Пользовательский поиск

Книга Птицы и камень. Исконный Шамбалы. Страница 27

Кол-во голосов: 0

— Вот именно «как бы», — в шутку ответил Максу Сэнсэй. — Кабы не кабы, да не но, то был бы генералом давно, — и обращаясь к Володе, добавил: — Видишь, как со временем начинают трактовать древность. Это то, о чем мы с тобой говорили.

Макс увидел молчаливое согласие Володи и поспешил продолжить свою тему, чтобы разговор не перешел в другое русло.

— Я так понял, символ змеи почитался издревле, ведь раньше был целый культ. Оказывается, еще в эпоху матриархата, когда люди жили группами, родом или племенем, одним из популярных тотемов тогдашнего времени являлась змея. Особенно это было распространено на Древнем Востоке. Там главной богиней была Мать-Земля и связанные с нею образы быка и змеи. В трипольскую культуру змеи были глубоко почитаемы. По исследованиям археологов, в трипольской орнамике эпохи матриархата змеиный узор был одним из распространенных сюжетов. И причем, встречались змеи одиночные и парные, обвивающие грудь Великой Матери. Им приписывались оберегающие, охраняющие функции. Трипольцы считали змей посредниками между Небом и Землей, вестниками их единения.

Сэнсэй молчал, никак не реагируя на то, что с таким воодушевлением рассказывал Макс.

— Я также заметил, что в первых древних цивилизациях, в Месопотамии, Египте, Китае культ плодородия переплетался с обожествлением водной стихии, с идеей умирающего и воскресающего бога зерна и опять-таки с тотемными образами быка и змеи. Причем змей называли «живущими около источника». Я и подумал, если информация зашифрована в образах, то «источник» по идее — «чистое знание»… А тут всплыли еще некоторые любопытные фактики. В Вавилоне змею называли не иначе, как «дитя богини Земли», в Египте «жизнью Земли» и часто изображали змей в виде орнамента на коронах богов и фараонов. И что самое интересное, сходные представления имелись у многих народов мира. Между прочим, по-арабски слова «жизнь» и «змея» произносятся одинаково — «эль хай». И такое совпадение имеется также в языках многих индийских племен…

Но и эта информация не произвела на Сэнсэя ожидаемого эффекта. И Макс решился высказать свои последние «веские аргументы».

— Кстати, я нашел, что у древних египтян существовало поверье, будто небесная вода, находящаяся на верхнем Небе выше солнца и звезд, охраняется Великим Змеем Апопом. Представляешь, какая информация открывается, если эту легенду перевести на язык знаний о внутреннем! Если «змей» — это Страж, «влага» — источник знаний, а «земля» — это наш разум… — Макс аж захлебывался от своих открытий, а Сэнсэй лишь молча улыбался. — В этом же поверье говорится, что именно по воле этого Апопа небесная влага изливается, оплодотворяя землю. Этого Змея также считали олицетворением мрака и зла, извечным врагом солнца Ра. А в некоторых легендах этот Змей выступает как поглотитель воды. И самое любопытное — то же имеется и в древнеиндийских легендах, только там в образе Апопа выступает змееобразное существо демон Вритра, который был противником главного божества неба Индры. Причем Вритра — не только хранитель небесных вод, но и существо, регулирующее подачу влаги и солнца, а также стихий.

Я там столько всего отыскал! Этих сведений о змее — поглотителе вод, который «запирает истечение небесной влаги» полно и в общеафриканских представлениях, у монголов, японцев. А про китайцев я вообще молчу. Там с глубокой древности почитали Дракона как властелина влаги, мудрости. Он воплощал мужское начало «ян», сливающегося со стихией «инь», где «ян» считался «огнем», а «инь» — «водой». Причем, представляешь, вода — это его внешняя среда, а огонь — внутренняя сущность!

— Представляю, — ответил Сэнсэй не без юмора. — Китайцы вообще очень тонко и близко подошли к этому вопросу.

— Вот! И я о том же! Меня поразило, что у народов почти всех континентов Европы, Азии, Америки, Африки змей был воплощением двух противоположных начал — добра и зла. Помнишь, ты рассказывал о центрах в гипоталамусе?! И главное, полно легенд, как побеждали этого змея, у греков — Аполлон и Геракл, у христиан — Георгий Победоносец… А еще, — не мог остановиться Макс, — я читал в этнографии, что у разных народов — славян, греков, грузин и других, сохранились легенды и сказки, где говорилось о том, что употребление сердца и печени змеи наделяло человека способностью понимать язык птиц и зверей, а также давало дар ясновидения и сверхчеловеческие возможности.

— Каждая легенда остается легендой. Но не всякая сказка есть сказка, — усмехнулся Сэнсэй.

Да, вот еще интересные сведения по поводу славян. Оказывается, издревле на Руси носили змеевики-обереги, которым приписывались способности предохранять от всех болезней и бедствий. Написано, что истоки змеевиков уходят в глубь тысячелетий.

Да, они были и в Шумере, и гораздо раньше, — добавил Сэнсэй. — Существовали еще в той древности, о которой ты никогда и не слышал.

Макс помолчал, а потом добавил:

Знаешь, меня еще заинтересовало изображение на этом змеевике. Самые древние русские змеевики-обереги имели круглую форму. На одной стороне изображались семи- и двенадцатиголовые змеи или драконы, другие чудовища-охранители. А на другой стороне…

Солнце, внутри которого был треугольник с глазом, — закончил предложение Сэнсэй.

Точно! — изумленно произнес Макс. — А потом, с приходом христианства, этот старинный символ, как языческий, заменили изображением Архангела. И вкупе со змеями получилось такое своеобразное сочетание элементов язычества и христианства… А что это за знак?

Это печать Шамбалы.

Печать Шамбалы? — чуть ли не хором спросили Женька и Володя.

У славян? — недоуменно произнес Макс.

А что вы так удивляетесь? — пожал плечами Сэнсэй. — Славяне — это народ, отмеченный еще задолго до его рождения и формирования. В славянах скрыт огромный духовный потенциал, способный изменить весь мир. Поэтому они и отмечены, так сказать, с самого рождения знаком Шамбалы. Кстати говоря, этот знак есть практически в каждом храме. Под этим знаком короновали некоторых русских царей.

Не может быть! — удивленно проговорил Макс.

А ты подними историю. Даже последний русский царь Николай II короновался под печатью Шамбалы. И это считалось величайшей. Честью…

Да, бедная Россия, — с сожалением сказал Володя, подумав о чем-то своем. — Теперь вряд ли она возродится в такую Мощную державу. Надо же, как нам по морде съездили! Весь славянский народ одним подлым ударом нокаутировали.

— Ничего, Володя. Нокаутировали плоть, но отнюдь не Дух. Поверь мне, Россия еще возродится и произойдет объединение славян, которое назовут великим. Ибо сказано, «когда над главою России взойдет солнце во второй раз, славянский дух наберет силу и воссияет в чистоте своей и единстве среди народов». И я думаю, вскоре ты лично будешь лицезреть, как на Российский престол взойдет… Некто, набравший силу. И весь мир увидит, как он будет присягать славянскому народу под печатью Шамбалы.

— Дай-то Бог, — ответил Володя.

Бог-то дает. И не только дает, но и воздает, — задумчиво проговорил Сэнсэй. — Кстати, это событие свершится за два месяца и восемь дней до знамения времен, предсказанного еще древними.

Знамения времен? — с любопытством спросил Макс. — А что это за знамение?

Падение на Египет огненных птиц, которое произойдет за восемь лет пять месяцев и шесть дней до обновления света…

Макс не знал, что этот день, день его личных открытий, соприкосновения с прошлым и будущим настолько западет ему в душу… Сейчас он понимал, почему тогда так таинственно улыбался Сэнсэй на протяжении всей беседы по поводу его «грандиозных находок».

* * *

Время стремительно летело, как стрела, выпущенная из тугого лука. А Макс все пребывал в утопии своих иллюзий, тщательно взвешивая все «за» и «против» в философии Сэнсэя. Он беспечно раскачивался на качелях своего ума, восхищаясь то высотой духовного, то высотой своего животного. И тешил свое самолюбие тем, что имел собственное мнение и даже острил по поводу положения обоюдных сторон. Ему нравилось рассуждать, копаться в сути. Но все эти навороты ума в действительности представляли собой лишь легкие завихрения воздуха, рождаемые в полете. На ветер все чаще бросались слова, которые в основном сотрясали воздух, но не трогали душу. Его качели продолжали раскачиваться, несмотря на быстротечность уходящих дней. И только крайне редко, когда Сэнсэй необыкновенно искренне общался с Максом, тот начинал понимать немного больше. Такие моменты, моменты потерянного «рая», и всплывали сейчас с невероятной отчетливостью перед ним.

27

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru