Пользовательский поиск

Книга Дневники. Письма. Трактаты. Том 1. Содержание - Сон Дюрера[560]

Кол-во голосов: 0

[Венеция, 2 апреля 1506 года]

Достопочтенному мудрому господину Вилибальду Пиркгеймеру, моему милостивому господину.

Прежде всего, любезный господин, готов служить Вам. В четверг перед вербным днем[92] [2 апреля] я получил от Вас письмо и изумрудное кольцо и тотчас же пошел к тому, кто мне его дал. Он должен вернуть мне за него деньги, хотя он это и неохотно делает, но он обещал и должен сдержать слово. Да будет Вам известно, что ювелиры[93] покупают изумруды вне Венеции и привозят сюда с прибылью. Приятели также сказали мне, что два других кольца стоят по 6 дукатов каждое. Ибо, по их словам, они чисты и красивы и не имеют никаких изъянов. И они говорят, что Вы не должны обращаться к оценщикам, но должны спрашивать сходные кольца, какие могут Вам предложить, и сравнивать их с этими кольцами, равноценны ли они. И как только я их выменял, Бернард Хольцбок, [94] который был при обмене, пожелал купить их у меня, если бы я согласился потерять на трех кольцах 2 дуката. И после того я послал Вам сапфировое кольцо через Ганса Имгофа; [95]я думаю, оно уже у Вас. Мне кажется, тут я сделал хорошую покупку, так как мне тотчас же предлагали продать его с прибылью. Но я хочу узнать это от Вас, ибо Вы знаете, что я ничего в этом не понимаю и должен верить тем, кто мне советует.

Также знайте что живописцы здесь весьма ко мне неблагосклонны. Они трижды вызывали меня в Синьорию, и я должен был заплатить их общине 4 гульдена.[96] Вы должны также знать, что я мог бы заработать много денег, если бы не взялся писать картину для немцев. Но это большая работа, я не смогу закончить ее к троице. Они платят мне за нее всего 85 дукатов; Вы знаете, сколько уходит на жизнь, кроме того, я купил кое-какие вещи и послал немного денег домой, так что у меня остается совсем мало. Но узнайте мое намерение: я решил не уезжать, пока, бог даст, я не смогу заплатить Вам с благодарностью и не буду иметь сверх того еще 100 гульденов. Я мог бы их добыть с легкостью, если бы не должен был писать картину для немцев. Ибо, кроме живописцев, все желают мне добра.

Скажите моей матери, чтобы она поговорила с Вольгемутом о моем брате,[97] не может ли он дать ему работу, пока я не вернусь, или устроить его к кому-нибудь другому, чтобы он мог себя содержать. Я охотно взял бы его с собой в Венецию, это было бы полезно и мне и ему также для изучения языка. Но она боится, что на него упадет небо. Я прошу Вас, присмотрите сами за ним, на женщин надежда плоха. Поговорите с мальчиком, как Вы это умеете, чтобы он учился и хорошо себя вел, пока я не вернусь, и не был бы в тягость матери. Хоть я и не все могу сделать, все же я стараюсь сделать то, что в моих силах. Один я бы не пропал, но содержать многих мне слишком трудно. Ибо никто не выбрасывает своих денег.

Остаюсь готовым к услугам. И скажите моей матери, чтобы она промазала в день святынь.[98] Но я рассчитываю, что жена моя уже вернулась, я ей все это написал. Также я не буду покупать бриллиантовое украшение до Вашего письма. Теперь я вижу, что не смогу уехать отсюда до осени. Ибо все полученное за картину, которая будет готова после троицы, уйдет на жизнь. Но все, что я заработаю после этого, я надеюсь сберечь. Если Вы согласны с моим планом, не говорите о нем никому. Я же буду оттягивать день за днем и писать все время, будто я приезжаю. Все же я в нерешительности. Я и сам не знаю, как я поступлю. Пишите мне скорее снова. Писано в четверг перед вербным днем [2 апреля] в 1506 году.

Альбрехт Дюрер, Вам слуга

VI

[Венеция, 25 апреля 1506 года]

Достопочтенному мудрому господину Вилибальду Пиркгеймеру, моему милостивому господину.

Прежде всего, любезный господин, готов служить Вам. Меня удивляет, что Вы не пишете мне, как Вам понравилось сапфировое кольцо, которое Ганс Имгоф[99] отправил Вам с посыльным Шоном из Аугсбурга. Я не знаю, получили Вы его или нет. Я был у Ганса Имгофа и спрашивал его; он сказал, что, по его мнению, оно должно быть уже у Вас. При этом было также письмо, которое я Вам написал. Камень же положен в запечатанную коробочку и имеет такую величину, как здесь нарисовано, ибо я зарисовал его в своей записной книжечке. И я достал его после многих просьб. Ибо он прозрачен и красив, и приятели говорят, он очень хорош за те деньги, которые я за него отдал. Вес его около 5 рейнских гульденов[100], и я отдал за него 18 дукатов и 4 марцелла. И если он пропал, я сойду с ума. Ибо его оценили почти вдвое дороже, чем я за него отдал. И мне хотели дать за него больше, как только я его купил. Поэтому, любезный господин Пиркгеймер, попросите Ганса Имгофа, [101]чтобы он узнал у посыльного, куда тот дел письмо и коробочку. Посыльный же был отправлен молодым Гансом Имгофом в 11 день марта.

Вверяю Вас богу, а Вам – мою мать. Скажите ей, чтобы она устроила моего брата к Вольгемуту, чтобы он работал и не разленился. Всегда Ваш слуга. Читайте по смыслу, ибо мне нужно сейчас спешно написать добрых семь писем, из которых я написал только часть. Мне жаль господина Лоренца,[102] кланяйтесь ему и Стефану Паумгартнеру. Писано в Венеции в 1506 году в день св. Марка [25 апреля].

Напишите мне сразу, так как я из-за этого не имею покоя. Только что я получил известие, что Эндрес Кунгофер при смерти.

Альбрехт Дюрер

VII

[Венеция, 18 августа 1506 года.]

Величайшему, первому человеку в мире. Ваш слуга и раб Альбрехт Дюрер приветствует своего великолепного господина Вилибальда Пиркгеймера. Поистине, я с радостью и большим удовольствием узнал о Вашем здоровье и великой славе. И я поражен, как может один столь ученейший человек, как Вы, противостоять этим военным тиранам и насильникам. Не иначе как в этом особое благословение божье. Когда я читал Ваше письмо обо всех этих ужасных вещах, я испытывал великий страх, и все казалось мне очень значительным.[103] Но я полагаю, что шоттовцы[104] Вас тоже боятся. Ибо Ваш вид кажется диким, особенно в праздник святынь, когда Вы выступаете подпрыгивающим шагом. Но совсем не подходит, чтобы такой воин душился циветом. [105] Вы хотите сделаться настоящим франтом [106] и думаете, что если только Вы будете иметь успех у девок, все будет в порядке. Если бы Вы еще были таким же привлекательным человеком, как я, это бы не так меня сердило. У Вас так много любовниц, что если Вы захотите посетить каждую только по одному разу, Вы не сможете сделать этого за месяц и даже больше. Также благодарю Вас, что Вы уладили мои дела с женой наилучшим образом. Ибо я знаю, что в Вас заключено много мудрости. Если бы Вы только были так же кротки, как я, Вы обладали бы всеми добродетелями.

И еще я благодарю Вас за все, что Вы сделали для меня хорошего, если только Вы оставите меня в покое с кольцами. Если они Вам не нравятся, так сломайте им головы и выбросьте их в отхожее место, как говорит Петер Вейсбебер.[107] Неужели Вы думаете, что меня привлекает такое дрянное дело? Я сделался в Венеции господином.[108] Также я узнал, что Вы умеете писать хорошие стихи. Вы были бы находкой для здешних скрипачей, которые играют так трогательно, что сами плачут. Если бы наша Рехенмейстерша [109] услышала это, она бы тоже заплакала. Также по Вашему приказанию я оставлю мой гнев и буду держаться с достоинством, по моему обыкновению. [110]

вернуться

92

По-видимому ошибка, так как письмо датировано этим же днем.

вернуться

93

В тексте: «soylir» (итал. «gioiellieri»).

вернуться

94

Бернард Хольцбок – впоследствии зять Пиркгеймера, нюрнбержец, долгое время находившийся в Венеции, где занимался торговыми делами. По-видимому, Дюрер пользовался его советами при покупке драгоценных камней.

вернуться

95

Ганс Имгоф младший – сын Ганса Имгофа старшего, друг Дюрера, в то время находился в Венеции.

вернуться

96

Т. е. в кассу цеха живописцев, по-видимому, за право заниматься живописью.

вернуться

97

Речь идет о Гансе Дюрере, которому тогда было шестнадцать лет (см. о нем прим. 13 к «Семейной хронике»).

вернуться

98

В Нюрнберге с 1424 года хранились имперские регалии, которые ежегодно в один из дней пасхи выставлялись для всеобщего обозрения, вместе с наиболее почитавшимися реликвиями. Этот день святынь вызывал всегда большое скопление народа. Обычно праздник этот сопровождался большой ярмаркой, на которой Дюрер нередко продавал свои гравюры.

вернуться

99

Ганс Имгоф младший.

вернуться

100

По-видимому, речь идет о стоимости золотой оправы.

вернуться

101

Ганса Имгофа старшего.

вернуться

102

Лоренц Бехайм (ум. в 1521 г.) – каноник церкви св. Стефана в Бамберге, ученый и гуманист, близкий друг Пиркгеймера. Слова Дюрера вызваны, вероятно, сообщением Пиркгеймера о болезни Бехайма, которому он в феврале 1506 года посылал в Бамберг лекарства (см. письмо Лоренца Бехайма Пиркгеймеру от 9 февраля 1506 г.: Pirckheimers Briefwechsel, т. I, стр. 330).

вернуться

103

До этого места письмо написано на ломаном итальянском языке. Приводим текст этой части письма: «Grandisimo primo homo de mundo, woster serfitor, ell schciavo Alberto Durero disi [dice] salus suum mangnifico miser [messere] Willibaldo Pircamer. My fede el aldy [io udii] wolentire cum grando pisir [piacere] woster san-tia e grando hanor [onore]. El [Io] my maraweio como ell possibile star vno homo cvsy [cosi] wu [voi] contra tanto sapientissimo tireybuly [tiranni e buli?] milytes; non altro modo nysy vna gracia Dio. Quando my leser woster litera de questi strania fysa de cacza my habe thanto pawra el para my vno grando cosa».

Итальянский текст здесь не вполне ясен, мы даем его в интерпретации Э. Рейке (см. Pirckheimers Briefwechsel, т. I, стр. 388). По мнению Рейке, речь здесь идет не о поездке Пиркгеймера в Донауворт, как полагали Ланге и Фузе, но о его дипломатической миссии в Вюрцбург по делу против разбойничавшего рыцаря Кунца Шотта, давнего врага Нюрнберга, грабившего на дорогах торговые караваны города.

вернуться

104

Шоттовцы– сторонники Кунца Шотта.

вернуться

105

Цивет– род духов.

вернуться

106

В тексте: «seiden schwantz» – буквально «шелковый хвост».

вернуться

107

Петер Вейсбебер – нюрнбергский военачальник, известный своим пристрастием к крепким выражениям.

вернуться

108

В тексте: «zentilam» (итал.) – см. прим. 67.

вернуться

109

По-видимому, речь здесь идет об одной из возлюбленных Пиркгеймера, представительнице часто упоминаемой в документах того времени семьи Рехенмейстеров. Так как слово «Rechenmeisterin» может быть истолковано и как «экономка», иногда считают, что Дюрер имеет здесь в виду женщину, ведавшую хозяйством Пиркгеймера, который был вдов и жил с тремя дочерьми. Однако это маловероятно, так как в письмах VIII и X, где Дюрер снова упоминает Рехенмейстершу, он называет ее в ряду других приятельниц Пиркгеймера.

вернуться

110

Вероятно, речь идет о недовольстве Дюрера надоевшими ему поручениями в связи с покупкой драгоценностей.

17
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru