Пользовательский поиск

Книга Корпорация. Содержание - 28

Кол-во голосов: 0

Были на рыбацкой точке со смешным названием Половинка, где хозяйничал единственный человек — русский, дед Сашка. Губернатора он запросто хватил по плечу костлявой рукой, разрисованной татуировками: «Здорово, тезка!»… Настино имя запоминать не стал и звал просто — женщина. Дед Сашка понравился женщине Насте чрезвычайно — простой человек, веселый, балагуристый… Хвастался приобретением — «стиральный агрегат „Волна“, рекомендую!». Стиральный агрегат оказался обычной цинковой доской, какая была у Настиной бабушки.

Дед Сашка кормил икрой и полусырой рыбой— «сугудаем», и вовсе сырой рыбой — «строганиной», и поучал москвичей, как солить икру. «Милый какой дедушка!» — похвалила Настя, когда отправились они дальше. «Милый, — согласился Денисов, — Наколки видела?… Тринадцать лет отсидел… за особо зверское убийство жены и тещи…»

Были в поселке, где достраивалась новая больница. Старая больница стояла в сорока метрах от стройки и потрясла Настю до глубины души: ни одной ванной, никакого водопровода, а в туалетах — просто дыры в земляном полу…

«Господи, как же живут здесь люди… — шептала Настя, — Чем живут?… Для чего?… Неужели и так можно?…»

— Можно! — ответил Денисов, — Ты знаешь, я когда стал интересоваться, понял — сами мы им все тут испортили… Жили себе люди — простые, честные, открытые, как дети… добрые очень… Охотились, рыбачили, разводили оленей. Сказки сочиняли, блин… Очень трогательные сказки — у меня книжка есть, я тебе подарю… А потом пришел белый человек — и давай внедрять цивилизацию. И какая цивилизация получилась?… Первым делом перезаразили половину народа сифилисом. Ты не представляешь себе, какой тут процент венерических заболеваний, волосы дыбом!… Старую веру потеряли, новой не приняли, а закон в этой глуши никому не писан — вот и остались без этих, как их… нравственных ориентиров… Родной язык забыли, а на русском говорят так, что и не разберешь сразу… На собаках им теперь ездить западло, им теперь «Бураны» подавай, а заработать на «Буран» не могут… Привыкли, что им как малым коренным народам русские по гроб жизни обязаны — вот и ждут дармовщины… А что сделаешь?… Сами виноваты, сами развратили «цивилизацией» своей…

…А водку в Серегино все-таки нашли. Два десятка ящиков. Денисов велел запереть ящики в особую комнату и дверь опечатать. Женщина в болонье, оказавшаяся завмагом, рыдала: «Да как же так, Александр Михалыч?… А как хозяева приедут? С меня ж взыщут, она ж денег стоит…» «А ты вали все на меня, — посоветовал губернатор, — Мне не стыдно. Если надо хозяевам — пусть ко мне идут разбираться…»

— ГСМ все пришли?… — спрашивал он у председателя поселка, белого человека с навеки испуганными глазами.

— Все, все, — бормотал человек, — Все по плану, все вовремя Александр Михайлович, дай вам бог здоровья…

— А то взяли моду, — разъяснял губернатор Малышеву, — Предшественник мой… Телится с закупкой топлива до середины лета, потом в августе только оно в Снежнинский порт приходит, а пока перегрузка, пока баржи до малых рек дойдут, чтобы по поселкам развезти — тут-то малые реки и встанут!… Четыре года подряд в сентябре баржи в лед вмерзали — эмчеэсников же вызывали, чтоб команду спасать!… А топливо на борту?… Бросишь его — баржу льдом раздавит, нефти полная река… Приходилось воздухом вывозить. Ты представляешь, во сколько это топливо обходилось?…

— А в этом году как? — поинтересовалась Настя, поймавшая уже одну из губернаторских слабинок — любил губернатор прихвастнуть.

— А в этом году доставили еще по большой воде!… — не вполне понятно ответил Денисов, — Купить пришлось чуть подороже, но с учетом отсутствия чрезвычайных ситуаций экономия налицо — в полтора раза дешевле, чем в прошлую навигацию…

— Сашка… — не выдержал наконец Малышев, — Смотрю на тебя — и просто офигиваю… Финансист… промышленник… полжизни за бугром провел… Сашка, ты диктовал рынку свои условия, ты с какими акулами западными на равных был!… А сейчас что?… Неужели тебе все это интересно?… Неужели не жалеешь, что ушел из бизнеса?…

В ответ Денисов хмыкнул и посмотрел на Малышева фальшиво-грустными глазами, где плясали, кривляясь, зеленые черти:

— А это тебе чем не бизнес?… Есть база — дорогостоящие недра, в которых помимо металлов, есть все, что душе угодно — от соли и угля до нефти и алмазов… Есть балласт — четыреста тысяч голодных спившихся людей… Есть цель: не сбрасывая балласт, заставить всю эту неповоротливую махину работать… Вот погоди, я еще здесь нефтедобычу открою… На кой черт сюда топливо возить, если оно в земле, рядом — только руку протяни?… — Денисов вздохнул, — Округ… Никакая это не политика, Серега, сам видишь. Это тоже — бизнес. Ну, экзотичный немного… но принципы те же. А что экзотика такая — так это ж даже интересно!…

… За гулом винтов едва различались слова. Дремала Настя, склонив на малышевское плечо голову.

Завтра они вернутся в Москву — все еще листвяную, золотую, багряную, сверкающую витринами, сияющую куполами… За десять дней, проведенных в Снежном, Малышев успел сделать все, что запланировал. Провел переговоры с профсоюзниками, заключив с Пупковым пакт о ненападении. Бестолочь Пупков неожиданно оказался человеком удивительно хватким, стоило лишь новому директору намекнуть, что, мол, скоро будут верстаться планы на будущий год… и вот, мол, хорошо бы найти толкового и обязательного поставщика спецодежды… С той минуты смотрел Пупков на Малышева преданными собачьими глазами.

Униженный и оскорбленный Алеша Симкин воспрял при Малышеве духом, получив статус первого зама. Теперь Малышев мог быть спокоен за финансы компании — облеченный новыми полномочиями Симкин, от природы, честно говоря, несколько жадноватый, скорее умрет, чем даст хоть копейку, принадлежащую СГК, пустить на ветер

С Немченко же у Малышева состоялся неожиданный для самого Малышева разговор, после которого оба они посмотрели друг на друга совсем другими глазами. Фюрер внезапно полюбил нахального москаля едва не отческой любовью, Малышев же обнаружил в первом заме по производству, помимо легендарной упертости и кондового консерватизма, массу качеств полезных и нужных — крестьянскую сметку и хитрость, например, позволявшую при минимуме средств добиваться максимума результатов.

Словом, с кадрами ситуация налаживалась… Осталось только найти того, кем заменить генерального сбытовика компании. Ибо экспортер компании, «Snowmet», созданный и возглавлявшийся гениальным Березниковым, остался без хозяина — талантливый консультант и великий знаток рынка Юрий Березников скончался в реанимационной палате Центральной кремлевской больницы 15 сентября 2000 года в четыре часа пополудни. Скончался тихо, без мук — просто остановилось сердце.

28

25 сентября 2000 года, понедельник. Москва.

Ладонь врага была теплой, сухой и крепкой.

Они пожали друг другу руки, расселись по обе стороны небольшого стола. Фрайман вытянул руки, поддернул твердые белоснежные манжеты. Старцев выложил на стол сигареты и закурил.

Кроме них, никого не было в комнате.

— Итак, ваше предложение, Олег Андреевич, — сказал Фрайман.

— Мое предложение, — сказал Старцев, — весьма незатейливое. Мы пересмотрели свои активы. Подготовили план перспективного развития на ближайшие годы. И пришли к выводу, что есть смысл сосредоточиться на нескольких основных отраслях и избавиться от тех активов, которые нам не по профилю.

— Разумно, — вежливо улыбнулся Фрайман.

Если и вертелся у него на языке вопрос, по лицу это было не определить. Лицо глядело доброжелательно и терпеливо.

— И мне, Борис Анатольевич, пришло в голову, — продолжал Старцев, — что кое-что из того, что мы намереваемся выставить на торги, может вас заинтересовать.

Фрайман понимающе наклонил голову.

— Мы могли бы просто объявить о продаже, но я предпочел обратиться напрямую к вам — как к человеку, с которым у нас есть некоторые… э-э-э… общие интересы.

83
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru