего не заметила. Утром она отправилась купаться. Вскоре у неё случились обычные кровотечения.

На следующий же день после начала месячных, Камайвало снова пошла купаться. Речной вождь заметил её и коснулся рукой её женских органов. Подобно Ибаю, он тоже принял облик колибри и стал навещать свою избранницу каждую ночь. По прошествии времени живот Камайвало округлился, груди налились молоком. Её беременность сделалась предметом оживлённых пересудов. Варить пиво для бога поручили, естественно, другой девушке. Камайвало ходила грустная и понурая.

— С кем ты сошлась? — допытывалась мать.

— Не знаю, ни с кем, — отвечала дочь.

Однажды ночью речной вождь явился Камайвало во сне. «Ребёнок, которого ты родишь — от меня, — предупредил он. — Чтобы нашему сыну не было голодно, я собираюсь подарить вам кукурузу особого сорта. Однако с условием: никто посторонний пробовать её не должен!»

Как только мальчик родился, на огороде Камайвало выросла странная кукуруза. Огромные красные и жёлтые початки покрывали стебли от земли и до самого верха. Камавайло попросила брата сорвать один из початков. Смешав зерно с тёртыми клубнями маниока, она приготовила пиво, налила его в сосуд из тыквенной кожуры и поставила на пол около главного опорного столба жилища. На следующий день отец ребёнка пришёл попить своего пива. Так жена впервые увидела наяву своего мужа, а тёща — зятя. Этого же пива попробовал брат Камавайло и его жена.

Вскоре кукуруза совсем созрела. Початки собрали и повесили сушиться над очагом. Приходили разные люди, чтобы похитить необыкновенную кукурузу и развести потом у себя. Нередко сверчок перегрызал верёвку, початки падали, но Камайвало их каждый раз собирала. Она зорко следила за тем, чтобы все зёрнышки до единого оказались на месте.

В тот раз, когда в доме заночевал Эрою, сверчок опять перегрыз верёвку. Одно зерно упало прямо на гостя. Он спрятал его за своей крайней плотью. Утром Камайвало принялась дотошно осматривать всех присутствующих Дошла очередь до Эрою. Она заглянула ему в рот. осмотрела подмышки и волосы.

— А ну-ка, оттяни крайнюю плоть! — велела хозяйка. Пришлось повиноваться. Зерно предстало глазам женщины, но ей стало противно дотрагиваться до него и она разрешила Эрою уйти.

Родственники Эрою посадили зерно и оно взошло. В ответ речной вождь послал сильный ветер, уничтоживший огород. Однако некоторые початки к тому времени уже успели созреть и люди посеяли волшебную кукурузу заново. Пришлось обрушить на похитителей такую бурю с дождём, что от поля даже следов не осталось.

Между тем сын Камайвало подрос, стал ходить. Речной вождь то и дело посылал ему и жене свежее мясо. Охотиться он велел своему слуге, который на суше принимал облик зверя, похожего на ягуара, но поменьше: "ягуарунди" называют его в Южной Америке. Индейцы отличали этого ягуарунди от других и не трогали. Один Ибай остался в неведении. Он и о судьбе Камайвало представления не имел: уйдя в тот раз от девушки, Ибай совсем перестал о ней думать. Так что увидев ягуарунди с большой птицей в зубах, Ибай не колеблясь выстрелил. Дома он не сразу сообразил, почему родственники и соседи не рады добыче.

— Что ты наделал, — причитали они, — убил слугу речного вождя, да ещё когда он нёс мясо!

Ибай всем этим рассказам не поверил. Раз Камайвало в тот раз забеременела и родила — неужели не ясно, от кого? Разве кто-то другой способен превращаться в колибри! Ибай зашагал по тропе, ведущей к селению Камайвало, явился в дом и протянул отбитую у ягуарунди птицу:

— На, — сказал он, — приготовь нашему мальчику!

Женщина ничего не ответила и помрачнела.

— Это тебе, — обратилась она к матери, передавая птицу ей, — зажарь и съешь!

Над лесом сгущались тучи. Речной вождь пришёл в бешенство.

— Камайвало отправьте немедля ко мне, иначе всех уничтожу! — передал он жителям деревни.

Пришлось женщине уйти к водяному мужу. Наверное, поэтому буря обошла деревню стороной. Все окрестные селения были начисто сметены потоками дождя и порывами ураганного ветра.

19. Жена двоих мужей

Окиро имела сразу двоих мужей. Тоберарэ был молод, упитан, красив. Авломенарэ — стар, тощ, большерот, большеголов, длинношей и длинонос. Окружающие считали его воплощением безобразия.

Женщине нравился только молодой муж, а старого она и близко не подпускала. Авломенарэ это порядочно надоело. Обидно было, что собственная супруга к нему так относится. Вот он однажды и говорит:

— Пойду нарежу тростника, а то древки стрел делать не из чего.

Миновав заросли, Авломенарэ зашагал дальше к дому зимородка. Хозяина не было, гостя встретила его жена утка.

— Ты пришёл, Авломенарэ? — приветливо спросила она.

— Я пришёл, — учтиво подтвердил гость. — Я своей жене Окиро больше не нравлюсь, она со мной дела иметь не хочет. Поэтому и явился. А твой муж где?

— Муж рыбу ловит. Ложись в гамак, подожди, пока я испеку лепёшки.

Утка захлопотала по хозяйству, а её короткая юбочка совсем съехала набок. Зрелище ничем не прикрытых женских прелестей возбуждало желание.

— Можно я с тобой лягу? — спросил Авломенарэ.

— В общем-то можно, но не сейчас: муж перед уходом связал мне на вульве волоски, так что в дырочку не попасть.

— Волоски развязать не трудно, — заметил гость, устраиваясь с хозяйкой в одном гамаке. Когда они закончили, утка сказала:

— Теперь посыпь себе на головку члена золой, а у меня завяжи волоски как было.

Авломенарэ все исполнил. Вскоре вернулся муж.

— Тут твой зять Авломенарэ пришёл, — сообщила утка. — Он утверждает, будто Окиро не желает с ним больше спать.

— Ты пришёл, зять? — обернулся зимородок к Авломенарэ.

— Пришёл, тесть.

— Я сейчас отправлюсь купаться. Может быть, вместе пойдём?

— Конечно, — согласился Авломенарэ. На берегу зимородок спросил:

— Ты вроде бы говорил моей жене, что Окиро с тобой вместе спать не желает. Это что — правда?

— Чистая правда.

— Хм, однако хотелось бы самому посмотреть. Не сполоснёшь ли головку своего члена?

Авломенарэ сделал, как ему было велено. По воде поплыла зола.

Зимородок решил, что это грязь, накопившаяся за крайней плотью, и удовлетворённо заметил:

— Да, действительно, ты давно не совокуплялся в женой.

— А ты, тесть, со своей уткой тоже не совокуплялся? — вдруг поинтересовался Авломенарэ.

— Я тоже — нет, — утвердительно кивнул зимородок.

— А покажи! Зимородок вымыл член, по воде поплыла грязь.

— Верно, и ты не совокуплялся, — подытожил Авломенарэ.

Мужчины вернулись в дом зимородка.

— Все верно, Окиро больше не любит мужа, — заявил хозяин. И добавил:

9
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru