Пользовательский поиск

Книга Великий парадокс, или Два почерка в Коране. Содержание - Небезгрешный пророк и противоречия в Коране

Кол-во голосов: 0

Небезгрешный пророк и противоречия в Коране

Обратите внимание на слова «Такие, если бы подумали, что Коран не от Аллаха, то и в нём нашли бы большое число противоречий». Из этого следует, что в Коране нет противоречий, или, точнее будет сказать, их не так уж много. Мусульманские ортодоксы вообще провозглашают безупречность Корана с первой до последней буквы. Но, как мы уже говорили, в создании и передаче Корана участвовал не только Бог, не только ангел Гавриил, но еще и люди, включая самого Мохаммеда, а людям свойственно ошибаться, понимать какие-то слова не так, как они слышатся. Эти доводы ортодоксами не воспринимаются. Между тем, Мохаммед был сложным человеком с сильными страстями, о чем мы вам еще расскажем. Поэтому версия о том, что он слышал от ангела не только слова Бога, но то, что хотел слышать — не так уж абсурдна.

Давайте вчитаемся в строчки, которые объясняют, откуда приходят успехи и неудачи, хорошее и плохое: «Если постигнет их успех, они говорят: это от Аллаха. А если что-то неприятное — скажут, что это от тебя. Скажи им: всё от Аллаха. Если хорошее случается — это Аллаха, плохое — от самого себя».

Разобьем прочитанное на три утверждения:

Первое утверждение: хорошее — от Аллаха, плохое — от Мохаммеда;

Второе: и хорошее, и плохое — от Аллаха;

Третье: хорошее от Аллаха, плохое — от самого человека.

Первое мнение отбросим, как субъективное и абсурдное — его высказывают лицемеры и трусы. Второе и третье — оба принадлежат, как видим, Аллаху. Но ведь эти фразы противоречат друг другу! Так в чем же источник неудач — Бог или сам человек?

Мог ли Бог изречь сразу два диаметрально противоположных мнения, совершить такую ошибку? Это невозможно, потому что Бог безгранично мудр по определению (таково одно из Его имен). Тогда остается единственное — ошибся человек, Мохаммед. Но, стоит это сказать, как к нам подступятся ортодоксы с мечами в руках: нет, Мохаммед всегда прав. Далее их логика идет простым путем: прав и Аллах, и Мохаммед, а неправ тот, кто задает неудобные вопросы — такой человек является вероотступником, заслуживающим смерти.

При этом безгрешность пророка обосновывается, опять же, не фактами его биографии, а началом той самой 48-й суры, где сказано, что Аллах избавляет Своего посланника от прошлых и будущих грехов. Эта сура прочтена Мохаммедом почти в самом конце жизни, когда за спиной было большое количество жен, убийств, ограблений, изгнаний людей из жилищ. Эта индульгенция, которая была необходима великому, но слабому человеку — пророку Мохаммеду, он ее страстно желал получить, поэтому он ее услышал и вписал в Коран. Он никого не обманул — он так услышал.

Утверждениями о том, что Коран безупречен, а Мохаммед — непогрешим, ортодоксы сами себя загоняют в угол. На неудобные вопросы теперь им остается отвечать только мечом и еще большей ложью. И до каких пор? Ведь рано или поздно придется развязать этот узел! Число образованных мусульман, которых будет нелегко обмануть, растет, обман скоро станет невозможным. Поэтому единственный выход — отказаться все же ото лжи и меча, объективно и честно посмотреть на наше наследие, пересмотреть сам подход к нему. С удивлением обнаруживаешь, что христиане и иудеи свободно обсуждают между собой противоречия в Библии, историю своих религий. А мы всё затыкаем рты тем, кто вчитывается в Коран и размышляет о деяниях Мохаммеда, и в лучшем случае называем их лицемерами.

Защищайте тех, кто заслужил, не тех, кого защищать не стоит — трусов, лицемеров и лжецов. Когда тебя искренне и радостно приветствуют — ответь тоже искренне. В отношении же лицемеров нельзя иметь другого мнения — они презренны. Может, ты хочешь вывести их на верный путь? Тщетно — они привыкли жить так, лицемерие у них в крови.

Неверные хотели бы, чтоб вы потеряли веру и присоединились к ним. Не делайте таких людей друзьями. Если те совершили подлость — то не грех убить. Но только, если они не из того народа, что связан с вами нитью соглашения. Или если у них нет намерения сражаться с вами. Если не нападают, если предложат мир — примите. Есть среди них такие, которые служат вам и своему народу. Если кто-то настроит против вас — то нападут. Если так, если мир невозможен — что ж, подними оружие и ты.

Не следует верующему убивать верующего — своего собрата. Бывает, что это — следствие ошибки, бывает, что погибший из того народа, с которым заключили договор. Тогда для очищения совести отпусти на волю пленника, семье убитого дань преподнеси. Если дань непосильна — два месяца поста, как покаяние перед Богом. А если тобою убит праведник, но из врагов — покаянием станет освобождение пленника. Но вот если ты убил единоверца не по ошибке, но сознательно, ответ убийце — гнев Аллаха на земле, и пламя — в дальней жизни.

О, верующие! Если вы идете по пути Аллаха — не пытайтесь отнять добро у человека — пусть неверующего, но который не воюет с вами. Праведных трофеев на век ваш хватит. Аллах сведущ в том, что вы делаете и как.

Сумейте различить единоверца, который сидит и ничего не делает для веры, от того, кто усердствует своим имуществом и сердцем. Аллах обещает благо всем, но первый — он на степень ниже.

Тот, кто не последовал за посланником — нанёс себе урон. Когда-нибудь он признает слабость, но будет поздно — уже грех на нём. Из людей, не поделивших путь твой, посланник, не грешны только больные и беспомощные, женщины и дети. Тот, кто покинул дом, как ты — тот нашёл убежище. Если же в пути застала смерть — тот будет награждён Аллахом в дальней жизни.

Переселение — хиджра

На Аравийском полуострове в конце шестого — начале седьмого веков появились люди, которые скептически относились к идолопоклонству, и в то же время не склонялись к христианам, иудеям, зороастрийцам, распространявшим свою веру среди арабов. Было немало «пророков», которые говорили, что мысли им внушаются верховным божеством. В Мекке, начиная с 610 года, такие идеи стал излагать Мохаммед — сорокалетний мужчина, поначалу обладавший самыми лучшими человеческими качествами.

Мохаммед рано осиротел, воспитывал его дядя Абу Талиб, глава обедневшего рода хашим племени курайш. Он работал наемным пастухом, затем погонщиком караванов. В 25 лет женился на богатой вдове Хадидже и стал вести ее торговлю. Все это время Мохаммед отличался высокой нравственностью, никаких, как бы сейчас сказали, «порочащих связей», не имел. Затем Хадиджа умерла, умер и дядя Абу Талиб. Если раньше на его проповеди о едином Боге местная знать была зла, но сдержанна, со смертью Абу Талиба не стала скрывать вражды. Сторонники Мохаммеда подвергались травле и унижениям.

Мохаммед стал искать слушателей в других местах. Сначала это был небольшой город Таиф, но пророку едва удалось спастись от гнева арабского племени сакиф, которое населяло город. Поиск пристанища для себя и своих сторонников привел его в Ясриб (сейчас Медина, Саудовская Аравия), откуда родом была мать Мохаммеда.

Этот город-оазис был исторически готов к принятию Мохаммеда и его проповедей. Население было измучено постоянными конфликтами, которые происходили между населявшими оазис племенами арабов и иудеев, ссоры были вызваны борьбой за лучшие, плодородные земли.

Проповеди Мохаммеда успокаивали, примиряли, голос его внушал доверие и надежду на решение скопившихся проблем. Его обещание примирить различные племена сыграло свою роль, и Мохаммеда пригласили в Ясриб в качестве «третейского судьи», отнюдь не вероучителя. Мохаммед стал отправлять своих сторонников из Мекки в Медину, а вслед за ними и сам совершил хиджру — переселение в этот город. Он и его соратники стали называться мухаджирами — переселенцами.

В понедельник вечером, 15 июля 62 2 года, Мохаммед приехал в Ясриб. При его содействии между племенами было заключено соглашение о равенстве прав, взаимозащите от чужих. Убийца не мог найти оправдания и защиты ни у кого из договаривающихся сторон; вражда и кровная месть между ними исключались. Мохаммед признавался судьей, и потому политическим главой этого объединения.

22
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru