Пользовательский поиск

Книга Энциклопедический словарь (Т-Ф). Содержание - Тростник

Кол-во голосов: 0

Учение о Т. и фигурах было в старинной поэтике и риторике предметом тщательной и мелочной разработки. У Аристотеля, Цицерона, Квинтилиана мы находим ряд рассеянных, но подчас и до сих пор не лишенных интереса соображений. Но немногие верные замечания их, затрагивающие существо дела, были забыты позднейшими грамматиками и риторами, у которых теория Т. получила широкое развитие, обратно пропорциональное ее внутренней содержательности. Как вся теория их была по преимуществу практическим руководством к составлению прозаических и поэтических сочинений, так и многочисленные рассуждения их о Т. н фигурах имели в виду главным образом не столько изучение и объяснение существующего, сколько наставление к украшению речи подобающими сравнениями, эпитетами, метафорами, метонимиями и т. п. И здесь, как в остальных частях теории, учение почти исчерпывалось классификацией, но нигде классификация эта не доходила до таких изысканных, ненужных и сочиненных тонкостей и различий, как в учении о Т. и фигурах. Скалигер, ставивший себе в заслугу то, что он первый классифицировал их, различает среди них: significatio, demonstratio, sermecinatio, attemperatio, moderatio et correctio, asseveratio, conditio, exclamatio, repetitio, frequentatio, acervatio, celeritas, evasio, commoratio, coniunctio, attributio, anticipatio, assimilatio, exempium, imago, translatio, collatio, comparatio, retributio, substitutio, allegoria, praescriptio, agnominatio и т. д. Столь же неисчерпаем в этой ужасающей терминологии Иоанн Бенциус в «De figuris libri duo» (1594). Значительная доля этих схоластических упражнений сохранилась и в наши дни в наших учебниках и во французской школьной риторике. Немецкие курсы свободны от них и, быть может, в силу реакции, иногда впадают в противоположную крайность. Так Боринский («Deutsche Poetik») склонен к полному отрицанию классификации Т. «Они — говорит он представителям старой риторики — желают классифицировать прежде, чем исследовали и анализировали. Отсюда та пустынная вереница окаменевших обозначений, с которыми возится поэтика, сбивая с толку учащегося стараниями разобраться в них. Совершенно лишенные значения пошлости как „метонимия“ (переименование), полная беспомощность, как „синекдоха“ (сопонимание), смешение материального различения с формальным, как в „персонификации“ (оживлении неодушевленного предмета): все эти неумелые приспособления очень мало могут способствовать внутреннему пониманию присущей образам силы поэтического изображения. Дело не в том, чтобы создавать особые обозначения для оттенков этой изобразительности, — что легко может быть бесконечно, -но в том, чтобы изучать процессы в их совокупности и таким образом объяснять их». Но достаточно анализировать ряд Т., чтобы видеть, что они представляют собою различные группы. Конечно, классификация их есть отвлечение: в действительном Т. мы можем одновременно найти и метафору, и метонимию и синекдоху, но виды эти существуют, и выделение их может лишь способствовать изучению поэтической иносказательности. Основанием классификации Т. должно служить отношение между объясняемым явлением и объясняющим образом.

А. Горнфельд.

Тростник

Тростник (Phragmites communis Trin.) — высокий (до 2,5 м.) многолетний злак, растущий по болотам по берегам рек, озер во всей России, в Зап. Европе, Азии, сев. Африке, в Сев. и Южн. Америке. Кроме прямостоячих, сизо-зеленых стеблей, развиты еще ползучие побеги. Листья плотные, темно-зеленые, жесткие, по краю шероховатые; язычка нет, вместо него ряд волосков. Стебель заканчивается крупною (до 30 стм.), развесистою густой, поникающей метелкой, с темно-буроватыми или фиолетовыми колосками. Линейно-ланцетные, сплюснутые колоски содержат по 3-7 цветков, из которых нижний мужской, а верхние обоеполые; колосковые чешуйки не равные (нижняя вдвое короче верхней), короче цветковых, из которых нижняя длиннозаостренная больше верхней, верхняя о двух килях; ось колоска под цветками длинноволосистая, отчего и самая кисть пушистая; рыльца темно-красные; зерновка — продолговатая. Цветет с июля по сентябрь.

С. Р.

Троя

Троя (Troia, иначе Илион) — главн. город Троады. Из всех поселений Троады пользовалась славою одна Т.; зато у древних греков не было имени, с которым было бы соединено столько воспоминаний, около которого группировалось бы столько знаменитых героев и событий. Трагическая судьба Т., подвиги и бедствия ахейских и троянских героев, воевавших под ее стенами, были любимейшими предметами народных сказаний и песнопений задолго до составления Илиады и Одиссеи. Разнообразнейшие варианты относящихся ко всему этому сказаний далеко не вмещались в рамки Гомеровских поэм. Составитель этих поэм, отделенный от воспеваемых событий сотней и более лет, остановился на нескольких днях происшествий, наполнивших собой десятки лет; подобно этому доисторическому певцу, аэду, поступали в позднейшее время античные трагики, когда разрабатывали отдельные моменты народных сказаний в целые трагедии. В Илиаде и Одиссее впервые были созданы великолепные образы богов и героев с индивидуальными чертами, написаны яркие картины сражений, многие сцены домашней, интимной жизни, воспроизведены потрясающие или трогательные душевные состояния и т. п. Последующие поэты, эпические, лирические, драматические, вдохновлялись этими образами, и еще более закрепляли в народной памяти имя Т. и окружали его ореолом святыни; с именем Т. связывалось первое громкое дело всех эллинов, называвшихся тогда ахеянами, аргивянами, данайцами. Имена героев троянской войны сделались нарицательными, выражения Гомеровских поэм вошли в поговорку. Не одни поэты, но также историки и философы-моралисты в своих изысканиях и рассуждениях отводили видное место Т. Художники-ваятели заимствовали из сказаний о Т. сюжеты для своих произведений, назначавшихся для украшения храмов, общественных зданий и т. п. Словом, память о Т. проходит красной нитью через всю древнегреческую литературу и через все искусство греков, будучи постоянно оживляема тем или другим способом. К эпохе Т. восходило начало многих греческих городов, многих знатных фамилий; благодаря этому, имя Т. служило связующим звеном для самых отдаленных одна от другой частей эллинского мира. Так, после Троянской войны Нестор удалился в Италию и там основал Метапонт, Пизу, Гераклею; там же Филоктет основал Петилею и Кримису, отправил колонистов в Егесту в Сицилии; по совету Фетиды, своей божественной бабки, Неоптолем прошел сухим путем через Фракию в Эпир и там получил царскую власть над молоссами, как Одиссей сделался родоначальником феспротских царей; Идоменей, Диомед, Менесфей, а также спутники локрского Эанта положили начало нескольким городам в Италии и Ливии, а Тевкр — на Кипре и на Иберийском полуо-ве. Из троянских героев; уцелевших в войне, особенно посчастливилось в позднейших легендах Энею, сыну Анхиза и Афродиты; он странствует не меньше Одиссея; его имя приурочивается к городам Эну, Энее во Фракии, к Делосу, Орхомену, Мантинее, к островам Кифере, Закинфу, Левкаде, ко многим городам Южной Италии и Сицилии, наконец, к Лациуму, где он, по повелению оракула, и утвердился, положив основание Риму. Римляне гордились воображаемым происхождением от троянского героя и его спутников, и Гомеровская Т. вошла в национальный римский эпос на правах родного города. Через римлян слава Т. перешла в средневековые литературы. Певец Т. свободен от национальной и религиозной нетерпимости: одни и те же божества у ахейцев и троян; в рядах троян есть герои, достойные противники доблестнейших героев ахейских; глубоким сочувствием поэта запечатлены картины страданий врагов. Древние греки верили в историческую реальность Т. и связанных с ней событий, только отбрасывая из песен об ней лишь то, что находили неправдоподобным; философы, особенно стоики, допускали аллегорическое толкование мифологических и легендарных образов и отношений. По свидетельству Геродота, Ксеркс принес жертву троянской богине Афине в Пергаме Приама и объяснил, что идет на Элладу для того, чтобы отомстить. эллинам за Приамидов. Когда при Писистрате афиняне отняли Сигей у митиленян, то оправдывались тем, что митиленяне не имеют особенных прав на этот город преимущественно перед прочими эллинами, помогавшими Менелаю отомстить за похищение Елены. Александр Македонский принес жертву самому Приаму на алтаре Зевса Геркея, потому что считал себя потомком Неоптолема со стороны матери и желал отвратить гнев Приама от потомства Ахилла. Вера позднейших греков и римлян в Гомеровскую Т. поддерживалась существованием в Троаде города того же имени, населенного эолянами, который и считался наследником территории древнего Илиона: из уважения к памяти этого древнего города Александр Македонский, Лизимах, Юлий Цезарь оказывали историческому Илиону всякие милости. Сомнение в тождестве нового Илиона (Novum Ilium) с Гомеровским высказал впервые Димитрий из Скепсиса, историк Александрийского периода, и его сомнения разделял Страбон. Названные писатели помещали Гомеровскую Т. на месте незначительного в то время «поселения илиян» (Iliewn kwmh), на 42 стад. к В от моря, к ЮВ от Нов. Илиона, удаленного от моря всего на 12 стадий. В настоящее время идущее из древности разногласие решено, по-видимому, окончательно раскопками Шлимана, Дерпфельда и других археологов в пользу Нов. Илиона, несмотря на то, что сомнение древнего критика находило себе в новое время многих сторонников, начиная с Лешевалье, совершившего путешествие в эти места в 1785-86 гг. и издавшего описание его в 1802 г.; еще в атласе Киперта Гомеровская Т. показана отдельно от Нов. Илиона, на том месте, которое отводил ей Димитрий из Скепсиса. Имена Гиссарлык и Бунарбаши — небольших возвышенностей и турецкой деревни на Балидаге — всего чаще упоминаются в новой литературе по топографии Т.; к этим двум именам и приурочиваются обе гипотезы. В стороне от них стоит Беттихер, по мнению которого Шлиман открыл на Гиссарлыке не Пергам Троянский, а кладбище со следами сожжения покойников. Ученое состязание между Беттихером и Шлиманом при участии авторитетных свидетелей в 1889-90 г., происходило на месте раскопок, и Беттихер остался при отдельном мнении, к которому не присоединился никто другой. Местоположение Бунарбаши — трудно согласить с описаниями места действия в Илиаде, кроме того, на возвышенности Балидаг раскопки самые тщательные и повторные не дали ничего похожего на развалины знаменитого города. Наоборот, многократные раскопки на Гиссарлыке, произведенные Шлиманом, Дерпфельдом и другими археологами, открыли обильнейшие остатки сильного и богатого поселения, каким должна была быть Гомеровская Т.; остатки эти дают понятие о целом доисторическом периоде культуры, которому наука присваивает наименование «троянского» и отголоски которого имеются в Гомеровских поэмах. Достойно внимания, что историк Дж. Грот, отказываясь искать историческую действительность в легендах о Т., тем не менее находил, что описаниям Илиады соответствует больше всего местоположение Гиссарлыка, но никак не Бунарбаши. Белох и Эд. Мейер, в своих курсах греческой истории, не подвергают сомнению нахождение Т. на этом холме, хотя вместе с другими исследователями признают, что Гомеровская и «троянская» культура не одно и то же, что эта последняя ниже культуры микенской, полнее отразившейся в Гомеровских песнях. Турецкое название Гиссарлык носит небольшое возвышение выше от древнего ложа Скамандра, нын. Мендере, в 5 км. от морского берега; приток Мендере Dumbrek-son, древн. Симоэн, омывает северный склон Гиссарлыка, недалеко от которого он вливался в Скамандр. В углу, образуемом слиянием двух речек, находилось древнее укрепление, господствовавшие над всей равниной и открывавшее вид на широкий проход в Геллеспонт, на европейский берег, на о-ва Имбр и Самофракию. При таком положении расстояние Т. от ахейской стоянки настолько невелико, что в течение одного дня несколько раз могли из конца в конец переходит лежащую перед ними равнину воюющие армии, их посланцы и глашатаи; представляется возможным преследование Гектора Ахиллом вокруг городских стен; если Скамандр протекал по равнине, где войска сходились на бой, понятною становится картина борьбы реки с Ахиллом. Все сооружения на Гиссарлыке были окружены общей крепостной стеной, служившей основанием кирпичной стены с башнями. Северная сторона основания состоит из громадных каменных глыб, почему сооружение троянской стены могло считаться делом рук Аполлона и Посейдона. К расположенному на холме акрополю примыкал нижний город с Ю, ЮВ и ЮЗ. «Т. следует искать на Гиссарлыке», говорит Ж. Перро; «открытые Шлиманом развалины в глубоких слоях мусора на Гиссарлыке представляют Т., осада и взятие которой находили так долго отголосок в поэзии греков и потом, переходя из поколения в поколение, в поэзии всех цивилизованных народов».

88
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru