Пользовательский поиск

Книга Происшествие в Никольском (Сборник). Содержание - 15

Кол-во голосов: 0

– Да, – сказал Виктор Сергеевич, подбородок прижав к груди, – это хорошо, что вы пришли именно сейчас. Через полчаса вы меня бы не застали.

Вера обрадовалась этим словам: значит, рассказ ее показался следователю важным. Но тут же она подумала, что Виктор Сергеевич дал ей понять, что времени у него на разговор с ней всего полчаса.

– Как быть, Виктор Сергеевич? – сказала она, остывая, и не Виктору Сергеевичу даже, а так, в пространство. – Это они мне вроде отступного сулили. Вроде платы за позор. Так нельзя оставить...

– А что, Вера... – неожиданно живо сказал Виктор Сергеевич, – а может быть, вам следовало понять состояние матерей? А?

– То есть как? – удивилась Вера.

– А так... – начал Виктор Сергеевич, но, заметив в Вериных глазах не только недоумение, но и испуг, осекся, смутившись, и уже после паузы заговорил медленно, неуверенным своим тонким голосом, с остановками и поглядыванием в окно: – Видите ли, Вера, вы достаточно взрослая и разумная. И потом – вы только на вид суровая и сердитая, а в душе, по-моему, добрая... И вот я хочу, Вера, чтоб вы меня правильно поняли...

Тут он остановился, подергал пальцами короткие волосы у залысин.

– Честно скажу, Вера, сегодня я к этому разговору не готов. Да и преждевременный он пока... Но кое-что я вам скажу... Ответьте мне, Вера: как вы представляете свою будущую жизнь? Предположим, пройдет суд, парней накажут. Крепко, может быть, накажут... А как вы будете жить в Никольском? Вы думали об этом, Вера?

– Как жила, так и буду жить, – сказала Вера.

– А не будут ли в вас и ваших близких, в сестренок ваших, тыкать пальцами, и не потому, что парни сели, а по другой причине, – понимаете, по какой?.. Пусть несправедливо, но не будет ли ваша жизнь отравлена?

– Вытерпим как-нибудь...

– Не знаю, не знаю... Трудно пока судить... А может, вам с матерью и сестрами все же стоит уехать из Никольского? А?

– Куда же это? А дом-то наш как же?

– После училища вас все равно куда-то распределят...

– Бежать, что ли, нам из Никольского? Тогда, значит, я виноватая? Нет.

– Ну хорошо, – вздохнул Виктор Сергеевич, – я, видно, начал не с того конца. Вы меня и не понимаете... Скажу про другое. На суде, Вера, все может получиться и вовсе не так, как вы предполагаете. Дело ваше с юридической стороны не простое. Там будут адвокаты, и они при старании смогут доказать, что и вы виноваты.

– То есть как? – растерялась Вера.

– Многое против вас. Многое можно истолковать по-разному... И драка ваша с Ниной, и то, что вы ничего не сказали о ней врачам, и некоторые ваши слова на дне рождения, да и не только слова, а и движения, и то, что вы выпили в тот вечер... Бусинка к бусинке – и вот готово ожерелье... Я сейчас могу произнести будущую адвокатскую речь, из нее вы узнаете, что виноваты вы, а парни – ваша жертва.

– А они-то сами...

– Погодите, Вера, не думайте, что я их адвокат. Нет. Но и их-то показания какие: пьяные были, не помним, вроде так, а вроде не так... К тому же по закону для суда признание обвиняемым своей вины еще ничего не значит. И это справедливо. Потом, вам кажется, что происшествие всем видится именно таким, каким оно видится вам. Но при взгляде на него со стороны может показаться и совсем неожиданное для вас. Уж тут обратят внимание и на ваши вольные нравы, и на то, что вы с Сергеем Ржевцевым жили как муж и жена...

– Сергей обещал на мне жениться, – глухо произнесла Вера и тут же пожалела о сказанном. Мало ли что Сергей ей говорил! – Он обещал жениться... И у нас с ним было все хорошо и по-честному!

– Ладно, но это ведь не меняет дела. Мы вот получили письмо, в нем требуют привлечь Сергея за сожительство с несовершеннолетней. Видите, как выходит.

– Сергей ничего плохого мне не сделал.

– Однако могут наказать и Сергея. Вряд ли это вас обрадует. Но вдруг и такой оборот примет дело...

Виктор Сергеевич задумался на мгновение, но тут же сказал быстро, как бы спохватившись:

– Я не хочу запугивать вас, Вера. Упаси бог! Просто я хочу, чтобы вы подумали обо всем... Я прошу вас отнестись ко всей вашей истории не только сердцем, но и разумом. Разумом, Вера. Продумайте все... Прошу вас...

Виктор Сергеевич встал, и Вера невольно встала, но тут же опустилась на стул, ей бы попрощаться и уйти, а она все сидела, растерянная, прибитая, куда девалась вся ее воинственность и бойкость. А Виктор Сергеевич походил в раздумье, присел к Вере и стал говорить ей мягко и терпеливо. В чем-то он ее убеждал, и она кивала ему, все, что она думала и чувствовала раньше, уплыло куда-то, а слова следователя приходили к ней безусловной истиной, обволакивали ее и как бы укачивали. Он пожал ей на прощанье руку, спросил, согласна ли она с ним, и она ответила искренне: «Согласна». На улицу она вышла все же в смятении. А пройдя к вокзалу и повторив про себя разговор с Виктором Сергеевичем, она вдруг взбунтовалась и принялась ругать себя: «Да как же я согласилась с ним! Да это же все неправда! Как он мог! Надо было ему сказать то-то и то-то!» В электричке в мыслях явились к ней такие яростные и правильные слова, что Вера захотела тут же вернуться к следователю. Но где теперь найдешь Виктора Сергеевича? «Ах, голова ты, голова садовая! – корила себя Вера. – Что же ты раньше-то делала!»

А Виктора Сергеевича не то чтобы расстроил разговор с Верой, просто после него ему стало не по себе. Ему вдруг показалось, что никольская история кончится плохо. Предчувствие дурное плеснулось, как рыба в сонном озере, и, хотя круги утихли, умерли тут же, на черном песке, в душе Виктора Сергеевича осталось что-то неприятное. И своим разговором с Навашиной Виктор Сергеевич не был доволен, слова являлись ему холодные, вялые, а порой и лукавые. «Насчет Сергея я напрасно, – решил Виктор Сергеевич, – напрасно, это ведь неправда... Никто его не может привлечь... Но она успокоилась и, кажется, сможет все понять как следует... Хорошо бы, хорошо бы...»

15

Отдежурив ночью, Вера из больницы вернулась утром с тяжелой головой и проспала без снов до вечера.

Когда она проснулась, было зябко, шел дождь, и Вера подумала, что, если вскоре растеплит, пойдут белые грибы, колосовики с бледно-коричневыми шляпками, как у подберезовика. От Никольского к Лопасне, к Мелихову и дальше шли знаменитые белым грибом леса, и по воскресным дням московские и местные жители в этих лесах охотничали с ведрами и корзинами, шумели, аукались, гремели транзисторами.

Вера встала, сказала матери:

– Готовь лукошко.

Мать обернулась, заметила:

– И то. Недели на две гриб должен пойти. Потом ему до августа отпуск.

Помолчав, она сказала:

– Я в районе сегодня была. Велели мне послезавтра приходить в больницу. Будет место.

– Да? – растерялась Вера.

– Место, говорят, легкое, счастливое. Женщина, которая с этой койки уходит, старше меня, поправилась, а была опасная.

– Я завтра съезжу к твоим врачам, – сказала Вера, – поговорю, чтоб у тебя все было хорошо.

– Ты уж места моего не меняй.

– Да при чем тут место? – рассердилась Вера.

– Как при чем?.. Да, – вспомнила мать, – тут тебя один человек ждет. Давно уже. Под дождем, на улице...

– Какой еще человек?

– Я не знаю, – сказала мать.

Вера посмотрела на мать с недоверием.

– Кликнуть, что ль, его?

– Да на кой он нужен-то! – раздраженно сказала Вера, но на всякий случай глянула в окно. И никого не увидела.

– Сейчас кликну...

– Да постой! – бросила ей Вера вдогонку, но было поздно.

Хотя она уже и свыклась с мыслью о том, что матери надо в больницу и что чем скорее сделают операцию, тем лучше, хотя, вольно или невольно, она смотрела на беду матери еще и глазами медика, новость Веру расстроила и даже испугала. Раньше матери вообще надо было ложиться в больницу, теперь все становилось срочным и определенным, а слово «послезавтра» приобретало жестокий, быть может и трагический смысл. «Эх, жизнь! – тоскливо думала Вера. – Вот везет нашей семье! Уж точно: бьет ключом – и все по голове...» Сидит где-нибудь в тихом и сухом месте заведующий судьбой навашинского семейства и ключ зловредный держит наготове, как хозяин дома большую ложку за столом, чуть что – хвать по лбу. Но мать-то в чем провинилась? «Надо завтра ехать в ту больницу, опять говорить с врачами и просить похлопотать Тамару Федоровну – в районе у нее есть знакомые...»

35
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru