Пользовательский поиск

Книга Лучшая ночь для поездки в Китай. Содержание - Глава 13

Кол-во голосов: 0

— Вы хотите потанцевать? — сказала она.

Я сказал:

— Нет, сейчас нет, спасибо.

— Давайте, — сказала она, — тряхнем стариной.

Я наклонился и поцеловал ее в щеку.

— Вы мне нравитесь, — сказал я, — но мне пора идти.

Я шагнул из патио на дорогу, пересек ее, не оглядываясь, и стал спускаться по белой песчаной дорожке, пока она не исчезла в лесу. Она шла дальше, через деревья, в сырую растительность, уходя зигзагами то в одну, то в другую сторону, запах океана становился сильнее, луна висела над головой абсолютно круглая, абсолютно нейтральная. Я вышел на прогалину, на пляж с темным песком. Туристы никогда сюда не заходили; морские раковины резали им ноги. Рядом со старым бревном, под кипой мертвых ветвей, я обнаружил каноэ Потца. Иногда, поздно ночью, вооруженные только мотком веревки и гигантским серебряным крюком с приманкой, мы отправлялись рыбачить, охотиться на барракуду.

Я стащил каноэ по песку к воде, сбросил туфли и взобрался на борт. Я уже взялся за весла, когда услышал что-то позади. Я думал, что это женщина из бара последовала за мной. Думал: не будь грубым. Но это был Раймонд. Коп в раю. В ярком свете луны я различил его ужасную рубашку, легкий отблеск на его волосах.

Я сказал:

— Господи Исусе, что вы здесь делаете?

Он зашел по грудь в теплую воду и положил обе руки на борт. Я думал, он собирается вытащить меня на берег.

— У меня отпуск, — сказал он. — У всех есть отпуск, почему у меня нет? — Он продолжал держать руки на борту.

Я сказал:

— Я видел вас раньше.

Он посмотрел на воду: лунный свет шел рябью до самого горизонта.

— Что там с другой стороны?

— Что вы хотите сказать? — спросил я.

— Говорю, что вы сели в лодку и направляетесь прямо туда. Куда вы приплывете?

— В Китай, — сказал я.

— Я Китай? Вы что, издеваетесь надо мной?

Я сказал:

— Раймонд, у вас есть жена или кто-нибудь еще?

— Не тогда, когда я в отпуске, — сказал он. — Вы отправляетесь на рыбалку?

— Нет, я просто собираюсь немножко погрести.

— Мирная маленькая прогулка на веслах, — сказал он. — Звучит неплохо. Не желаете прогуляться в компании?

Я сказал:

— Нет, не сегодня вечером, Раймонд. Может быть, мы можем выпить вместе завтра вечерком. Вы еще будете здесь?

— Дождь или жара. Не могу уехать, даже если бы и захотел.

— Тогда увидимся завтра вечером.

Он отпустил лодку.

— Не дайте себя кому-нибудь съесть.

Я отгреб на пятьдесят, сто ярдов, луна плясала на воде, я оглянулся. Раймонд уже стоял на берегу, со скрещенными руками, глядя на меня. Я видел красный огонек сигареты; это, может быть, даже была сигара.

Я греб минут двадцать, и потом, когда уже скрылся из вида, когда я уже больше не мог разглядеть Раймонда, когда береговая линия превратилась в кучку сияющих огоньков, я вытащил бутылочку из кармана. Я думал: течение отнесет меня отсюда. И тут я вспомнил про водку. Я оставил ее в номере. Мгновение я сидел неподвижно. Только не это, только не это. Я насыпал горсть пилюль в ладонь, а потом в рот, несколько ускользнули, словно жуки, но я проглотил большую часть. Зачерпнул пригоршню морской воды и вылил ее себе в рот. Это было не очень приятно, но терпимо. Потом я проглотил еще пригоршню пилюль, еще горсть воды и забросил в глотку остальные. Мне пришлось сидеть очень ровно, чтобы убедиться, что меня не стошнит.

Потом я огляделся. Казалось, само небо распахнулось для меня. Было слышно, как море плещет о борт каноэ. Я почувствовал, что меня клонит в сон, я слышал плеск рыбы, несколько раз от патио отеля доносило обрывки музыки, прямо по воде. Пожилая пара танцевала в патио, официант уже закрывал заведение, убирая бутылки из бара.

Quand il me prend dans ses bras
Il me parle tout bas,
Je vois la vie en rose…[15]

Я лег на дно лодки, звезды все мерцали, мерцали и мерцали. Я сделал глубокий вдох. Я чувствовал, как все в моем теле замедляется; как хорошо было здесь, на воде, как обнадеживающе. Я закрыл глаза, и через некоторое время мои мысли, словно люди, которые неподвижно лежат на полу, неожиданно поднялись и двинулись собственным путем. Я видел маму в красном шарфе, и моего дантиста, и бедного Джонни Беста, жившего через улицу. Они наклонились над каноэ, глядя на меня. Кто-то прошептал: «Сжимайте его, ребята, сжимайте». Я видел моего босса и полицейского, которого не узнал. Там была женщина из банка с волосами, заправленными за уши.

Смущенные улыбки, незнакомцы плечом к плечу с незнакомцами. Вот учитель, который был у меня на пятом курсе. «Это вселенная, Роман, — говорит он, — и существует четыре уровня человеческого опыта». Здесь и тот ребенок, который плакал сегодня в самолете, и тетушка Мини, которая умерла во сне; даже тот ординатор, с которым у меня была стычка много лет назад. Все сгрудились вместе. И Джессика Зиппин, благодарение Богу, что ты пришла, никаких плохих чувств, Джессика, снимающая заколку с волос и свободно встряхивающая ими. «Так я намного интереснее», — говорит она.

Их прибывает все больше, некоторые запоздали, лучше поздно, чем никогда, девушка в индийской рубахе (я могу найти место для нее), мой лагерный инструктор — бог мой, как много людей составляют жизнь. О, посмотрите, вот и Саймон, когда он был еще малышом, посмотрите, как он ковыляет по газону в своем подгузнике, пухлые маленькие ручки. Моя мать мягко раскачивает каноэ: Звездный свет, звездный свет, первой звездочки все нет. Я чувствую, как лодка медленно поворачивает в открытое море. Дрейфует, и дрейфует, и дрейфует — до самого Китая.

Глава 13

Должно быть, было уже за полдень, когда я проснулся. Каноэ наткнулось на цепочку мертвых кораллов. Парусная шлюпка качалась на волнах не больше чем в пятнадцати ярдах. Я слышал, как парус хлопает на ветру. Женщина на раскладном стуле по — махала мне с палубы; на ней была красная шляпа, надвинутая на лоб, так чтобы ее не могло сдуть ветром. Она прокричала мне что-то, похоже, это был португальский.

На дне лодки было зеленое месиво, над ним жужжали мухи; должно быть, ночью меня вырвало. Я поднял голову над бортом. Густые джунгли скользили со всех сторон. Я вышел из лодки — кораллы поцарапали мне ногу — и двинулся к отмели. Это был густой буш, очень горячий и сырой, и мне пришлось хвататься за ветви и маленькие деревца, чтобы выбраться на берег. Наконец я добрался до вершины. Белая дорога уходила вдоль острова. Я посмотрел в одну сторону, в другую — никаких машин, никаких домов. Но солнце было слишком жарким, жарким до тошноты, и я бросился в тень, упав на все четыре точки. Я лежал клубком, глаза закрыты, и представлял, что я на яхте с женщиной в красной шляпе, что она ведет меня вниз и наливает мне воды. Но каждый раз, как я протягивал руку, чтобы взять стакан, она выливала воду обратно в песок. «Одну секунду, — сказала она. — Подождем, пока остынет».

Я сказал:

— Все в порядке, правда, давайте какая есть, — но она сказала: «Подождите, еще минутку», подставляя стакан под кран.

Мне снова захотелось спать, пилюли бродили в моей крови, словно сироп. Воздух стал прохладнее. Я слышал, как остановилась машина; три голоса, все мужские, раздались прямо надо мой.

— Il est crevé, non?[16] У него это есть.

Кто-то перевернул меня на спину. Я чувствовал, как они выворачивают мои карманы. Я не открыл глаз. Они сняли мой ремень. Я лежал очень тихо, спрятавшись в своем коконе. Спрятавшись ото всего.

— Foutons-le-camp.[17]

Я слышал, как автомобиль завелся и тронулся, потом остановился, словно они на секунду задумались. Но потом они уехали.

вернуться

15

Когда он меня обнимает
И тихо говорит со мной,
Я вижу жизнь в розовом свете… (фр.)
вернуться

16

Он околел, не так ли? (фр.)

вернуться

17

Покидаем лагерь (фр.)

25
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru