Пользовательский поиск

Книга Яма. Содержание - Глава 3

Кол-во голосов: 0

Глава 3

По дороге в туалет Майку пришлось переступить через лужицы, оставшиеся после обеденного мытья посуды. В тесной уборной было холодно; сорокаваттовая лампочка зловеще мерцала над головой. Жирная вода спиралью стекала к кромке решетки в полу и с мерным плеском падала вниз, в длинный подземный канал, уносящий в море шелуху миллионов жизней. Представив эту картину, Майк неуверенно улыбнулся, застегнул молнию, повернулся и пошел к остальным, в более ярко освещенную комнату.

— Пора устроить сиесту, — потягиваясь, зевнула Фрэнки. — Бесчеловечно заниматься чем-то после обеда; можно только спать.

— Отличная философия, — пробормотал Джефф.

— А мне казалось, что сиеста — это марка машины, — хихикнула Алекс.

— Умоляю, только не начинай, — попросил Майк. — Дай нам передышку — хотя бы на три дня.

— Даже меньше, — заметила Алекс. — Два с половиной.

— Думаю, сегодня вечером нужно устроить влом в новый дом, — предложил Джефф. — Чтобы обжиться как следует.

— Ты имеешь в виду новоселье?

— А вот это, — ответил он, — полностью зависит от гостей.

— Полуденная лампочка иссушает землю, — продекламировал Майк. — Цикады и... прочие ползучие твари беспечно поют в апельсиновых рощах.

— Думаешь, стоит приглашать Майка? — с серьезным видом спросила Алекс.

— Хм. Без него мы бы вполне обошлись. Но было бы жестоко его прогнать, так что придется пригласить.

— Фрэнки тоже нужно пригласить, — сказала Фрэнки. — Когда закончится сиеста.

— Одинокая крестьянка бредет по травке с котомкой, — нараспев продолжил Майк. — Но нет! Это же Фрэнки, она несет льняной сверток с рахат-лукумом на дальний рынок, чтобы продать его за гроши.

— Заткнись, — оборвала его Алекс.

— Зря мы ели хлеб с семечками, — пожаловалась Фрэнки. — Они у меня в зубах застряли.

Лиз подняла голову и улыбнулась Майку.

— Что? — спросил он.

— Ничего.

— Что ты улыбаешься?

— Посмотрим, что в наших секретных запасах, — сказал Джефф, расстегивая пряжку рюкзака. — О боже!

— Что такое? — испугалась Фрэнки.

— Мой чудесный и полезный черносмородиновый сок превратился в какие-то очень странные напитки, — возмущенно встряхнул рюкзаком Джефф. — Только посмотрите! Что это значит? Джин... Виски... какая-то непонятная жидкость... жестянки... это же позор! Наверняка кто-то подменил мой рюкзак.

— Что ж, — с притворным смирением вздохнула Фрэнки. — Придется все это выпить.

— Ничего не остается, — поддакнул Джефф.

— Но не сейчас же, — взмолился Майк. — Еще только три часа.

— Конечно, не сейчас. Вечером, тупица. Для разнообразия сегодня будем пить, вместо того чтобы пялиться в телик или заниматься запрещенными действиями с животными — или что там еще ты делаешь по вечерам.

— Это отвратительно. — Алекс демонстративно зажала уши ладонями.

— Отвратительно? — усмехнулся Майк. — Кстати, об извращениях с животными и прочих отвратительных вещах: помните речь в конце семестра?

Фрэнки прыснула.

— Это была самая смешная шутка в моей жизни, — сказала она, отсмеявшись. — Я чуть не описалась.

— И вся школа тоже, — кивнул Джефф.

— Да весь зал намочил штаны, — с улыбкой произнесла Лиз.

— Помните, какая у Лоу была рожа? — Джефф расхохотался. — Черт, будет что рассказать внукам.

— Это была целиком и полностью его вина, — безжалостно заявила Фрэнки.

Алекс с сомнением почесала нос.

— Вовсе нет. Бедняга виноват лишь в том, что живет рядом с фермой. А еще в том, что разозлил Мартина.

— Этого более чем достаточно, — возразил Майк. — Другим и не за такое доставалось.

— Это точно, — кивнула Лиз.

* * *

Мы лежим, накинув простыни. Стену заливает вечернее солнце, деревья за окном приобретают цвет раскаленного металла.

— Как жаль, — говорю я.

— Чего тебе жаль?

Я улыбаюсь.

— Много чего.

— А прямо сейчас — о чем ты жалеешь?

— О... о том, что лето не может длиться вечно. Это лето — как обрывок сна.

— Правда?

Я сжимаю его плечо.

— Перестань. Конечно, правда.

— Как скажешь.

— Я же писательница. Раз я говорю, что лето похоже на сон, значит, так оно и есть, черт возьми.

Он смеется.

— Знаешь что?

— Что?

— Ты романтик.

— Ничего подобного!

— Да-да, ты романтик. Притворяешься, что это не так, но на самом деле так оно и есть.

— Ну ладно. Теперь ты. Чего бы тебе хотелось?

— Мое желание — секрет.

— Не может быть, — говорю я. — Скажи.

Он на минуту задумывается.

— Это настоящее желание.

— Как это?

— Обещаю тебе рассказать, когда закончишь писать. Договорились?

— Хорошо. Но почему?

— Потому что я хочу открыть тебе эту тайну после того, как все закончится.

Я его почти не слушаю.

— Мило.

— Да...

Мы еще долго лежим и мечтаем, пока часы не бьют семь.

— Лиз?

— Да?

— Мы не можем лежать здесь весь вечер.

— Почему?

— Так нельзя.

— А мне хочется, — улыбаюсь я.

— Мне тоже. Но от этого суть не меняется.

— Тогда давай хотя бы еще чуть-чуть, — прошу я.

Жить одному по-своему неплохо, но жить с кем-то — это нечто совершенно новое и особенное. Даже если жить вместе совсем недолго. Сегодня, несмотря на нашу близость — а может, и благодаря наглей близости, — Яма кажется чем-то очень далеким, похожим на полузабытый сон. Эти несколько часов становятся для меня средоточием всего мира, а то, что было до и после, словно утрачивает резкость, выцветает. Если бы мы могли жить только в настоящем, не размышляя о том, что было или будет, жизнь стала бы намного легче. Но мы слишком часто не обращаем внимания на сегодняшний момент, зато мысли о прошлом и предвкушение будущего заполняют наше сознание бесплодными сожалениями и иллюзиями. Думаю, отчасти это и делает нас такими, какие мы есть; но сейчас так приятно хотя бы ненадолго забыть об остальном мире и просто быть вместе.

Наконец мы одеваемся. Каждого из нас ждет свой, отдельный мир, где от нас требуются разные вещи.

* * *

— А когда он вернулся, то пропустил два учебных года и выпускные экзамены. Вся жизнь коту под хвост. — Фрэнки помолчала. — Несладко ему пришлось, но все равно он никому не нравился.

8
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru