Пользовательский поиск

Книга Ямато-моногатари. Содержание - 143[372]

Кол-во голосов: 0

Только это она и послала, ни слова не добавила. Причина же была вот в чем: родные все говорили ей: «Возьми же кого-нибудь в мужья», а она отвечала: «Всю свою жизнь до смерти я хочу прожить без мужчин», беспрестанно это твердила, и так оно и вышло: ни с кем не завязала отношений и в двадцать девять лет скончалась.

143[372]

В Старые времена жила одна дама, супруга Дзайдзи-но кими[373], сына Дзайтюдзё. Дама эта была племянницей Ямакагэ-тюнагона[374] и звалась Годзё-но го. Дзайдзи-но кими отправился как-то в дом к своей младшей сестре, супруге наместника провинции Исэ[375]. У наместника была возлюбленная. И Дзайдзи-но кими, старший брат жены наместника, втайне от людей завязал отношения с этой возлюбленной. Он думал, что она любила только его, но оказалось, что и с его братьями она тоже встречалась. И вот он ей:

Васурэнаму
То омофу кокоро-но
Канасики ва
Уки мо укарану
Моно-ни дзо арикэру
Позабыть бы тебя —
Как подумаю, так душа
В тоске.
Рядом с этим
Иные печали уже не опечалят[376] —

так сложил. Теперь это все уже старинные песни.

144

Этот Дзайдзи-но кими, то ли потому, что его отец, Дзайтюдзё ездил на восток, и он с братьями временами совершал путешествия в другие провинции. Был он человеком весьма изящного вкуса, и, если в иной провинции в каком-либо месте его охватывала печаль и чувство одиночества, он слагал и записывал стихи. На станции под названием Офуса открылось морское побережье. Тогда он сложил и записал [на станции] такое стихотворение:

Ватацуми-то
Хито я миру раму
Афу кото-но
Намида-во фуса-ни
Накицумэцурэба
Широким морем,
Верно, видятся людям
Те слезы, что я в обилии
Проливаю
Из-за свиданий, [что невозможны][377].

А на станции под названием деревня Минова:

Ицу ва то ва
Ваканэдо таэтэ
Аки-но ё-дзо
Ми-но вабисиса ва
Сиримасарикэру
Всегда
Неизменно [грущу],
Но в осенние ночи
Моя печаль
Всего сильнее[378] —

так сложив, написал. Так скитался он по чужим провинциям, и однажды, когда он добрался до провинции Каи (Кахи) и жил там, он заболел и, чувствуя, что умирает, сложил:

Карисомэ-но
Юки кахидзи то дзо
Омохиси-во
Има ва кагири но
Кадодэ нарикэри
Лишь на время
Посетил я [это место],
Так мне думалось.
Теперь же стало [это путешествие] последним
Выходом за ворота[379] —

так сложил он и скончался.

Один человек, который знал по прежним путешествиям Дзайдзи-но кими, возвращаясь в столицу из провинции Микава, останавливался на всех этих станциях. Он увидел эти танка и, узнав его руку, приметил их и очень печалился.

145

Император Тэйдзи отправился к устью реки[380]. Была тогда среди укарэмэ[381] одна, по имени Сиро[382]. Он послал к ней гонца, и она пришла. При императоре было много вельмож, придворных и принцев, так что она остановилась поодаль. «Воспойте в стихах, почему вы стали так далеко», — повелел император, и она тут же сложила:

Хаматидори
Тобиюку кагири
Арикэрэба
Кумо тацу яма во
Ава-то косо мирэ
Есть предел высоты
Полета
У прибрежной птицы тидори,
Потому и горами, над которыми встают облака,
Любуются издали: вон они![383] —

так она сложила. Император нашел стихотворение очень искусным, изволил похвалить и пожаловал ей дары.

Иноти дани
Кокоро-ни канафу
Моно нараба
Нани ка вакарэ-но
Канасикарамаси
Даже если бы жизнь,
Какой хотелось бы сердцу,
Вдруг стала,
Все же, верно, расставания
Были б печальны[384].

Эту танка сочинила тоже Сиро.

146

Император Тэйдзи перебрался во дворец Торикаи-но ин[385]. Там жизнь его проходила в обычных развлечениях. «А есть ли среди множества укарэмэ, что приходят увеселять нас, девушки с красивыми голосами и из хороших семей?» — как-то вопросил он, и те отвечали: «Вам приходит служить дочь Оэ-но Тамабути[386], она очень хороша собой». Император пожелал ее увидеть и нашел, что облик ее благороден, полна девушка прелести. Призвал он ее во дворец. «Правда ли то, что о ней говорят?» — спросил он и повелел всем, кто там был, слагать стихи на тему кормления птиц [торикахи]. И сказал он: «Тамабути в делах был прилежен и песни слагал превосходно. Сумеешь ты сложить хорошие стихи о кормлении птиц, я и рассужу, правда ли, что дочерью ему приходишься». Услышав это, девушка тут же:

Асамидори
Кахи ару хару ни
Ахинурэба
Касуми наранэдо
Татиноборикэри
Нежно-зеленой весной,
Когда жить так прекрасно,
Мы встретились с вами.
Поднялась я сюда,
Хоть я и не дымка тумана[387] —

произнесла она это, и император был так несказанно очарован, что даже слезы навернулись ему на глаза. Все остальные были тогда сильно во хмелю, и начались бурные рыдания. Император пожаловал девушке утики и хакама[388]. Находившимся там сановникам, принцам, придворным четвертого и пятого рангов он приказал: «Встаньте с места те, кто еще не снял с себя одежд и не отдал ей!». И все чины, и высшие и низшие, по очереди стали снимать одежды, девушка уже не могла ничего надеть на себя, и дары во множестве складывали между столбами-опорами дома. Скоро настала пора государю возвращаться в столицу, и он, узнав, что Нанъин-но ситиро-кими[389] построил себе дом недалеко от того места, где она жила, поручил тому заботиться о ней. «Если ей что-нибудь понадобится — сразу сообщать во дворец. А то, что ей будет от нас пожаловано, отправлять к ситиро-кими. Надо избавить ее от всех невзгод» — так он соизволил сказать, и ситиро-кими с тех пор всегда навещал девушку и всячески заботился о ней.

вернуться

372

Перед этим даном имеется помета, видимо принадлежащая переписчику: «Существует книга, где этого дана нет».

вернуться

373

Дзайдзи-но кими — Аривара Сигэхару, третий сын Аривара-но Нарихира (825—880), служившего в чине тюдзё, знаменитого поэта, одного из «Шести Бессмертных», героя Исэ-моногатари.

вернуться

374

Ямакагэ-тюнагон — Фудзивара Ямакагэ (824—888), сын Такафуса.

вернуться

375

Видимо, имеется в виду Фудзивара Цугикагэ.

вернуться

376

Танка помещена в Синтёкусэнсю, 14, с пометой: «Автор неизвестен», с некоторыми изменениями; танка сходного содержания есть в Исэ-моногатари, 21.

вернуться

377

Танка содержит омонимы: нами — «нет» и намида — «слезы», офуса — «радуга» и фуса — «много». Ватацуми созвучно слову накицумэ («плакать не переставая») и включает в себя слово цуми — «накапливать». Слова ватацуми, нами, наки (в слове накицумэ) представляют собой энго. Четвертая строка содержит топоним Офуса — название станции, где было сложено стихотворение.

вернуться

378

Четвертая строка стихотворения включает топоним Минова. Танка сходного содержания помещена в Сюисю и в Кокинсю, 4, с пометой: «Автор неизвестен», а также в Мунэюкисю.

вернуться

379

Во второй строке танка читается топоним Кахи. Танка в другой редакции помещена в Кокинсю, 16, где приписывается Аривара Сигэхару.

вернуться

380

Это место в списке неясно.

вернуться

381

Укарэмэ — девушки, увеселявшие высокопоставленных вельмож танцами и стихами, а затем становившиеся их партнерами на ночь.

вернуться

382

Видимо, имеется в виду дочь Тамабути, героиня 146-го дана.

вернуться

383

В этой танка поэтесса под птицами разумеет себя, под горами — императора. Ава — название местности и «вот оно», а также «туманно», «неясно», «слегка». Танка помещена в Окагами фурумоногатари.

вернуться

384

Танка помещена в Кокинсю, 8, под авторством Сиромэ, а также в Кокинрокутё, 4, и в Окагами фурумоногатари.

вернуться

385

Императорская резиденция в Осакском округе уезда Мисима.

вернуться

386

Наместник провинции Тамба, имевший четвертый придворный ранг, сын Оэ Отобито.

вернуться

387

Помимо того что название дворца «Кормление птиц» — торикахи (торикаи) в других значениях входит в текст стихотворения (аса ми дори кахи), в нем есть еще одна игра слов: касуми — «легкая дымка», но резиденция императора часто называлась метафорически «вместилище тумана» — касуми-ана. Танка приводится в Окагами фурумоногатари.

вернуться

388

Разновидности одежды хэйанских придворных.

вернуться

389

Нанъин-но ситиро-кими — видимо, Минамото Киёхира (877—945), сын принца Корэтада, совмещал несколько высших придворных должностей.

27
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru