Пользовательский поиск

Книга Корабль отстоя. Содержание - ДЕНЬГИ

Кол-во голосов: 0

Не знаю, сколько бы это продолжалось, если б американец опять не сбросил ход и на чистом русском языке не сказал бы на все море в мегафон: «Поражен вашей наглостью! Как расходиться будем?»

«Никак! – ответил старпом совершенно без мегафона. – Я ещё должен в тебе дырку просверлить!»

После этого разговор пошел такой: «Эй, капитан, тебя как зовут?» – «А тебя?» – «Меня – Джонни. Я из Бостона». – «А я из Мещеры. А как зовут меня – не важно». – «Не слышал про такой русский город». – «Это не город. Это – лес». – «А-а… тогда понятно». – «А ты где язык учил?» – «Бабушка из России». – «Чего тебе здесь надо, Джонни с русской бабушкой?» – «Меня послали немного на вас отработаться». – «А меня послали немного отработаться на вас». – «Может, завяжем это дело?» – «Ну, давай, завяжем».

И завязали.

Потом у старпома начальство долго спрашивало: о чем же, собственно, шла у них речь, на что старпом неизменно отвечал: «О социальном происхождении!»

КОМИССИЯ

Комиссия прибыла. По разоружению.

Одни американцы, за исключением парочки скандинавов.

Ходят, бродят по базе, и наши начальники рядом семенят. Будто дети малые.

И в рот заглядывают – тьфу!

Старпом, как все это увидел, так и плюнул себе под ноги – длинным, категоричным плевком.

А зам в штаб умчался на разведку обстановки.

Потом прилетел – уже разведал.

– Комиссия оценивает состояние нашей техники и определяет необходимые объемы предстоящих сокращений.

– Здорово, Сергеич, как по писанному. Неужели ты их документы посмотрел?

– Это нам начальник штаба сообщил.

– А-а… ну, да! Как же я запамятовал! Наш начальник штаба флотилии с удивительной легкостью запоминает фразы потрясающей длины. Сейчас они ему определят… необходимые объемы.

– Андрей Антоныч! Ну, почему во всем надо видеть только плохое?

– А я во всем теперь вижу только хорошее! Прибывает мой любимый враг и оценивает мою боеготовность. Есть от чего впасть в восторг.

– Между прочим, официально они нам уже не враги.

– Конечно! Они нам теперь враги неофициально.

– Андрей Антоныч! В мире накоплено столько оружия, что человечество, при желании, можно было бы уничтожить несколько раз.

– Сергеич, избавь меня от, чуть не сказал, куриных испражнений! То есть от тривиальности. Я тебя просто прошу. Ради Христа! Только не надо мне тут! Пожалей, колом мать!

– Ну, а что такого?

– Ничего такого! Я за человечество и его спасение. Только спасение всего человечества почему-то принято начинать с нас. Мы должны раздеться, даже если нас о том не просят, а потом по попке нам кто хочешь надает. Чудненько! Я все понял. Надеюсь, наше корыто их никак не интересует? Их, конечно же, интересуют «Акулы»!

– Как вы догадались?

Старпом даже задохнулся.

– Догадались?!! Об этом не надо догадываться! Остались самые боеспособные лодки! И те скоро от бескормицы сдохнут! Вы там ближе! К начальству! Дорогой наш зам! Вот и скажите ему! Что вооружение зависит от стоящих задач! Если задача стоит украсть поболее, то это одно вооружение. Если кредиты надо поиметь, то это другое вооружение! Если надо эти кредиты спиздить, и с народа потом содрать – это третье вооружение! А если надо спиздить, содрать и не отдавать – это четвертое вооружение! НУ, И! КАКОЕ! БУДЕМ! СОКРАЩАТЬ? А? ЧТО? ЕЩЕ НЕ РЕШИЛИ?!!

Разговор происходил на торце пирса. Старпом гремел на всю округу, а комиссия по разоружению как раз двигалась вдоль береговой черты, останавливаясь перед каждым пирсом.

Старпом отгремел, и они только-только подошли к нам.

– Монинг! – сказала ему комиссия.

– Ещ-щщще бы! – сказал старпом, повернулся к ним задницей и пошёл на лодку.

ДЕНЬГИ

Значит так: пять месяцев денег не дают.

То есть, решили офицерам увеличить денежное довольствие в три раза.

И увеличили.

Теперь – не дают.

А в финчасть просто так не пробраться, у них там вахтенный с автоматом. Но от нашего старпома это не спасает, поэтому они просто дверь запирают на ключ.

Дверь хорошая, железная, не сломаешь, не взорвешь.

Сначала все друг у друга деньги занимали, а потом старпом вот что придумал:

– Лето же на дворе. В сопках – ягода, в реках – рыба, скоро грибы. Пошлем народ на заготовки. Свободных от вахт, подсменных, всех туда. Сам покажу, как рыбу ловить и солить.

И стали мы делать заготовки – ягода, рыба, грибы. Экипаж носит, жены перерабатывают, потом все делим.

И всё бы хорошо, пока не напоролись на адмиральское озеро.

Случилось это утром. В ночное ушла бригада вместе со старпомом на озеро Дальнее, утром они к нему вышли и – одни ягоду косят, другие рыбу носят.

Вдруг бежит им навстречу мичман и матрос. Подбегают, запыхались:

– Здесь… ловить нель… зя!.. Нель… зя-я-я… з-здесь…

– А что так? – насторожился старпом.

– Это о-озеро ад-ми-ральское.

– Какое?!!

– Адмиральское. Здесь командующий запретил всем ловить. Его озеро.

– Значит землю, воду и леса поделили… и остались небеса?

На старпома стало страшно смотреть. Он покраснел как рак, глаза вылупил, губы надул – сейчас сожрёт. Сторожа адмиральского озера – мичман и матрос это как-то без слов поняли.

– Мы же не виноваты!

–!!!!

– Нам приказали!

–!!!!

И тут старпом лицом подобрел. Старпом у нас добреет, если он что-нибудь придумывает.

– Я вам алиби придумал.

– Какое… алиби?..

– А вот, – и достает старпом из кармана веревку. Через минуту они уже были связаны. Попарно. И была их – ровно одна пара.

Потом они были отправлены к командующему со словами «и скажите, что на вас напал одичавший старпом с «К-193».

Вечером все ждали расплаты и вяло пили чай. Один старпом был безмятежен.

Зам все вскакивал и бегал к себе в каюту.

– Сергеич! – не выдержал старпом его очередного вскакивания. – Ты, чего, животом болеешь?

– Андрей Антоныч! Не понимаю вашего спокойствия.

– А я не понимаю чего ты покрываешься болотной сыпью до срока и из тёмных копей испускаешь трель дрозда. Чего трясёшься, как овечий выродок? Ты-то здесь причём?

– Я-то? Я-то?

– Ой! Только не надо растить в себе государственные органы! Не надо! Тебе это не к лицу. Тебе к лицу цвет розовый, здоровый! И улыбочку, не забудьте. Не гримасу на лицо, как презерватив вчерашней свежести, а улыбочку. И больше веры в будущее! В грядущее! Вот идем мы с тобой, Сергеич, в грядущем, соблюдая во всём комплементарность, и каждая тварь дрожащая нас узнает, бросается со словами благодарности, мол, только вы, Сергеич, только благодаря вам. И не надо ломать руки перед лицом вечности. Лучше ломать ноги. И лучше ломать их не себе. Вот иду я как-то…

И тут раздаётся вызов «каштана»: «Кают-компания! Старпом есть?» – «Есть!» – «Товарищ капитан второго ранга, вас к телефону!» – «Ну!»

Зам лицом сделался беспокойный. Старпом усмехнулся.

– Воды выпей! И вот ещё что…

– Что?..

– И глубоко вздохни.

Через минуту старпом вернулся.

– Так! – бросил он, входя. – Роды прошли успешно, чудовище вылупилось. Значит, так! За глумление над мичманом и матросом мне объявлено лично командующим трое суток ареста с содержанием на губе. Для старших офицеров она только в Североморске. Там у меня приятель служит. Забубенько Сергей Олегович. Саня, завтра же отвезёшь туда мой продаттестат. Я ему ещё записочку напишу. Потом поеду я. Лягу там на дно суток на трое.

Так и сделали. Старпом съездил и отсидел.

Когда он появился, немедленно назначена была новая экспедиция на озеро Дальнее.

– Саня! – подозвал он меня, как только они опять собрались. – Подозреваю, что сторожей там стало значительно больше. Найди-ка мне веровочек, но так, чтоб на целый взвод хватило.

И я нашёл ему «веровочек».

25
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru