Пользовательский поиск

Книга Жемчужины бесед. Содержание - ПОВЕСТЬ о купце Сайде, его сыне Саэде, о Мах-Шакар, жене сына, и о рассказах попугая

Кол-во голосов: 0

Укол копья и унижение перед слабым —
Это две вещи, горькие на вкус разума».

Затем старый шакал сцепился с молодым и между ними произошла жестокая схватка. Они дрались две дневные стражи и бились насмерть. Наконец старый шакал победил и одолел, а молодой, раненный и побитый, обратился в бегство. Победа с самого начала была на стороне старого шакала, усилия молодого ни к чему не привели. А ведь правду сказали: «Младший, сразившийся со старшим, упадет так, что впредь не встанет».

Таким образом, старый шакал одолел всех четырех противников, вышел победителем и был чрезвычайно рад. Он подошел к доставшейся ему доле, к своему достатку, стал пожирать мясо с величайшим наслаждением, нанизывая жемчужины таких стихов:

Мир в моей власти, небо – раб мне, царь – друг.
Надежды новые, судьба – друг мне, счастье мое юно.
Справа – победа, слева – восхождение,
Небо у моего стремени, весь мир у меня на поводу.

Окончив свой рассказ, попугай сказал:

– Цель моего повествования та, что если кто-нибудь станет сплетничать о вашей любви или укорять вас, то тебе следует отвечать так же, как тот шакал, сурово или ласково, согласно сану каждого.

Попугай все еще продолжал разглагольствовать, как день стал ясным и украсил мир. Со всех сторон раздалось пение соловьев.

ПОВЕСТЬ о четырех юношах из Балха, о том, как море подарило им восемь лучезарных жемчужин

Жемчужины бесед - i_008.jpg

На сорок пятую ночь, когда катящуюся жемчужину солнца положили в ларец запада, когда осыпающую жемчугами ладью новолуния пустили по синим волнам неба, к попугаю пришла Мах-Шакар. Ее безмерной красоте завидовали гурии, большеглазые красавицы пытались сглазить ее. Она была разубрана и причесана, светлолика и душиста. Наставления и назидания, которые ей каждую ночь внушал попугай, оказали на ее душу такое влияние, что она не столь уж хотела идти. Она даже не стала советоваться по этому поводу, а просто, как это вошло у них в привычку, стала беседовать с попугаем и обмениваться с ним мыслями. А попугаю только этого и надо было, он только об этом и мечтал. Сначала он воздал ей почести и славословия, а затем зазвенел цепью словопрений:

– Этой ночью я читаю на челе госпожи и лице хозяйки, словно ясный день, что она избегает пойти в дом любимого, что она избрала целомудрие и добродетель. Это очень похвально и заслуживает одобрения. Но пусть моя властительница милостиво и сострадательно выслушает речи покорного раба, прислушается к словам верного слуги: пусть она хоть раз пойдет к любимому, окажется в его объятиях. А потом уж госпожа, ежели ей того захочется, пусть раскается и склонится к набожности и богобоязненности, пусть закроет для себя врата наслаждения и вожделения, остерегается общения с возлюбленным и близости с любимым. Мудрецы сказали по этому поводу. «Любовь и похоть – словно сахар и молоко, они противоречат друг другу. Если одна из них, словно пламя, входит в дверь, то другая уходит, словно вода сквозь решето».

Не стремится к похоти тот, кто любит,
Похоть никогда не ладит с любовью.
Если под личиной любви скрыта корысть.
Значит, любви нужна корысть, а не друг.

Того, кто ищет удовлетворения страсти и лелеет похоть, постигнет участь купеческого сына из Балха.

– А как случилось это? – спросила Мах-Шакар, и попугай стал рассказывать так.

Рассказ 77

В книге «Машахир ал-хикаят»[387] повествуют, что в прежние времена и минувшие века в городе Балхе жили четверо молодых людей, которые издавна дружили между собой. Один из них был сын эмира Балха, и на челе его блистали приметы ума-разума. Второй был сын везира, который отличался красотой почерка и изяществом слога. Третий был купеческий сын, который и дни и ночи ревностно собирал золото и сберегал сокровища. Четвертый был сын правителя города, он мог бы начертать каламом Утарида письмена мудрости на поверхности Луны.

Четверо друзей ежедневно собирались вместе, поверяли друг другу свои сокровенные мысли, делились горем и радостью, скорбью и утехами, были неразлучны в дружбе и товариществе, в веселье и в беде.

И вот друзья однажды ночью сидели вчетвером и вели беседу о том о сем. То они, уподобившись праведным падишахам, обсуждали военные походы, судили и рядили о действиях и запретах; то, словно прозорливые везиры, чертили каламом ума и пером разума на листах рассудка и в тетрадях мысли; то, как рачительные купцы, говорили о пользе путешествий и выгодах торговли. Иногда, словно добронравные наставники, они хвалили мудрость и правосудность справедливых правителей. И, наконец, они пришли к такому выводу:

– До коих пор можно жить за счет родителей, до каких времен можно кормиться из их рук? Разве можно полагаться на мирское счастье, разве долговечны блага этого мира? Надо заранее изыскать средства и приложить усилия для приобретения богатств и накопления достатка. Ведь сказали же благородные мужи: «Положи в карман два гроша, заработанных своим трудом, и это назовут доблестью, не сочтут за грех. Заработать ячменное зерно дозволенным путем лучше, чем насилием и обманом добывать сокровища».

Люди мы здоровые и молодые, вполне можем трудиться, избрать себе полезное ремесло. Однако наибольшая польза заключена в путешествиях, при помощи которых человек приобретает разнообразный опыт и бесконечную выгоду. Если муж познает в путешествиях опыт, то и разум его укрепится, и знания он обретет. Хотя пешка, продвигаясь вперед, и подвергается опасности. Зато посмотри, как она выглядит, став ферзем. И нет путешествия лучшего, чем по морю, поистине, это самый быстрый скакун и вьючное животное!

И они все четверо, хоть и были бедны, сговорились и тайком покинули Балх. Спустя много времени, после долгих и трудных переходов они пришли к берегу моря. Денег, чтобы пустить их в торговый оборот, у них не было, не было и тканей, чтобы ими торговать, и они остались на берегу моря не солоно хлебавши и с глазами влажными, как волна морская. Они закрыли путь к пище своим устам, близки были к тому, чтобы покончить с собой, и пропитанием им служили только ветер и воздух, горе и печаль.

Прошло несколько дней, и океан проведал об их горестях, не позволил им страдать, не оставил своих гостей в печали и тоске. По воле всемогущего творца океан обернулся человеком и пришел к ним, стал расспрашивать их, так как хотел разузнать обо всем, что произошло с ними. Они раскрыли перед ним свои сокровенные мысли и думы сердца и сказали:

– Мы прошли долгий путь и претерпели множество страданий. И все ради того, чтобы разбогатеть и жить безмятежной жизнью.

Океан сжалился над ними, по своему великодушию и благородству забурлил волнами благоволения и величия, пожаловал им восемь драгоценных жемчужин, каждая из которых равнялась десятилетним податям города Балха, и остановился пред ними смиренно, прося о прощении.

Юноши повернули назад, вознося океану благодарности и славословия. Все восемь жемчужин они вручили на хранение купеческому сыну и двинулись в путь. Наконец они прибыли в какой-то город и решили продать там одну из жемчужин, чтобы на вырученные деньги обеспечить себе дневное пропитание. Но у купеческого сына природа оказалась подлая, он поддался дьявольскому соблазну и внушению шайтана и спрятал жемчужины, а вину за пропажу возложил на друзей и потащил их, обвиняя в краже, ко дворцу правителя города. Они обвиняли его, а он обвинял их, они поносили его, а он ругал их на все лады. В конечном итоге, как градоправитель ни стращал и ни пугал, как ни допрашивал и ни выпытывал, жемчужины не были найдены, преступник не объявился. Эмир ничего не мог добиться и поручил дело везиру, дав ему всего несколько дней на расследование.

вернуться

387

«Машир ал-хикаят» – сборник под таким названием в персидской литературе не сохранился.

103
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru