Пользовательский поиск

Книга С первой леди так не поступают. Страница 46

Кол-во голосов: 0

Отлично, сказала она. Приходите ко мне в кабинет. Бойс вежливо отказался воспользоваться возможностью угодить в засаду, которую, прокравшись в Министерство юстиции через боковой вход, устроили бы фотографы. В качестве контрпредложения он назвал клуб «Метрополитен». Он заказал отдельный кабинет. В семь часов? Тогда до встречи.

Сэнди Клинтик проводили внутрь. Бойс протянул руку. Она лишь кивнула и села. Всем своим видом она говорила: «Ну что?»

— Возможно, — сказал он, — мне удастся уговорить свою клиентку согласиться с обвинением в непредумышленном убийстве. Но тогда я буду настаивать на двух с половиной годах. Домашнего ареста.

Сэнди Клинтик уставилась на Бойса. В конце концов появилась улыбка — не из тех, от которых делается теплее на душе.

— Взявшись за это дело, — сказала она, — я попыталась расследовать его так же, как и любое другое. Выполнить работу, избегая личных выпадов, и уйти. По правде говоря, мне не терпелось потягаться с вами в суде. Все эти годы я с интересом следила за вашими успехами. Иногда с восхищением. Потом я наконец-то с вами познакомилась. И, знаете ли, чуть не забыла о том, что у вас есть клиентка. Говоря по совести — вряд ли вам известно, что это такое, — сейчас ваша клиентка мне совершенно безразлична. Зато небезразличны вы. И я намерена разделать вас под орех.

Она немного помолчала.

— Вы помогли мне многое понять, мистер Бейлор. И я вам благодарна. Вы вернули мне веру в зло. Поэтому я отвечу так: идите к черту. Я намерена добиться осуждения вашей клиентки. Только потому, что ваше поражение доставит мне большое удовольствие.

— Справедливо. — Бойс ухмыльнулся. Правило действовало безотказно: прощай врагов своих. Это их чертовски бесит.

— Справедливо? — Заместительница генерального прокурора Клинтик рассмеялась, очень удивившись. — И вам наплевать на то, что вас считают злом?

— Меня еще и не так обзывали.

Она покачала головой.

— Если об этом разговоре пронюхает пресса, — сказал Бойс, — я буду знать, откуда просочилась информация.

— У меня куча куда более важных дел. Да и здесь, — сказала она, вставая, — рассиживаться некогда.

* * *

ПО СЛУХАМ, ЗАЩИТА МАКМАНН ДОБИВАЕТСЯ СДЕЛКИ

— Что это значит? Что за чертовщина?

В руках у Бет была «Вашингтон пост». Она прочла вслух:

— «Источники в Министерстве юстиции утверждают, что адвокат Макманн Бойс Бейлор предложил устроить встречу для изучения возможности переквалифицировать обвинение в убийстве без смягчающих обстоятельств на обвинение в непредумышленном убийстве. По словам источников, Бейлор получил отказ». — Бет подняла голову. — Это правда?

— Разве я похож на такого адвоката, который с шапкой в руках пойдет выпрашивать милостей у какого-нибудь жалкого наемного обвинителя? Я думал, ты обо мне лучшего мнения.

— Нет, нет и нет. Не увиливай. Отвечай на вопрос.

— Благодаря этому мы получим большое преимущество. В глазах общественности. За это мы распнем Клинтик. Преднамеренная утечка информации. Пресса в роли присяжных. Это же скандал. Может, мы даже добьемся ее отстранения от дела.

Бет взяла Бойса за руку и приложила ее к своему животу:

— Поклянись. На этом.

— Мы просто по-дружески поболтали.

— Черт возьми, Бойс!

— Ну ладно, — сдался Бойс, — я лишь хотел дать ей возможность излить душу перед заключительными прениями. Это все равно что подоить гремучую змею. Чтобы у нее осталось поменьше яда.

— Надо было попросить разрешения у меня.

— Я просил, — сказал Бойс, — не давать показаний.

— Значит, она жаждет крови?

— Есть хорошая новость: она жаждет моей.

— Ах, вот оно что! Вот как обстоят дела!

Бойс сел рядом с ней.

— Не всё так плохо. У тебя блестящий адвокат, лучший в стране, и… — Он вздохнул. — Конечно, ситуация не вполне идеальная. Только не вздумай сдаваться. Всё еще может перемениться. Никогда не знаешь, что может случиться в таком деле, как это.

— «В таком деле, как это»? Ты что, уже вел «такое дело» раньше?

— А-а, сто раз.

— Бойс!

— Что?

— Он ножками бьет!

Бойс пощупал.

— Ты уверена, что это не газы?

— Никакие это не газы. Я же чувствую.

— Разве они бьют ножками на таком сроке? Надо купить книжку.

— Он бил ножками.

— Возражал, наверно.

— Бойс, возможно, этот ребенок родится в тюрьме.

— Всё будет хорошо. — Он положил ладонь ей на живот. — Клянусь.

* * *

Присяжный номер пятнадцать вышел из душа в своей комнате в гостинице «Капитал Свитс» и, оставляя на ковре мокрые следы, прошлепал босиком к единственному предмету, который доставлял ему удовольствие в течение последних пяти месяцев, — к телевизору. Федеральная служба судебных исполнителей установила какое-то блокирующее устройство — кто-то из присяжных ласково назвал его судьей-блокатором, — и телевизоры в их номерах стали принимать не все программы, а только документальные и игровые фильмы, мультики и спорт. Канал «Домашняя стряпня», канал «Самопознание», канал «Знаменитости прошлого», канал «Полицейский надзор» и канал «Самоудовлетворение».

Почти полгода он не получал никаких известий о внешнем мире. Может, страна находится в состоянии войны. Может, потерпела крах фондовая биржа. Может, люди уже нашли средство от СПИДа и высадились на Марсе. А может, прилетели инопланетяне и захватили Землю. Как знать! Газеты и журналы они получали только после того, как судебные исполнители внимательно просматривали их с ножницами в руках и вырезали все упоминания о слушании дела.

Он сбросил с себя влажное полотенце и хорошенько почесал нежные органы. Вторая — и последняя — приятная особенность жизни в этом заточении, длившейся уже дольше типичной тюремной отсидки за массовое убийство, состояла в том, что можно было стоять посреди комнаты в чем мать родила и сколько душе угодно играть яйцами, не опасаясь, что тебя застукают жена и дети.

Крепко держась за яйца, он взял свободной рукой пульт дистанционного управления и включил телевизор. Потом взглянул в настольное зеркало. Питаясь тем дерьмом, которым здесь кормят, он уже набрал пятнадцать фунтов. Недовольно рассматривая выпуклую линию талии, он услышал непривычный звук — в программе новостей передавали репортаж. Он повернулся и стал смотреть. Перед ним был один из этих ребят, как их там, комментаторов. Он вспомнил, что видел его во время процесса О-Джея Симпсона — бойкий малый в очках.

— Питер, — сказал парень, — Бойс Бейлор опроверг слухи о том, что он пытался договориться с заместительницей генерального прокурора Сандрой Клинтик о предъявлении обвинения в менее тяжком преступлении. Но интерес к этой истории не угасает. В беседах со мной независимые источники подтвердили, что есть свидетели, несколько дней назад видевшие, как Бейлор и Клинтик вошли в клуб «Метрополитен» — поодиночке, буквально друг за другом.

Присяжный номер пятнадцать подумал: Что за чертовщина?

* * *

Схожие мысли возникли и у присяжной номер семь. Она вышивала тамбуром и одновременно смотрела Биографический канал, но, посмотрев минут пятнадцать, решила, что певица Мари Осмонд не такая уж и интересная особа. И как только эти люди получают право на «биографии»? Куда катится мир?

Переключая каналы в поисках «Домашней стряпни», она вдруг наткнулась на канал публичного телевидения. Откуда он здесь взялся? Передавали программу новостей,ту, которую ведет этот приятный мужчина из Оклахомы, мистер Маклерер. И, боже правый, они с молодым историком с накладкой на лысине беседовали о судебном процессе. Как же так? Почему это телевизор вдруг стал принимать выпуски новостей? Она смотрела как зачарованная. Ага, значит, Бойс Бейлор пытается договориться насчет обвинения в менее тяжком преступлении? Ну что ж, учитывая положение дел, ему больше ничего и не остается, и на вашем месте, мистер Знаменитый Адвокат, я бы долго не торговалась. Она никак не могла понять, зачем он вообще позволил этой женщине давать показания.

46

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru