Пользовательский поиск

Книга Энциклопедический словарь (Т-Ф). Содержание - Филон Александрийский

Кол-во голосов: 0

Культура. Ф., пришедшие в сравнительно небольшом количестве в область древней культуры, скоро смешались с ее носителями и сделались совершенными семитами по языку и религии. Евреи могли с ними объясняться без переводчиков; у Неемии (XIII, 24) азотское наречие — один из семитических диалектов. Ф. культы — те же ханаанскиe, существовавшие в их городах до их переселения. Дагон (в Газе и Азоте), Ваал-Зебуб (в Аккароне, оракул), Деркето — достаточно известные семитические божества. Точно также унаследовали Ф. от своих предшественников и города, с их торговлей и благосостоянием. Пять главных городов были центрами пяти владений, управлявшихся царями. Последние носили титул «серен» и правили подобно царям гомеровского времени. Каждое из небольших царств заключало в себе меньшие города, напр. область Гефа — пять (1 Цар. XXII. 5). Синахериб говорит о «Бет-Дагоне, Иоппии, Бене-бараке, Азуру, городах Цидки аскалонского». В противоположность финикийским, у Ф. городов не заметно соперничества, особенно во время войн. Они выставляли для них довольно многочисленные войска; против Саула сражалось 30 тыс. колесниц и 6 тыс. всадников (1 Цар., XIII, 5). Земледелие процветало на плодородной равнине Шефеда, скотоводство — в Негебе, к Ю от Газы, торговля — в городах (Маюма, гавань Газы). Об обилии денег говорит неоднократно Библия; Александр Вел. нашел в Газе огромные запасы благовоний; Ф. продавали в Ханаан египетских лошадей (3 Цар. X, 28), полотна и ткани (Иезек. XXVII, 7), а ханаанское вино и масло — в Египет. Евреям они продавали оружие (3 Цар. XIII, 19), которое, по-видимому, приготовлялось ими самими. Вообще об их ремеслах свидетельствуют золотые мыши и члены тела (3 Цар. VI, 18), идолы (4 Цар. V, 21). Единственный дошедший пока до нас мраморный барельеф, найденный Saulcy в Аскалоне и представляющий богиню Деркето среди двух сидящих женских фигур, довольно груб. Несмотря на приморское положение, Ф. не только не сделались морским народом, но из морского, каким явились, превратились в земледельческий и континентально-торговый. Воинственность, однако, они сохранили. Египтяне, ознакомившись с ними, называли их «тухер», т. е. герои. Их барельефы изображают довольно ясно вооружение и тип Ф. при их появлении в Азии. Тип их в то время был еще не семитический, близкий к европейскому; бород они не носили; вооружение состояло из длинных копий, кинжалов и круглого щита. На головах были шлемы с венками из стоячих перьев, как у ликийцев (ср. Herod. 7, 92), с ремешком у подбородка. Боевые колесницы были хеттского типа, корабли — европейского. Обоз с семьями передвигался при помощи волов, запряженных по тройке в кубические, неуклюжие двуколки. Парадное одеяние было похоже частью на сирийское, частью на килитйское (обувь). Сохранилось изображение двух Ф. послов, несущих золотую чашу. Во время войн с евреями Ф. имели легковооруженных стрелков и тяжеловооруженных, с круглым медным шлемом, панцырем, бронзовыми поножами и длинным копьем. От эллинистического и римского времени дошли монеты Ф. городов. Серебряные драхмы Газы, представляющие полное подражание аттическим, иногда с именем города семитическими буквами, имеются от V и IV вв. до Р. Хр. После Александра на монетах исключительно греческие легенды. В римское время чеканились бронзовые монеты, как автономные, так и императорские, иногда с именем бога Марны или с изображением храма и статуи Артемиды и Аполлона. Аскалонские тетрадрахмы селевкидского и птолемеевского времени имеются с греч. легендами ( Askalwnitwn ieraV Asulou) и головами Астарты. Бронзовые монеты римского времени имеются, между прочим, с фигурами Деркето, городской Тихи с трезубцем и божеством египетского типа на трех львах. Датированы они, по городской эре 104 г. до Р. Хр. Культурная роль Ф. была, вероятно, значительна, так как Ф. были единственным народом западной культурной сферы, акклиматизировавшимся в области древневосточных цивилизаций и долго не прекращавшим сношений с родиной. При скудости источников ближайшим образом эту роль пока определить нельзя.

Литература о Ф. Старый труд Hitzig'a, «Urgeschichte und Mythologie d. Philistaer» (Лпц., 1845), и в свое время при пользовании требовал осторожности, а теперь совершенно не годится. Сочинение Stark'a: «Gaza und die Philistaische Kuste» (Иена, 1852) до сих пор имеет значение, как хороший свод классического и библейского материала. Обновить его новыми данными ассир. и егип. источниками старались Winckler, в первом томе своей «Geschichte Israels», и W. Мах Muller, в V т. «Mittheilungen d. vorderasiat. Gesellschaft» («Urheimat d. Philister. Papyrus Golenischeft. Chronologie d. Pilistereiwanderung», Б., 1900) и в книге: «Asien u. Europa nach altagyptischen Denkmalern» (Лпц., 1893). См. еще Chassinat, «Un interprete Egyptien pour les pays Chananeens» («Bullet, de l'Inst. Franc. d'arch. Orient»); В. С. Голенищев, «Гиератический папирус о путешествии Уну-Амона» («Сборник в честь В. Р. Розена»). Ввиду значительной населенности местности и в настоящее время, а также непрерывности культурной жизни, археологические изыскания в области Ф. затруднительны. Древниe памятники послужили материалом для новых построек, а многочисленные культурные наслоения эллинистического. христианского и мусульманского времени скрывают древний Ф. слой. До сих пор были произведены незначительные раскопки в Аскалоне, в 1815 г., лэди Stanhope, с целью открыть храм Деркето, но был найден лишь один мраморный бюст; так же ничтожны были результаты раскопок Ибрагима-паши в 1832 г. Gruerin обследовал развалины церквей, театра и цистерн. См. «Travels of Lady Н. Stanhope» (Л., 1846); Roberts, «Vues et monuments de la Terre Sainte. Ascalon» (Брюссель. 1845); Guerin, «Description des ruines d'Ascalon» («Bullet, de la Soc. d. Geogr.», 1857); Guthe, «Die Ruinen Ascalons» («Zeitschrift d. deutschen Palastina-Vereins», 1879, где помещен план города, составленный Шиком). В 1898 — 1900 г. английское «Palestine Exploration Fund» производило, под руководством Blisse, раскопки в области Гефа. Под холмом Телл-Закария и Телл-эс-София были обнаружены остатки доеврейских поселений и древнеханаанского сооружения, может быть святилища; в других местах нашли сооружения селевкидского и римского времени. Всюду найдено много мелких древностей из камня, кости и металла и глиняной посуды всех времен, начиная с самых древних, а также мелких египетских древностей саисской эпохи. Характерных филистимских памятников и на этот раз не нашли. Отчеты об этих раскопках см. в «Palestine Exploration Fund», 1900; П. К. Коковцев, в «Сообщ. Правосл. Палест. Общ.», 1901 г. Б. Тураев.

Филон Александрийский

Филон Александрийский или Ф. иудей (прибл. 20 до Р. Хр.-50 по Р. Хр.) — выдающийся представитель еврейского эллинизма, центром которого была Александрия, богослов, апологет иудейства и религиозный мыслитель, оказавший большое влияние на последующее богословие своим эксегетическим методом и своим учением о Логосе. Как философ, он был сторонником эклектического платонизма, сильно окрашенного стоицизмом и процветавшего в его родном городе. Подобно другим современным ему эклектикам, он видит в таком учении общую суть всей греческой философии и, вместе с тем, подобно другим иудеям-эллинистам, признает источником греческой мудрости священное откровение Ветхого Завета, из которого, по его мнению, черпали древние философы. Книги Моисея, боговдохновенные, по Ф., в каждой букве не только подлинника, но и того греческого перевода, которым пользуется Ф., заключают в иносказательной форме учение Платона, Пифагора, Зенона и Клеанфа. Поэтому наиболее значительные сочинения Ф. представляют комментарий на св. книги (главным образом на кн. Бытия), дающий истолкование их в смысле популярной греческой философии того времени. Сверхчувственная истина, приспособляясь к человеческой немощи, облекается в иносказательную форму; все Писание есть аллегория, и задача толкователя — в том, чтобы раскрыть «духовный» смысл, скрытый в этой аллегории. Таким образом Ф. является посредником между философией и откровением — и в этом его значение. Его вера в универсальную разумность слова Божия, выразившаяся и в его экзегетике , и в его учении о Логосе, сделала его учителем и предшественником последующих апологетов и богословов, особенно александрийской школы. Философское учение Ф. сводится к богословию. Божество познается путем отрицания всяких частных, конечных определений и; аргументы скептиков, направленные против таких определений, вполне основательны. Оно выше всякого понимания; только тот, кто отрешается от всего конечного, от мира, от себя самого, от своих чувств и своего разума, находит Божество в момент экстаза. Ее имея никаких качественных определений, Божество не есть, однако, бессодержательная отвлеченность. Вместе с писанием Ф. приписывает Ему атрибуты благости, могущества, ведения и пр. в бесконечной степени; только он понимает их не как качества, общие Божеству с другими существами, а как свойственные Ему силы. Поскольку Оно есть существо всереальное, конечные существа могут приобщаться к отдельным Его силам и определяться ими, как качествами; само же оно, как полнота бытия, ничему не причастно, имеет в Себе все и всему дает от своей полноты: в этом состоит Его всемогущество. Таким образом, впервые в философии формулируется идея абсолютного монотеизма. Однако, отвлеченность греческой теологии, колебавшейся между пантеизмом стоиков и дуализмом платоников, отразилась и на учении Ф., который посредствует между ними. Его Бог трансцендентен, безусловно отличен от мира по своему существу; но вместе с тем Он раскрывается в нем, имманентен, присущ ему в своих силах и своем слове. Поскольку Божество трансцендентно миру, последний является чуждым и противоположным Ему; он сотворен из предвечной материи, бесформенной, безвидной, косной, которая представляется как хаотическая масса вещества и противополагается Божеству, как пассивное начало — деятельному. Между миром и трансцендентным Божеством посредствуют силы Божества, образующие и проникающие мир: Его благость, могущество, справедливость, мудрость или слово. В учении об этих силах сказываются и философские , и религиозные традиции, монизм и дуализм, платонизм и стоицизм; отсюда сбивчивость и неясность понятий. Вопервых, помянутые силы, как чистые энергии Божества, не имеют по отношение к Нему никакой самостоятельности, особности, личности; во-вторых, они относятся к миру, как силы, действующие в нем, образующие его материю — подобно формам Аристотеля или «сперматическим логосам» стоиков; в третьих, они отличаются и от Бога, и от мира, являясь как бы тварно-личными посредниками между Богом и миром — духами, которых сам Ф. сравнивал с ангелами иудеев или демонами платоников. Все антропоморфизмы Писания, все конкретные образы Его относятся к силам Божества, а не к его существу. Верховною из этих сил является Слово (Логос), которое всех их совмещает в себе. Так же, как и они, это Слово может рассматриваться с троякой точки зрения: как бессамостная энергия Божества, как душа и связь мира (стоический логос), как тварно-личный посредник между Богом и миром. Оно определяется как разум Божий, идея всех идей, образ Божества, первородный сын Божий, второй бог (JeoV, в отличие от o JeoV); оно есть, далее, первообраз вселенной, мирозиждительная сила, душа, облекающаяся телом мира; наконец, оно — верховный архангел, посредник, наместник Бога, царственный первосвященник.

161
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru