Пользовательский поиск

Книга Ямато-моногатари. Содержание - 138

Кол-во голосов: 0

135

Дочь покойного Сандзё-но удайдзина, правого министра третьего ранга, завязала сердечные отношения с Цуцуми-но тюнагоном. В то время он занимал еще и должность кура-но сукэ[354] и нес службы во дворце. А дама, то ли у нее не было особого настроения видеться с ним, но она не слишком к нему стремилась. Однако, когда ему пришлось часто бывать во дворце и он не мог постоянно навещать ее, дама:

Такимоно-но
Куюру кокоро ва
Арисикадо
Хитори ва таэтэ
Нэрарэдзарикэри
Благовония
Сгорели,
Так что ж, —
Курильница совсем
Не может угаснуть[355].

Кавалер этот был мастер слагать танка, и ответ, наверное, был хорош, но здесь он не приводится, ибо неизвестен.

136

Тот же кавалер известил как-то: «В ближайшее время буду занят и не приду. Несказанно тревожусь, как-то вы отнесетесь к тому, что я вынужден вот так ездить по разным местам и не могу навестить вас». Тогда дама:

Савагу нару
Ути-ни мо моно ва
Омофунари
Вага цурэдзурэ-во
Нани-ни татохэму
Пусть ты в суете и шуме,
В то же время
Думаешь с любовью обо мне.
Мою же скуку
С чем сравню?[356]

137

Хёбугё-но мия, ныне покойный, построил себе великолепный дом в Сига, по дороге в Ямагоэ, в местечке под названием Иваэ, и время от времени наезжал туда. Жил он там тайно, иногда выбирался посмотреть на дам, прибывших в храм Сига для поклонения богам. Окрестности были чудесные. Дом был весьма изысканным, и Тосико, приехав в Сига, пришла к этому дому, оглядела его со всех сторон, поражалась ему и хвалила, а после написала:

Кари-ни номи
Куру кими мацу то
Фуриидэцуцу
Наку сига яма ва
Аки дзо канасики
Лишь на охоту
Приезжаешь сюда, и в ожидании этого
Во весь голос
Плачет олень. Ах, горы
Осенью особенно печальны![357] —

так она написала и уехала.

138

Человек по имени Коякуси-кусо[358], желая завязать сердечные отношения с одной дамой, послал ей:

Какурэ ну-но
Соко-но ситакуса
Мигакурэтэ
Сирарэну кохи ва
Курусикарикэри
В заросшем болоте
На дне [растущие] водоросли
Скрыты водой.
И карпу, о котором никто не ведает,
Так тяжело[359].

Дама в ответ:

Мигакурэ-ни
Какуру бакари-но
Ситакуса ва
Нагакарадзи то мо
Омохоюру кана
В воде
Всегда прячущиеся
Водоросли
Не слишком длинны,
Думается мне[360].

Этот человек, по имени Коякуси-кусо, был очень мал ростом.

139

Во времена покойного императора при покоях Сокёдэн-но миясудокоро[361] служила некая тюнагон-но кими. И вот в ту пору, когда ныне покойный хёбугё-но мия, бывший тогда молодым человеком и именовавшийся первым принцем, увлекался любовью, он жил недалеко от дворца Сокёдэн. Прослышав, что есть во дворце сведущая в изящном дама, стал он приходить и беседовать с ней. Так прошло время, и завязались у них близкие отношения втайне от людей. То бывал он у нее, а то почти перестал приходить, и тогда из дома этой дамы было послано ему такое стихотворение:

Хито-во току
Акутагава тэфу
Цу-но куни-но
Нани ва тагавану
Кими-ни дзо арикэри
Ничем ты не расходишься
С землей Нанива
В стране Цу,
Где течет река Акутагава,
О которой говорят люди[362].

Она уже есть ничего не могла, все слезы лила, заболела и только о нем помышляла. И вот, отломив обсыпанную снегом ветку сосны, росшей перед дворцом Сокёдэн, она так сложила:

Кону хито-во
Мацу-но ха-ни фуру
Сираюки-но
Киэ косо кахэрэ
Авану омохи-ни
Того, кто не приходит,
Ожидая, провожу дни.
И подобно тому как белый снег.
Тает, так и я скончаюсь
От любви, не встретившись с тобой[363] —

так говорилось в послании. «Ни за что только не отряхивай этот снег», — твердила она посыльному, и тот отнес все это принцу.

140

Ныне покойный хёбугё-но мия в близких отношениях был с дочерью Нобору-дайнагона[364]. Однажды делили они ложе не в обычном месте, а в комнате-нише, между спальней и наружной верандой. Потом ушел он, и долгое время они не встречались. И вот как-то говорит он: «То ложе, что я устроил в нише, на месте ли? Или его куда-нибудь передвинули?» А она в ответ:

Сикикахэдзу
Ариси нагара-ни
Кусамакура
Тири номи дзо виру
Харэфу хито нами
Не перестилали.
И все прежняя она —
Подушка из травы.
Но в ней лишь пыль,
Ведь некому убрать[365] —

так она сложила, а он ей отвечает:

Кусамакура
Тири харахи ни ва
Карагоромо
Тамото ютака-ни
Тацу-во матэкаси
С подушки из травы
Пыль убрать [приду].
Подожди, пока скрою
Расшитые рукава
Китайских одежд[366].
вернуться

354

Кура-но сукэ — должность приказа кураре, которому вверялась государственная печать, и т. д. Эту должность Канэскэ занимал с 903 по 907 г.

вернуться

355

Танка содержит омонимы: куюру — «гореть» и «раскаиваться», хитори — «одна, в одиночестве» и род очага, нэрарэдзарикэри — «не может угаснуть» (о курильнице) и «не могу уснуть». Отсюда — второй смысл: «Хоть я и раскаивалась, что завязала с тобой отношения, теперь, оставшись в одиночестве, я не в силах уснуть». Слово такимоно — «благовония» — дзё к слову куюру — «гореть».

вернуться

356

Дама хочет сказать, что полна чувств к Канэскэ, тем более что ее-то дни ничем не заняты.

вернуться

357

Танка содержит омонимы: кари — «охота» и «временно», сика — «олень» и топоним Сига. Таким образом, складывается второй смысл стиха: «Лишь на время /Приезжающего тебя ожидая, /Навзрыд/ Плачу на горах Сига,/ Что осенью особенно печально».

вернуться

358

Личность его неизвестна. Кусо — суффикс к детскому имени или прозвищу.

вернуться

359

Танка содержит омонимы: кохи — «карп» и «любовь», мигакурэ — «прятаться в воде» и «скрываться», «избегать» (кого-либо). Две первые строки — дзё к слову сирарэну («незнаемый»). Две последние строки означают «Любовь моя, о которой ты не ведаешь, так тяжела мне». Танка помещена в Синтёкусэнсю, 5, а также в Мотоёсимикогосю.

вернуться

360

В танка содержится намек на малый рост Коякуси-кусо, а также на то, что его чувство не продлится долго. Помещена в Синсэндзайсю, 11, где приписана Бива-садайдзину. Имеется также в Исэсю, где указывается тот же автор.

вернуться

361

См. коммент. 168.

вернуться

362

Танка содержит омонимы: аку — в слове Акутагава (название реки) и «пресыщаться». Нанива — название местности и «в имени», Цу-но куни (страна Цу) — дзё к слову Нанива. Смысл того, что хочет сказать поэтесса, составлен из топонимов, увязанных в единый сюжет: «наскучив всем, ты быстро пресыщаешься, и молва о тебе не расходится с твоим именем (т. е. характером)». Акутагава — река в провинции Осака уезда Мисима. Танка помещена в Сюисю, 15, и в Мотоёсимикогосю.

вернуться

363

Танка содержит омонимы: мацу — «сосна» и «ждать», фуру — «идти» (о снеге) и «проходить» (о времени). Хи — в слове омохи — «любовь» и хи — «солнце». Иной смысл второй и третьей строк стиха: «Подобно снегу, падающему на иглы сосны». Танка помещена в Мотоёсимикогосю, а также в Госэнсю, 12, с небольшими изменениями. Кроме того, в Кокиирокутё, 1, в разделе «Снег».

вернуться

364

Минамото Нобору (848—918) имел третий придворный ранг.

вернуться

365

Дама специально трактовала вопрос хёбугё-но мия — торитатэ я ситамахитэси («не убрали ли ложе») — не только в смысле «не унесли ли с прежнего места», но и «вычистили ли». На этом значении и построена ее танка. Кроме того, видимо, в те времена обычай смахивать пыль с ложа носил некое символическое значение, указывая на главенство в семье. Следы этой символики сохранились в сельских местностях и поныне. Танка помещена в Мотоёсимикогосю.

вернуться

366

Танка перекликается со стихотворением из Исэ-моногатари, 17. Помещена в Мотоёсимикогосю, так же как и последующая. Рукава китайских, т. е. нарядных, одежд больше обычных, кроме того, было принято на ложе любви обмениваться рукавами, подстилать их в изголовье друг другу. Автор хочет сказать: «Подожди, пока я приду провести с тобою ночь».

25
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru