Пользовательский поиск

Книга Животная пища. Содержание - ПОСЛЕСЛОВИЕ

Кол-во голосов: 0

И все же Ослиная свадьба проходила не только в церкви, но и за ее пределами. В окрестностях Бирсталла собралось около десяти тысяч человек, а позже выяснилось, что всего свидетелей было двадцать тысяч. Так как большинство развлекалось неподалеку от церкви, всеобщее внимание сосредоточилось на таверне «Черный бык» (напомню, что в 1851-м она называлась «Голова быка», так как неподалеку была другая пивная под названием «Черный бык»). Оба заведения в тот день буквально затопило публикой. Кроме того, в «Голове быка» на время церемонии разместились тридцать два осла.

Пиво лилось рекой, и счастливые обладатели пенных кружек сразу выбегали на улицу, спасаясь от давки. Комнаты над «Головой быка» так переполнились (обычно в них проходили самые разнообразные общественные мероприятия, включая голосование), что хозяину таверны пришлось подпирать потолок, начавший трещать и заметно прогнувшийся под весом посетителей. Один остряк подметил, что такого количества народу здесь не собиралось даже в день выборов, а так как среди гуляк было и несколько избирателей, это свидетельствует о значительном политическом прогрессе.

Когда церемония подошла к концу, большая часть собравшихся напрочь забыла о свадьбе. Балом правил Бахус. Какого-то продавца скобяных товаров по имени Кершоу спустили по лестнице, и он уже подумал, что сломал шею. Затем шею вправили тремя крепкими ударами, после чего продавец как ни в чем не бывало продолжал пить. В обеих тавернах не обошлось без подобного рода потасовок.

Одна из них вошла в историю. Примерно в три часа дня, когда было выпито уже немало алкоголя, Джо Мидли из Литтлтауна увидел в траве какой-то блестящий предмет, похожий на монетку, и наклонился, чтобы его поднять. Трава эта росла прямо возле «Черного быка», где раньше проходили разные религиозные встречи, и порой на них собиралось по две-три тысячи человек, благо места достаточно и рощица неподалеку – для желающих совершить прогулку частного характера. В день Ослиной свадьбы пирующих было куда больше. В общем, Джо нагнулся, а был он человеком крупного телосложения, поэтому его зад представлял собой отличную мишень для пинка. Видимо, так же рассудил другой парень (из Клекхитона), и его ботинок отправился по назначению.

И началось. Все, кто вырос в наших местах, догадываются, что произошло потом. В западном Йоркшире, если два человека не поладили, то драки между ними не миновать. Кроме того, их обязательно станут подзадоривать все, кто стоит рядом и не прочь поразвлечься за чужой счет.

Джо Мндли поднялся на ноги и начал обычный в такой ситуации ритуал, состоящий из тычков, оскорблений и потрясания кулаками. Его противник только отмахнулся, но добавил, что если Джо хочет «поразмяться», то надо сделать все «чин чинарем». Джо не нашелся что ответить – для него драка была просто дракой, и не важно где: у бара или в лесу. Однако у литтлтаунского состава имелись другие соображения, и после жаркого спора два заклятых врага в компании десятка других молодчиков, раздетых до пояса, отправились на поле, где состоялся кулачный бой.

Поле было неподалеку и тоже использовалось для разнообразных религиозных встреч, но теперь его затопило страстями иной направленности. Люди слетались отовсюду, как мотыльки на свет. Драка даже выманила из бара всех пьющих. Говорят, свидетелей той потасовки набралось около четырех или пяти тысяч, хотя как они все смогли увидеть происходящее на поле, мне неизвестно.

Драка, надо заметить, выдалась отменная. Сперва в воздух взлетели кулаки, но потом, когда оба борца схлопотали по два-три сильных удара и на их лицах появились первые струйки крови, они стали осмотрительнее и расчетливее. Зрители, как водится, не знали, чего желать: то ли продолжения схватки, то ли крови рекой, ведь ни для кого не секрет, что когда два здоровых мужика начинают махать голыми кулаками, долго это не продлится.

Джо Мидли вышел победителем после того, как его противник «получил с лихвой». Беднягу пришлось утащить с поля боя: ноги его не держали, но он все еще пытался ударить врага. Вскоре после этого внимание общественности привлекла собственно свадьба: церемония закончилась, и кортеж готовился к торжественному возвращению домой, где ожидали другие развлечения.

Несколько тысяч гуляк, к тому времени начисто забывших о работе, последовали за кортежем в Клекхитон. Говорят, в пивную «Пила» (она находилась как раз по пути в город) набилось столько посетителей, что ее пришлось закрывать.

Наконец шествие достигло долины Спен, где в таверне «Король Георг» для гостей приготовили завтрак. Когда они подходили к Клекхитону, на шум оркестра и Веселой Гурьбы высыпало еще несколько сотен зрителей. Они потребовали, чтобы жених произнес речь. Под рев толпы Вильяма подтащили к окну на втором этаже. Рот он, конечно, открыл и даже несколько раз кивнул, но на слова его уже не хватило. Уолкер оробел перед таким количеством народа, и речь ему не удалась. Надо сказать, никто особенно не расстроился, потому что, пока он добрую минуту молчал как рыба, большая часть гостей заскучала и вернулась к распитию горячительных напитков.

Все это время Рут Уолкер сидела с поджатыми губами, которые лишь раз или два растягивались в неком подобии улыбки. Ее муж немного повеселел и от имени обоих супругов пытался выразить комитету свою благодарность, чему невольно препятствовал Торнтон – его так распирало от гордости, что он то и дело подскакивал к молодоженам и спрашивал, всем ли они довольны, хотя любому трезвому наблюдателю было ясно, что это не так.

Завтрак шел своим чередом. Через некоторое время комнату огласил стук ложек по столу – гости требовали речь. Однако, поднявшись, «капитан» не пригласил жениха, а сам пустился в разглагольствования. Он вытащил из кармана текст, что выглядело весьма угрожающе, так как там было несколько страниц. Начал с формальностей: сделал довольно неправдоподобный комплимент невесте, после чего без промедлений перешел к описанию самой свадьбы. На этом этапе его речь стала такой туманной, что даже комитет не понимал, о чем он говорит, и лишь «сержанты» со знающим видом подмигивали Торнтону. По всей видимости, они готовили очередной подарок.

– Уважаемые гости, леди и джентльмены, – сказал Абрахам, – мне очень приятно, и можете в этом не сомневаться, да, здесь не может быть никаких сомнений, с вашего позволения, вдобавок такой памятный день, и чтобы не повторяться… да, к чему уж тут повторяться, и так все ясно, день памятный, и… э-э… – Тут он глотнул портвейна. Гости опустили глаза, и даже «сержанты» смотрели на «капитана» несколько озадаченно. – В общем, так сказать… мы приготовили подарок со смыслом… под «мы» я разумею себя и моих доблестных солдат…

Сами «солдаты» начали как можно незаметней покидать зал, но один или двое так накачались бургундским, что на ходу шатались и задевали гостей.

– Итак, мы, будучи в огромном уважении, то есть с огромным уважением к вам, миссис Рут Уолкер, прелестная обитательница мясной лавки, муза и богиня румяной корочки, поэтесса свинины, воплотившая в жизнь наши самые аппетитные мечты… – (Рут закатила глаза, посмеиваясь над излияниями Торнтона.) – Мы испекли вам пирог!!!

В зале воцарилась мертвая тишина, поразившая даже Абрахама – он-то ожидал рукоплесканий или хотя бы два-три восторженных вздоха. Но гости не издали ни звука. Они сидели как громом пораженные, не в силах скрыть изумление и бросая на «капитана» испуганные взгляды. Замечу, изумление это было не из тех, что через минуту переходит в бурный восторг, а самое что ни на есть злобное и отчаянное изумление. Какая дерзость… какой нахал! И как этому негодяю не стыдно предлагать Рут Кент (в гневе все забыли, что она теперь Уолкер) пирог!!! Ведь это они, Рут и Вильям, подарили Клекхитону восхитительные пироги со свининой, а их подражатели теперь появились в Батли, Литтлтауне, Бригхаусе, Морли и вообще всюду, кроме самого Клекхитона, где никто бы просто не пошел на такую наглость. Да, это совершенно точно оскорбление, причем наигрубейшее.

39
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru