Пользовательский поиск

Книга Кокаиновые ночи. Содержание - 25 Карнавал

Кол-во голосов: 0

– Кроуфорд, нам пора. Я хочу вернуться в Эстрелья-де-Мар…

– Уже насмотрелись?

– Я хотел бы услышать эту вашу теннисную машину и смех подвыпивших женщин. Хочу снова услышать голос миссис Шенд, отчитывающей официантов в клубе «Наутико». Если она вложит деньги в Костасоль, то уж точно разорится.

– Возможно. Заглянем на минуту в спортклуб. Брошенный, но кто знает, вдруг его удастся во что-нибудь превратить.

Мы проехали мимо портового района и свернули к переднему двору спортклуба. У входа стояла всего одна машина, но в пустом здании, похоже, никого не было. Мы вышли из «порше» и обошли вокруг пустого бассейна, разглядывая его наклонное дно, подставляющее солнцу покрытую пылью керамическую плитку. У сточного отверстия валялись заколки для волос и винные стаканы, словно ожидающие потока воды, который унесет их в канализацию.

Кроуфорд откинулся на спинку стула возле бара на открытом воздухе, наблюдая, как я покачиваюсь, стоя на упругом трамплине. Красивый и приветливый, он окидывал меня благосклонным, но немного лукавым взглядом, словно младший офицер, подбирающий новобранца для какой-то щепетильной миссии.

– Итак, Чарльз…– заговорил он, когда я сел рядом с ним возле бара.– Я рад, что вы съездили сюда со мной. Вы только что посмотрели рекламный видеоклип, который показывают всем покупателям недвижимости в Костасоль. Впечатляет?

– Еще как. Господи, как здесь странно. Но все равно многие, кто сюда приезжают, могут и не заметить ничего необычного. Кроме этого бассейна и тех пустых магазинов, все поддерживается в прекрасном состоянии, здесь отличная система безопасности, никаких следов граффити на стенах. Для большинства людей это воплощение идеи рая. Что произошло?

– Ничего. – Кроуфорд наклонился ко мне и заговорил совсем тихо, словно не хотел нарушать тишину. – Сюда переехали две с половиной тысячи человек. В основном это состоятельные люди, в распоряжении которых теперь сколько угодно времени, чтобы заняться тем, о чем они мечтали в Лондоне, Манчестере и Эдинбурге. Есть время для бриджа и тенниса, для кулинарных курсов, для флористики. Время заводить любовные интрижки, возиться с парусными лодками, изучать испанский, играть на токийском фондовом рынке. Они распродают все и покупают дома своей мечты, переезжают со всем своим добром на Коста-дель-Соль. И что тогда происходит? Раз – и мечта рассеивается как дым. Почему?

– Может, они слишком стары? Или слишком ленивы? Вдруг они подсознательно стремились именно к такой летаргии?

– Едва ли. Земельные участки и виллы в Костасоль гораздо дороже, чем в Калахонде и Лос-Монтеросе. Здешние обитатели платят жирную надбавку за все эти спортивные сооружения и клубы досуга. Да и люди здесь не такие уж пожилые. Это не палата гериатрической клиники. Большинству из них нет и пятидесяти. Они рано ушли в отставку, перевели в наличные свои опционы или, продав доли в бизнесе, извлекли максимум из большого выходного пособия. Комплекс Костасоль – это не Сансет-Сити, штат Аризона.

– Я там бывал. Вообще-то это оживленное место. Семидесятилетние старички могут быть резвыми хоть куда.

– Резвые…

Кроуфорд устало прижал ладонь ко лбу, вглядываясь в безмолвные виллы, окружавшие площадь, с балконами под низко опущенными навесами – царство Летаргического сна. У меня на языке вертелось еще одно хлесткое замечание, но я чувствовал, что его искренне беспокоят обитатели Костасоль. Он напоминал мне молодого офицера на службе британской империи, столкнувшегося в какой-нибудь новой колонии с богатым, но вялым и апатичным племенем, которое по необъяснимым причинам отказывается покидать свои хижины. Повязка у него на руке немного кровоточила и запачкала рукав рубашки, но он явно утратил интерес к собственной персоне, движимый рвением, которое казалось таким неуместным в этом мире джакузи и глубоких бассейнов.

– Кроуфорд…– заговорил я, пытаясь успокоить его. – Какое вам дело? Если они хотят дремать весь остаток жизни перед не издающим ни звука телевизором, пусть себе…

– Нет…– Кроуфорд сделал паузу, а затем схватил меня за руку. – Есть дело. Чарльз, это та дорога, по которой идет мир. Вы видели будущее, и в нем нет места ни работе, ни игре. Костасоль медленно распространяется по всему миру. Я их порядочно навидался во Флориде и Нью-Мексико. Вам стоит побывать в Фонтенбло-Сюд под Парижем – такое же царство лени и апатии, как здесь, только в десять раз больше. Костасоль – это не дело рук какого-нибудь спятившего магната и не дурная шутка. Он тщательно спланирован, чтобы дать людям возможность хорошо пожить. А что они получили? Смерть разума…

– Нет смерти разума, Бобби. Это только Пола так говорит. В Коста-дель-Соль царит самый долгий жаркий вечер, и жители решили его проспать.

– Вы правы.

Кроуфорд сказал это мягко, словно принимая мою точку зрения. Он снял свои очки и, уставившись на неприятно ярко блестевшие в солнечном свете плитки бассейна, продолжал:

– Но я намерен разбудить их. Это моя работа, Чарльз. Я не знаю, почему взялся за нее, но я случайно набрел на способ спасти людей и возвратить их к жизни. Я испытал это на Эстрелья-де-Мар, и мой метод сработал.

– Возможно. Не уверен. Но здесь это не сработает. Эстрелья-де-Мар – реальный городок. Он существовал и до того, как появились вы с Бетти Шенд.

– Костасоль тоже реален. Слишком реален. Кроуфорд упрямо твердил свое неопределенное кредо, повторяя аргумент, который, как я догадывался, много раз встречался ему в бестселлерах, панически предрекающих конец света, и в обзорных статьях газеты «Экономист» и к которому он добавил собственные навязчивые предчувствия, домыслив прочитанное и не до конца понятое на открытом ветрам балконе своей квартиры.

– Облик городов меняется, – говорил он. – Город с открытой планировкой навсегда ушел в прошлое. Больше нет бульваров для прогулок, пешеходных зон, «левого берега» и «латинского квартала». Мы входим в эру защитных решеток и укрепленных жилищ. Что касается живых, то ими вместо нас смогут заниматься камеры наружного наблюдения. Люди запирают двери и отключают свою нервную систему. Я могу освободить их, Чарльз. С вашей помощью. Мы можем начать здесь, в Костасоль.

– Бобби…– Я встретил взгляд его очаровательных зелено-голубых глаз, смотревших на меня одновременно с угрозой и надеждой. – Что же я могу здесь сделать? Я приехал, чтобы помочь Фрэнку.

– Я знаю, и вы уже помогли ему. А теперь помогите мне, Чарльз. Мне необходим кто-то, кто мог бы заменить меня на время и за всем приглядеть, пока меня не будет. Мне нужен кто-то, кто будет меня предостерегать, если я зайду слишком далеко. Эту роль играл Фрэнк в клубе «Наутико».

– Видите ли… Бобби, я не могу…

– Вы можете.

Кроуфорд взял меня за запястья и притянул к себе через стол. Его страстная мольба подогревалась миссионерским рвением, терзавшим его рассудок, точно видения – страдающего от малярии молодого британского офицера где-нибудь в колонии: бедняге не осталось ничего иного, как обратиться за помощью к случайно оказавшемуся рядом путешественнику.

– У нас может не получиться, но стоит попробовать. Костасоль – это тюрьма, все равно что Сарсуэлья. Мы строим тюрьмы по всему миру, но называем их роскошными жилищами. Самое удивительное в том, что все они запираются изнутри. Я могу помочь их обитателям сломать замки и снова вдохнуть воздух настоящей жизни. Подумайте, Чарльз, если это сработает, вы сможете написать книгу, которая станет предостережением всему остальному миру.

– Предостережением, которого никто не услышит. Ну и чем же я должен заниматься?

– Присмотрите за этим клубом. Бетти Шенд взяла его в аренду. В ближайшие три недели мы открываем его снова. Кто-то должен им управлять.

– Я не гожусь для этого. Вам нужен опытный менеджер. Я не умею нанимать и увольнять сотрудников, заниматься бухгалтерским учетом и заведовать рестораном.

– Вы быстро научитесь. – Уверенный в том, что уже завербовал меня, Кроуфорд пренебрежительно махнул рукой в сторону бара. – К тому же здесь нет ресторана, а наймом и увольнением будет заниматься Бетти. Да и бухгалтерией вам не придется заниматься. Дэвид Хеннесси держит все под контролем. Присоединяйтесь к нам, Чарльз. Как только у нас заработает теннисный клуб, все остальное придет само собой. Костасоль проснется для новой жизни.

50
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru