Пользовательский поиск

Книга Корпорация. Содержание - 4

Кол-во голосов: 0

— Он, как будто, завел себе такую ниточку жемчуга, — ковырнув в тарелке, Денисов хихикнул, — Как появится у него новая баба, он на ниточку — бац! — и еще одну бусину натянет. Еще баба — еще бусина…

— И длинные бусы получились?… — полюбопытствовал Старцев.

— Говорят, метра полтора, — сообщил Денисов и с невинным видом заметил, — Нашему Сереге как раз на полгода жизни…

— Гнусный завистник, — резюмировал Малышев, поглядывая на губернатора Нганасанского округа с улыбкой снисходительной и, что там греха таить, довольной.

Старцев же, хоть и улыбался тоже, но головой покачал неодобрительно:

— Ох, Серега… Когда ж ты шляться перестанешь?… Это вот, — он кивнул в сторону брошенного на столе журнала, — мелочи… Встрянешь когда-нибудь по-крупному — будешь знать…

— Брось! — отмахнулся Малышев, — Для «по-крупному» у нас Шевелев имеется. А то я не знаю, что он о каждой моей бабе досье собирает!… Наклюнутся проблемы — он предупредит…

— В этот раз, как видишь, предупредить не успел, — Старцев снова кивнул в сторону «Лиц Столицы», — И я, честно говоря, вообще не понимаю, что это за кайф — каждый день новую девку в постель тащить… Женщину распробовать нужно… ну… вот, как вино… — он повертел в пальцах бокал, — Процесс узнавания — это и есть самое интересное…

— Точно!… — поддержал старшего Денисов, — Узнавание — это кайф… Весь первый вечер узнаешь — и балдеешь. А на следующий день узнавать уже нечего…

И они с Малышевым рассмеялись.

— Ладно вам из меня казанову-то делать! — отсмеявшись, вздохнул Малышев, — Ты, Олега, наверное, прав. Есть свой резон в длительных отношениях. Только мне до сих пор еще ни одна не попалась, чтобы возникло желание встретиться с ней больше пяти раз.

— Значит, не тех выбираешь, — заметил Старцев, — Если женщина становится не интересна уже на исходе первой недели, это не женщина вообще… Это, извини, тело…

— Ай!… — Малышев бросил на стол скомканную салфетку, — Тело… Тело, между прочим, тоже дело не последнее. Если не первое вообще. Тебя послушать, так надо вот такую себе найти, — и Малышев комично поправил на носу воображаемые очочки, — и беседовать с ней до конца дней о Шопенгауэре… Только мне, Олега, на хрен Шопенгауэр не нужен. Я за день устал, как собака, мне бы встряхнуться маленько — и спать. И никаких бесед. И никаких загадочных женских душ…

— Это пройдет, — усмехнулся Старцев, — Повзрослеешь, поумнеешь — пройдет… Дело-то, Сережа, не в Шопенгауэре. Дело даже не в том, чтобы было, о чем говорить. А в том, чтобы и молчать вместе было нескучно… Понимаешь?…

Судя по малышевскому взгляду, ничего Сережа не понимал. Но Старцев все же продолжил:

— И мечешься ты потому, что не нашел пока свою женщину… А не нашел потому, что не там ищешь. Эти твои… с ногами… это все не то. У них цели другие, они на тебя, как на добычу смотрят… Найдешь ту, которая будет смотреть на тебя просто как на человека, на мужика — вот тут и…

— Слушай, Олег, — вступился за друга Денисов, — Тебе вот легко так рассуждать. Мы с тобой женились, когда никем еще были. Тебе сколько было?… Двадцать три?… Мне — двадцать один, вообще студенческий брак… И девчонки на нас смотрели просто как на мужиков… А Серега уже — банкир, человек-функция, баста!… Не может он быть «просто человеком»…

— Не в этом дело! — пытался гнуть свою линию Старцев, — Не об этом я… Вот если женщина сумеет помимо этой, как ты говоришь, функции, увидеть что-то еще…

— А ты бы?… — просил вдруг Малышев, — Ты бы, вот сейчас… такой, какой ты есть… поверил бы, что в тебе видят что-то еще?… Кроме твоих возможностей?…

Слышала бы этот разговор Анна Старцева — ждала бы от мужа немедленного отречения, чего-то вроде: «Обо мне говорить нечего, я человек женатый…» И не дождалась бы, потому что Старцев, поразмыслив, сказал:

— Ну, ты, в общем, прав… в это поверить не так просто…

— Во!… — и Малышев поднял длинный палец, — А между прочим, есть такая возможность… — и глянул лукаво на Денисова.

Денисов же, давя ползущую во все стороны улыбку, застенчиво ковырял в тарелке.

— В смысле? — не понял Старцев.

— О, можно подумать, он ничего не видит! — всплеснул руками Малышев, — Олега, в жизни не поверю, что ты потерял всякий нюх и не замечаешь, как баба сходит от тебя с ума!…

— Какая баба? — нахмурился Старцев, ожидая подвоха.

— Томка! — ответил Малышев, — Железнова. Что, можно подумать, новость для тебя!…

Зря Малышев иронизировал — это была для Старцева новость. Тамара?… Железнова?… Бред!…

— Сережа, — назидательно произнес Старцев, — Тамара — наша сотрудница. Боевой товарищ. Даже — друг. Но никак не «баба»…

— Нуу… — поиграл бровями губернатор Денисов, — Это как посмотреть…

А Малышев заговорил вдруг горячо и быстро, и чем дольше он говорил, тем меньше понимал Старцев.

Выходило у Малышева, что Тамара, верный друг и безотказный соратник, будто бы была влюблена в Старцева с первого дня, как переступила порог будущей империи «Росинтера». Будто бы все доказательства были налицо — и краснела от вскользь брошенных им дежурных комплиментов, и вздрагивала, когда он невзначай касался унизанной серебряными перстнями руки, и на совещаниях смотрела на него долгими мечтательными взглядами…

— Да не верю я, что ты этого не видишь! — изумлялся Малышев, — Ты чего, Олега?…

Старцеву вдруг припомнился недавний с Тамарой разговор. Полчаса втолковывал ей что-то, она слушала, кивала — и не услышала ничего. И взгляд у нее был какой-то… в самом деле, странный какой-то взгляд… и вообще…

Он поборол наваждение.

— Фигню какую-то говоришь! — сердито заявил он младшему товарищу, — Во-первых, никак это не могло столько лет продолжаться. Во-вторых, не может быть, чтобы я этого не заметил…

— Олег Андреевич, — елейным голосом пропел Денисов, — О том и речь!… Вы говорите, что надо Сереге найти ба… женщину, которая в нем, помимо функции человека увидит, мущщину… — выговаривая вкусное слово, он вытянул трубочкой губы, — А сами?… — у, какой ехидный был у Денисова взгляд! — А сами не видите. Вдолбили себе, что Железнова боевой товарищ, а ведь она…

— Так, — рассердился Старцев окончательно, — Сводничеством занялись?… Все, закрыли тему!… Давай-ка, Сережа, расскажи лучше, как сегодняшнее Правление прошло…

Сережа плечами пожал и стал рассказывать. Старцев внимательно слушал. А Денисов не менее внимательно смотрел на серьезно кивающего Старцева и видел совершенно ясно: мысли озадаченного президента «Росинтера» в эти минуты были от проблемы реструктуризации банка бесконечно далеки…

4

6 июня 2000 года, вторник. Москва.

Вот спасибо дорогому другу, вот уважил!… Малышев с остервенением затягивал на шее узел галстука — и узел выходил возмутительно кривой. Черт, ну, до чего ж не хочется ехать туда!…

Когда неделю назад Старцев, сославшись на необходимость присутствия в какой-то «рабочей группе» при Правительстве, упросил Сергея заменить его на ежегодном благотворительном мероприятии, Малышев поморщился, но согласился. Он не ходил на подобные встречи, где столько было вокруг чужих и ненужных людей, и Старцев это, конечно, знал. Но тут ситуация была особенная: на сегодня назначено было вручение ежегодных грантов «Росинтера» молодым ученым, один из лучших благотворительных проектов Корпорации, организованный, к тому же, совместно с Министерством науки и технологий, и там министр будет, и обязательно должен быть кто-то из первых лиц «Росинтера».

И вот вместо того, чтобы явиться в свой уютный и обжитой кабинет в топ-этаже Центрального офиса, в кабинет, надежно отгороженный от чужих и ненужных, Малышев вынужден был тащиться в Миннауки, чтобы там, на глазах у восхищенной публики, произносить торжественные речи и дрессированным пуделем подавать лапку…

По обе стороны просторного зала, который успел беглым взглядом окинуть Малышев, тянулись бесконечно длинные столы. Из-за стола левого немедленно защелкали фотоаппараты и засверкали вспышки — там окопалась пресса. Справа же сидела совершенно несуразная какая-то публика, которую Малышев, мгновенно ослепший от блицев, не сразу и разглядел — надо понимать, лауреаты…

26
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru