Пользовательский поиск

Книга Выход из мрака. Содержание - Глава 6

Кол-во голосов: 0

— Самое большее, на что он может рассчитывать — это намеренное убийство, и, по-моему, если большое жюри вынесет обвинительный акт, то лишь в непредумышленном убийстве, — сказал Бадди. — Если Лейн защищала Уилла, как кое-кому представляется, и хотела не убивать Кента, а лишь заставить его не мучить мальчика, то…

— Удовольствуюсь тем, чего смогу добиться, — ответила Эдит и злобно скривила губы.

— Лейн заслуживает наказания, и Джонни Мак тоже.

— А каким образом осуждение Лейн за убийство накажет Джонни Мака?

— Джонни Мак поклялся быть ее защитником, спасителем, ее рыцарем в сияющих доспехах. — Эдит неторопливо подошла к Бадди и положила руку ему на грудь. — Значит, беспокоится о ней, возможно, больше, чем кто-либо догадывается. А когда такой человек, как Джонни Мак, беспокоится… мой дорогой Бадди, это означает, что у нас есть против него оружие.

— Вы не хотите признавать, что Кент сам повинен в своей насильственной смерти, так ведь? — Бадди накрыл ладонями руку Эдит, когда она поползла вниз по его груди и кончики пальцев оказались под пряжкой ремня. — Вам необходимо винить кого-то вместо себя за то, какими оказались ваши дети. Если бы вы обращали внимание на то, что творится в вашем доме, а не старались переплюнуть в изменах мужа-бабника…

— Со мной не разговаривают в таком тоне.

Эдит отдернула руку и хотела нанести удар, но Бадди перехватил ее запястье.

— Как ты смеешь! Сейчас же отпусти! — Эдит попыталась вырваться, но Бадди все сильнее сжимал пальцы, пока она не вскрикнула: — Больно, черт возьми!

Бадди притянул Эдит к себе, ее груди коснулись его груди. Заведя руку ей за спину, чуть опустил голову. Его губы находились чуть выше ее губ. Она, тяжело дыша, изумленно таращилась на него.

— Вам хочется этого, так ведь, мисс Эдит? — У Бадди наступила эрекция, и он прижался пахом к ней. — Вот что вам нравилось в мистере Джоне и Джонни Маке. И вот чего вы не можете получить от Джеймса. Вам нравится это с некоторой грубостью, не так ли? Нравится, когда мужчина властвует над вами.

— Пусти, сукин сын, глаза выцарапаю.

Как бы в подтверждение своей угрозы Эдит оскалила зубы и зарычала. Он с силой прижался губами к ее губам. Сминая их. Когда она попыталась что-то сказать, просунул язык ей в рот. Ощутив его своим языком, она застонала и перестала сопротивляться. Когда растаяла и прижалась к нему, он прибавил поцелую пыла.

«Не здесь. Не сейчас, — какая-то еще способная соображать часть разума предостерегала его. — Нельзя трахать мисс Эдит в этом доме. Наверху Мэри Марта».

Бадди резко оборвал поцелуй и мягко отстранил от себя Эдит. Та стояла, сверкая глазами на него, грудь ее вздымалась и опускалась от тяжелого дыхания.

— Если вы хотите закончить то, что мы начали, вы знаете, где я живу, — сказал он ей.

— Нисколько не чувствуешь себя изменником по отношению к Мэри Марте? — спросила Эдит. — Ты ведь заявлял, что любишь мою дочь больше жизни.

— Я люблю Мэри Марту, но мы оба знаем, что у нас с ней нет общего будущего. Я никогда не смогу взять ее на руки, отнести в постель и предаться с ней любви, как хотелось бы. — Бадди тыльной стороной ладони утер рот, стирая с губ вкус мисс Эдит. — Я мужчина, у меня есть потребности. Только не воображайте, что меня тянет именно к вам. Если б на вашем месте могла быть Мэри Марта, то…

— Замолчи! Сейчас же!

— А что тут такого? Неужели вы не были первой избранницей мужчины? Или всегда были первой с конца? Мистер Джон предпочитал вам любую смазливую бабенку в городе, так ведь? А Джеймс… то, что вы не согреваете его в постели, еще не значит, что он обходится без секса. А Джонни Мак? Вы всерьез думаете, будто что-то значите для него? — Когда Эдит ахнула, Бадди усмехнулся: — Да, Кент рассказывал мне, как он застал вас. Ни разу не задумывались, скольким людям он мог рассказать?

— Заткнись! Я могла бы смешать тебя с грязью и выгнать из города за такое обращение со мной. Но ты знаешь, что я этого не сделаю, потому что ты мне нужен. Потому что нужен Мэри Марте.

Впервые за годы общения с семейством Грэхемов у Бадди возникло ощущение власти. И оно нравилось ему. Очень. Но он не смел слишком уж давить на мисс Эдит. Знал, на что она способна.

— Если у Стивенса достаточно уник для большого жюри, то могу сегодня же арестовать Лейн, — сказал Бадди. — Хотите?

— Стараешься задобрить меня?

— Стараюсь взаимодействовать, — ответил он— — Мы . оба хотим конца этой истории, а это означает свалить убийство Кента на Лейн. Еще раз спрашиваю — хотите, чтобы я арестовал ее сегодня?

— Нет. Подожди обвинительного акта. Тогда я смогу отвести ее аресту всю первую полосу «Геральд».

— Постараетесь осудить Лейн в ее собственной газете. Изобретательная вы стерва.

— Да, изобретательная. И никогда об этом не забывай.

* * *

Лейн лежала на своей кровати в стиле Людовика XVI. Положив руки под голову, она смотрела в потолок. После развода с Кентом она вернулась домой и первым делом по-новому оформила интерьер спальни. Перенесла с чердака бабушкину антикварную мебель, которую мать отправила туда в конце шестидесятых годов. Больше всего Лейн хотелось, чтобы спальня представляла убежище от окружающего мира, уютную женскую крепость, в которую можно спрятаться. Она с улыбкой оглядела не совсем белые стены, красные портьеры и того же цвета шторы, украшавшие три выходящих на задворки окна. Потом взгляд ее задержался на итальянском комоде XVIH века, над которым висели фотографии Уилла с младенчества до настоящего времени. Летнее хлопчатобумажное платье, в котором она была прошлым вечером, лежало на спинке итальянского кресла, покрытого новым чехлом из шелковой парчи с неяркими красными и желтыми полосами.

Лейн любила эту комнату. Она никогда не делила ее тентом и чувствовала себя здесь в безопасности. В этих стенах не таились скверные воспоминания.

Как она могла так низко пасть? Как избалованная дочка Билла и Селесты Нобл стала первой подозреваемой в деле об убийстве? Всю жизнь она была хорошей девочкой, слушалась старших, соблюдала правила. Ей было очень важно доставлять удовольствие родителям. Как мать говорила ей, она была всем, что они имели, и поскольку они давали ей все только самое лучшее, то и ожидали от нее только самого лучшего.

То, что она влюбилась в Джонни Мака Кэхилла, было серьезным проступком, тайным актом неповиновения, мать о нем только догадывалась, а отец спокойно не замечал его. Родители так и не узнали о том, кто является отцом Уилла, и Лейн была этим довольна. Отец понял бы и даже встал на ее защиту, но мать отреклась бы от нее.

Закрыв глаза, Лейн вздохнула и попыталась расслабиться. Она поднялась наверх слегка вздремнуть, потому что плохо спала ночами после смерти Кента. Ей хотелось поговорить с Уиллом, когда он вернется домой, но он позвонил Лилли Мэй, сказал, что пойдет в кино со школьными приятелями и вернется только к ужину. Он прятался от нее, прятался от создавшегося положения. Но рано или поздно Уиллу придется смириться с тем фактом, что Джонни Мак его отец и не уедет только потому, что мальчик этого хочет.

«А тебе придется смириться с тем фактом, что Джонни Мак снова в городе, и тебе не помешать старым чувствам всплыть на поверхность. Ты думала, что Кент уничтожил твою способность испытывать сексуальные желания, что его жестокость навсегда подавила их. Думала, что никогда больше не будешь хотеть мужчину, нуждаться в мужчине. Но столько лет спустя ты обнаружила — то что считала умершим, было только травмировано и ждало исцеления».

Но Джонни Мак не целитель, напомнила она себе. Он не губитель, как Кент, но потребитель. Она не посмеет доверять ему. Ни свою жизнь. Ни жизнь Уилла. Пока что. И уж наверняка свое сердце. Никогда.

Назойливый звонок телефона на ночном столике резко вернул ее к действительности. Лейн повернулась на бок и взяла трубку:

— Алло.

— Лейн?

— Джеймс, это ты?

— Да.

— Так тихо говоришь, что я едва тебя слышу.

27
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru