Пользовательский поиск

Книга Корабль отстоя. Содержание - ЛЕЙТЕНАНТ

Кол-во голосов: 0

И спросил тогда Антоньевич по-отечески сурово, из какого же они экипажа и что за задача перед ними поставлена. Оказалось, что они с экипажа «сто двадцатой», и посланы они в штаб чтоб ловить, а кого ловить им не сказали, сказали, чтоб всех.

«Ах, вы суки бестолковые, – говорит им ласково, со снисхожденьицем, Антоньевич и, воодушевленный тем, что, мол, только он один работает, приглашает за собой, – ну-ка все за мной!»

Делать нечего, все двигают в штаб, мимо вооруженных до зубов штабных и по лестнице, наверх, в кабинет.

И только они приходят в кабинет, как один морячок из этой банды, вовсе и не мичман даже, представляется капитан-лейтенантом и старшим всей группы, потом он заявляет адмиралу, что все они и есть те самые диверсанты, о чем вот у них документ, и перед ними стояла задача без крови войти в штаб, что они и сделали с помощью впереди стоящего адмирала, за что ему большой привет.

Потом они вяжут Казимир Антоньича, делают из него волчью сыть, травяной мешок, а потом один из них стреляет из арбалета, вынутого из ноги, через окно в скалу над штабом, после чего, совершенно без волнения, они налаживают канатную дорогу, по которой первым поехал мешкообразный начальник штаба, а затем и они все выбрались на волю абсолютно не спеша.

После чего учению объявили конец, а наш старпом от расстройства заплевал все волны.

История со стороны старпома:

– Внимание личного состава! Сегодня состоится учение ПДСС – «противодействие диверсионным силам и средствам», если кто помнит. Наконец! Впервые! За столько лет! Нами заинтересовались диверсанты! И мы не должны это упустить! Модест Аристахович! Освободите пару извилин от своего электричества и встаньте с автоматом на корне пирса. В приближающуюся незнакомую рожу разрешаю стрелять с колена. Эти диверсанты должны знать, что это не только их праздник, но и наш. Надо обеспечить им радость их собственного существования. Жизнь в промежутках между очередями радость и есть. Патронов не жалеть. Тут им не просто так! Хвосты козлам крутить! Тут подводные лодки, елкин корень! Одного вахтенного в корму, у кромки воды, в район руля. Бдить! И чтоб я это видел! Любые посторонние шероховатости водной глади должны немедленно отстреливаться. Я научу и вас и противника ценить восход солнца!

После того, как все выставлены:

– Саня! Ты у нас химик, помощник, дежурный и вообще! Не забывай! Твое место на мостике и с матюгальником, через который ты и должен руководить всей этой ерундой. Есть радисты тебе сейчас же не наладят связь, то я их раздавлю, как прыщ на флотской жопе!

Через час:

– Где же они?!

– Кто, Андрей Антоныч?

– Диверсанты, конечно! «Кто»? Бенджамин в пальто!

Еще через час:

– Не видать?

После того, как стало ясно, что из начштаба флотилии сделали куколку бабочки-могильницы, пристегнули её к транспортеру и отпиздячили на скалу:

– Коблядь!!!

Интересно, что это за такое? Может, это жена кобеля?

– Надо было и мне родиться полным идиотом! Тогда бы я точно был адмиралом и начальником штаба! Старый дуралей! Решил себя попробовать на канатном поприще! Лучше б штабом своим пропитым руководил! Увидел матросиков курящих и впал в патрульное детство. А они его воспитали. В любви к переодеванию в мешок! А я, как дурак, на полном серьезе оборону корабля развернул. Обрадовался, что вернулись времена. А им, оказывается, не лодки были нужны, а этот штабной придурок! Запомни, Саня, в России бесполезно захватывать штаб – это вам не Германия. Здесь штаб ничего не решает. Это он когда вениками в поселке метем – штаб, а как война, то у нас все воюют сами по себе! Без штаба! И остановить это невозможно. Все автономны.

И потому непобедимы. Нет, ты прикинь, он на них бросился, потому что они стояли и курили. Он бы ещё за мусор их прихватил. Или за подстрижку! Пойду! Пойду немедленно напьюсь, как свинья! И этот дурак командует штабом флотилии? Предлагаю упразднить этот штаб! Он НА ХЕР НИКОМУ НЕ НУЖЕН!!! Немедленно сократить все их штабные должности! Всех под жопу на пенсию! Окурки собирать! РАСПЛОДИЛИ!!! СТРАДАЛЬЦЕВ!!! ОНИ ТЕПЕРЬ НАСЧЕТ РОДИНЫ ТУЧНО СТРАДАЮТ!!!

После этого старпом начал плевать в волны.

Долго.

ЛЕЙТЕНАНТ

Случилось чудо – к нам на отстой назначили молодого лейтенанта. Старпом от этой новости даже привстал.

– Не понял, кого к нам назначили?

– Лейтенанта, Андрей Антоныч, после училища. Штурмана. Командира группы. Теперь у нашего штурмана будет маленький штурманёнок.

– Давай его сюда.

И вот входит в кают-компанию молодой лейтенант. Давно я не видел такого сияния. На лейтенанте, естественно, парадная форма и он при кортике.

Старпом даже встал и принял рапорт. Потом старпом сел.

– Как, говоришь, ещё раз, твоя фамилия?

– Лейтенант Петров!

– А имя-отчество?

– Леонид Аркадьевич!

– Значит, лейтенант Петров Леонид Аркадьевич?

– Так точно!

Помолчали. Старпом приходил в себя. Потом он пришёл в себя.

– Дождались. Лейтенант на флот пошёл. Это всё равно, что в Волге снова завелись раки. Значит, жизнь продолжается? А, лейтенант? Да-а-а… жизнь не остановить. Это как гниение. Его же тоже не остановить. Собственно, гниение и есть жизнь. Как считаете, Леонид Аркадьевич?

– Я не знаю…

– Это ничего. Сейчас тебе чего-то не знать не стыдно. Уже года три-четыре у нас лейтенант только до отдела кадров флота в лучшем случае доходит. Там он, рыдая, сусло по щекам, вспоминает маму и увольняется в запас. А ты знаешь, что у нас корабль отстоя?

– Но это же не навсегда?..

– Не навсегда… наверное, не навсегда… хотелось бы не навсегда… – старпом смотрит сквозь лейтенанта вдаль.

И тут вдруг лейтенант говорит:

– А вы меня не помните, товарищ капитан второго ранга?

Старпом произвел над собой некое усилие.

– Я же сын Петрова. Штурмана. Вы с ним лейтенантами начинали. Вы и дома у нас были, только мне тогда лет пять было.

– А-а… Петрова… – старпом не помнит, конечно, но глаза воспоминаниями, на всякий случай, туманит, – конечно…

– Мне отец сказал: «Андрей Антоныч из тебя человека сделает».

Старпом теплеет взором и обращается ко мне:

– Так! Хорошо! Поставить лейтенанта на все виды довольствия. Определиться с ночевкой, выдать зачетный лист. Кто сегодня по кораблю? Вот! И лейтенанта к себе возьмешь. Дублером. Одновременно будет устройство учить. Вопросы ко мне? Нет вопросов! Леонид Аркадьевич, не оставите ли нас с помощником командира наедине?

Когда лейтенант вышел, старпом мне сказал:

– Саня, потомственным бывает только сифилис. Настоящий офицер куется другим куем. Мой папа тоже считал, что если я с пятнадцати лет хожу с ним на медведя и кабана, то буду хорошим лесником. Папа переживает об этом до сих пор. Лейтенанта не жалеть. Жизнь полная лишений и чувств должна быть ему организована незамедлительно. Прямо с порога. Так сказать «по знакомству». Изумление он должен испытывать от нее ежечасно. Устройство корабля будет сдавать лично мне. Через год он от нас сбежит. Могу поспорить. Начинаем отсчет: 9.30 утра 2 сентября 1990 года. Время пошло.

– А если не сбежит?

– Тогда я съем свою пилотку. При всех.

На том и порешили.

Лейтенанта гоняли целый год. Безжалостно. Он стал лучшим штурманенком дивизии. В основном он в море пропадал, потому что старпом умудрялся прикомандировывать его на все корабли, выходящие в эту сторону.

Приходил – окунался в наше дерьмо.

Старпом будто специально его мордовал. Через год лейтенант не сбежал. Ровно 2 сентября 1991 года, в 9.30 утра я подошел к старпому.

21
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru