Пользовательский поиск

Книга Жемчужины бесед. Содержание - Рассказ 31

Кол-во голосов: 0

Джанбаз, как только услышал такие мучительно-жгучие речи, опаляющие сердце, эти отчаянные стоны, выронил из рук меч сознания, чело его омрачилось, и он остановился огорченный и пораженный. Родники очей стали извергать фонтаны слез, и он проговорил, рыдая и стеная:

Возьми то, что осталось от моей жизни,
И прибавь его к жизни шаха!

– Есть ли на свете хитрость или средство, благодаря которым ты вернулась бы к себе и в то же время охраняла бы падишаха, как вещая птица Хумай?

– Это возможно при условии, что ты заколешь, как Исмаила,[89] кого-нибудь из родных: или сына, или жену, или дочь, на челе которых начертаны приметы счастья, и принесешь в жертву за жизнь падишаха, – ответила женщина. – И тогда падишах проживет еще столько, сколько осталось жить принесенному в жертву.

Получив такой ответ, Джанбаз тотчас вернулся к себе и рассказал родным о том, что случилось, и тем самым подал им весть, что цветок жизни падишаха расцветет вновь, что бутон его счастья распустится снова. А падишах видел все это собственными глазами. Они, взволнованные и полные рвения, выступили вперед, в каждом из них проступала радость и гордость, и каждый говорил:

– Я принесу себя в жертву за шаха! Погибну! Нечего тут страшиться! Пусть сто наших жизней будут жертвой за один волосок падишаха! Какое счастье может сравниться с этим, какой удел равен тому, чтобы ушедшая жизнь властелина возвратилась назад и продлилась благодаря нашим жизням? Этот подвиг восхвалят потомки, наш род будет гордиться этим и прославится верностью и благодарностью благодетелю. Мы же обретем сан мучеников. Ведь человек в конечном итоге смертен, основа его – лишь вода и прах.[90] И всем придется когда-нибудь испить чашу небытия. В конечном итоге чаша ведь переполнится.

И так каждый из них рвался принести себя в жертву, стараясь превзойти другого и продлить жизнь повелителя. И, наконец, все вчетвером выступили вперед со словами:

– Это пустяк – отдать жизнь в жертву за падишаха!

Сначала сын Джанбаза как бы пожертвовал головой и сказал:

– Вот моя голова и меч. Делай все, что пожелаешь.

Затем дочь согласилась расстаться с жизнью, а затем и жена присоединилась к ним. Джанбаз, видя такую самоотверженность жены и детей, приставил к шее меч, подобный молнии, чтобы лишить себя жизни, как вдруг из степи раздался голос:

– О преданный муж! Не спеши, не пускай меча в ход, не окропляй своей пречистой кровью безжалостный кинжал, ибо твоя жертва принята. Во имя преданности и самопожертвования, которые ты явил, не пожалев ради своего благодетеля жены, сына и дочери, к сроку жизни падишаха прибавлено еще много лет. Пусть твои родные вновь облачатся в одеяния бытия и пусть жизнь их продлится.

После этого голос умолк, а семья Джанбаза осталась в целости и сохранности. А олицетворение жизни падишаха, подобного которому еще никто не видел, исчезло и скрылось, словно дух. Джанбаз же тотчас вернулся на свое место.

А падишах меж тем тоже воротился и стоял в своем величественном дворце, дожидаясь появления Джанбаза. И вот падишах вопросил его:

– Ну, Джанбаз! Что ты видел? Что за песни слыхал?

– Да продлится жизнь падишаха, – отвечал Джанбаз, – это была добрая весть. Я увидел красивую и пленительную женщину, которая разгневалась на мужа и ушла прочь. Я, твой нижайший раб, примирил их, и она вернулась в свой дом. Более ничего примечательного не было. Падишаху не о чем тужить, нет нужды задумываться о тех песнях. Ему подобает счастливо восседать на троне желаний и престоле благоденствия.

На другой день, когда властелин звезд взошел на изумрудный престол на востоке, словно светоч жизни падишаха Хузистана, звезда пребывания его в этом мире, повелитель устроил прием на ковре владычества в тронном зале счастья. Он удостоил везиров, избранных надимов, мудрецов и философов державы чести облобызать прах у своих ног, а потом рассказал о верности и преданности своего слуги, в которых убедился воочию. Он назначил его своим ближайшим помощником, осчастливил, возведя из положения слуги в наивысший сан, отдав ему предпочтение перед всеми вельможами и великими мужами державы, от души и сердца одобрив его преданность и верность.

Так поступают все добродетельные правители,
Так поступают великие мужи, когда надо действовать.

Все это было наградой за то, что Джанбаз и душу и сердце – властелинов в царстве тела, главных в державе плоти – не пожалел принести в жертву, за то, что готов был пожертвовать женой и детьми, самыми любимыми и дорогими существами, ради своего господина. И поскольку у него были добрые помыслы, и он справился со своими обязанностями благодаря добронравию, то, конечно, всевышний не дал погибнуть его жене и детям в вознаграждение за его добродетели. Бог прибавил жизни его повелителю, оставил в живых членов его семьи, и он обрел долю в обоих мирах и был вознагражден. А после того он ласкал локоны красавиц и вкушал сполна наслаждение из рубиновых уст прекрасных дев, и к нему полностью применим аят:[91] «Никогда не обретете вы благочестия, пока не станете расходовать из того, что вы любите»,[92] и он всегда помнил эти стихи:

О сердце! Страстью ты никогда не свершишь ни одного дела,
Пока не пострадаешь, не обретешь того, кто страдает по тебе.
Пока не положишь свое тело под пилу, словно гребешок,
Не видать тебе локонов красавицы.

И попугай закончил так:

– О Мах-Шакар! Берегись. Что ты скажешь о мужестве и благородстве Джанбаза и его семьи? Кто из четырех благороднее? Кому из них отдать предпочтение?

Мах-Шакар раздумывала над ответом на вопрос попугая, когда утренний рассвет, словно ее светлый лик, озарил мрак мира, а лучезарное солнце засияло, словно ее прекрасное лицо.

ПОВЕСТЬ о ювелире и резчике по дереву, о том, как они отправились в кумирню и унесли золотые фигуры, как ювелир перепрятал их, а резчик похитил детей ювелира и как затем ювелир вернул идолов

Жемчужины бесед - i_006.jpg

На третью ночь, когда золотой лик солнца укрылся на западе, когда из кумирни на востоке извлекли серебряное изображение луны, Мах-Шакар украсила себя драгоценностями, словно идола Азара,[93] нацепила на свои точеные серебряные лодыжки золотые украшения, готовясь отправиться на свидание с возлюбленным, подошла к попугаю и заговорила красноречиво и находчиво, прося его погадать и подать благую весть, ибо всякому, кто приступает к какому-либо важному делу и серьезному начинанию, сперва надо узнать веление звезд, согласно выражению «Мы погадали тебе по тому, что рекли твои уста»,[94] а потом уж действовать.

Попугай-златоуст, видя ристалище слова свободным, тотчас пустил вскачь коня своего разума, дабы чоуганом хитрости загнать мяч страсти луноликой красавицы в тупик запрета, и сказал:

– Ныне самое благословенное время, благоприятный день и удачный час, пора покоя, ибо око счастья бодрствует, а глаза стража дремлют. Глаза счастья открыты, а смута дремлет.

Чего же ради медлить и проявлять лень в достижении желания в столь удобный час и благоприятное время? Может быть, ты сомневаешься в его чувстве и верности или подозреваешь его в нарушении клятвы? Я не знаю, любит ли он тебя так же сильно, стремится ли он к тебе в той же мере, как ты любишь его, предана ему душой и сердцем. Кто знает, ведомо ли ему такое же горение страсти и томление любви, или же он просто притворяется. Ведь говорят же великие мужи: «Многие люди склонны к легкомысленным чувствам и говорят о любви только ради преходящей чувственной страсти». Такие люди, стоит им лишь увидеть красавицу, тотчас влюбляются в нее и устремляются за ней. Так и случилось с юношей из Нишапура, который недолго был влюблен в прекрасную девушку, а потом вдруг отдал сердце другой.

вернуться

89

Исмаил – сын Ибрахима. В коранической традиции считается одним из предшествовавших Муххамаду пророков. По преданию, он прибыл вместе с отцом из Палестины в Аравию, распространил веру ханифи и построил Мекканский храм.

вернуться

90

Имеется в виду кораническое предание о том, что человек сотворен из глины

вернуться

91

Аят – стих или строка главы (суры) Корана, изложенного ритмизованной прозой. Первоначально само это слово обозначало «доказательство веры», а также «чудо». В начале деятельности Мухаммада, когда его противники в Мекке требовали от «пророка» совершения чудес, которые подтвердили бы его миссию, он отвечал им речами, образовавшими впоследствии Коран, которые выдавал за откровения, ниспосылаемые свыше, т. е. чудеса. Это и были аяты.

вернуться

92

Коран, III, 92

вернуться

93

Азар – в Коране отец пророка Ибрахима (библейский Авраам). По преданию, Азар поклонялся прекрасным идолам, которых сам же изготовлял.

вернуться

94

«Мы загадали тебе…» – ал-Джами ас-сагир, I, с. 20

14
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru