Пользовательский поиск

Книга Жертва Киднеппинга. Содержание - Глава 8

Кол-во голосов: 0

Рашид смотрел на руку Марьям, в которой был мобильник.

- Кому это ты звонила?

- В соседний бар, - беспечно ответила она. - Заказала напитки. Мои запасы кончаются, а нам ведь захочется выпить. Потом.

- О!

- Они обещали прислать мальчика.

- Прекрасно!

Естественно. Когда он налил им по стаканчику, в бутылке виски почти не оставалось. Вполне разумно заказать еще. Не то чтобы он нуждался в выпивке - один вид Марьям пьянил его.

Она медленно приблизилась и прикоснулась к нему. Рашид сказал себе: не валяй дурака, не забивай голову глупостями. Смутные опасения и даже железная логика не в силах справиться с красотой желанной женщины. И уж тем более бесполезны они сейчас, поскольку ее незабываемое лицо и тело были частью долгих лет его жизни.

Пальцы Марьям скользнули вверх по рукам Рашида и обвились вокруг его шеи. Она прижалась к нему всем телом, откинула голову назад, зажмурилась и сипло прошептала:

- Поцелуй меня. Поцелуй меня, Рашид.

Его руки легли на ее талию, под его пальцами тонкое неглиже заструилось по коже. Он сильно прижал ее к себе и с отчаянно бьющимся сердцем склонился к ее рту. Когда их губы соприкоснулись, все ее тело пришло в движение, извиваясь и корчась, словно вышло из-под ее контроля и действовало по своей собственной воле. После долгого поцелуя он поднял ее и отнес на постель. И опять не мог сдержать дрожь, наблюдая, как неглиже соскальзывает с ее плеч и струится вниз по ее телу. Поспешно раздевшись, он выключил свет.

И снова она прильнула к нему, поражая его своим неистовством, необузданностью своих ласк. Влажный жар ее губ опалил его плечо, ее зубы покусывали его кожу, ее ногти болезненно впились в его спину. Ее пальцы пробежали по его руке и плечу и остановились на щеке. Ее тело изогнулось дугой, натянувшись как струна, и тут внезапно ее ногти свирепо вонзились в его плоть и одним резким движением прорезали глубокие борозды на его щеке.

В первое мгновение, ошеломленный болью, он не мог ничего сказать или сделать. Потом быстро отшатнулся от нее, прижав руку к щеке и ощущая на ней теплую липкую влажность. Поднявшись с постели, он поспешил к своей брошенной на стул одежде и достал носовой платок.

- Ты что, Марьям! Какого хрена? Зачем... - Он замолчал, прижал платок к щеке, нащупал лампу у кровати и, включив ее, взглянул на нее. - На хрена ты это сделала?!

Еле слышным, натянутым голосом она произнесла:

- Прости меня, Рашид. О Аллах, я не знала, что творю. Поверь мне. Я очень сожалею, Рашид. Я не... Это не повторится. Ну, пожалуйста, Рашид.

Встряхнув головой, он присел на краешек постели и увидел красное пятно на подушке, оставленное его рукой. С гримасой отвращения он перевернул подушку и вытаращился на окровавленный платок в своей руке, прежде чем приложить его снова к щеке. Не говоря ни слова, он пристально смотрел на Марьям.

Она придвинулась к нему и тихо проговорила:

- Прости же меня, Рашид. Не знаю, как это случилось. Просто.., я не совладала с собой, милый. Не сердись, пожалуйста, Рашид. - Она прижалась к нему, нежно гладила его руку и продолжала шептать:

- Пожалуйста, Рашид, обними же меня, скорее.

Наконец он внял мольбам женщины и прижал ее к себе.

Позже Рашид поинтересовался:

- Что это ты притихла, Марьям?

- Я думаю. Вспоминаю, какими мы были в юности. Каспийский берег, Новханы, Шихово, Мыхово, тебя, себя... Не вообразила ли я все это?

- Вовсе нет, - улыбнулся он.

Его пальцы пробежали по правой стороне ее плоского живота к тонкому шрамику и остановились на его темной поверхности.

- Этого у тебя не было тогда. - Он ухмыльнулся. - Ты была.., безукоризненной. Безупречной Машей с целым аппендиксом.

- Глупенький, - улыбнулась она, лениво потягиваясь. - Мы стареем, Рашид. Эту отметку я получила год назад. И не смей насмехаться над моим бедным телом!

- И вовсе я не насмехаюсь, ты это прекрасно знаешь. - Взяв Марьям за подбородок, он повернул ее лицо к себе. - И ты отлично знаешь, что красива. Шайтанка! - Он не удержался от ухмылки. - Хотя сейчас ты, наверное, устала - побледнела...

- Еще бы! Ведь вся моя губная помада перекочевала на тебя!

- На тебе она несомненно выглядела лучше.

- А как же иначе! Не так-то просто ее достать. Я заказываю ее в Польше. Необычная помада для необычной женщины? - Последняя фраза прозвучала как вопрос.

- Ты необыкновенная женщина, Марьям.

- Маша... - На ее лице промелькнуло странное, несколько испуганное выражение, но тут же ее черты стали жестче и одновременно чувственнее. Она зажмурилась, потом медленно открыла глаза, выпятила губы и опять изобразила воздушный поцелуй.

Он наклонился к ней и, прежде чем поцеловал ее, увидел: ее губы увеличились до чудовищных размеров...

Уже засыпая, Рашид вяло подумал: почему это мальчик с напитками так и не появился?

Глава 8

Проснувшись утром, Рашид никак не мог сообразить, где он находится, - это часто бывает, если провел ночь в незнакомом месте. В мозгу мелькали какие-то неясные тени, но тут послышались мягкие шаги по ковру, и Рашид вспомнил, где он. Ощущение тяжести век оставалось - очевидно, поспал он не долго.

Вскоре из ванной комнаты послышалось журчание воды, ритмичное шуршание - Марьям явно чистила зубы. Что за черт? Не может же она встать так рано!

Постепенно просыпаясь, он вспоминал прошлую ночь. Они с Акпером приехали в "Хазар", он встретил Марьям, приехал сюда... Он думал о Марьям.

Красивая, неистово чувственная, переменчивая, непредсказуемая; высокая, гладкокожая, томная; уравновешенная, уверенная в себе, может, чуть жестоковатая, слишком бывалая. Такая непохожая на маленькую Нюню.

Он прервал свои размышления, пораженный тем, что в постели Марьям начал думать не о ней, а о Нюне...

* * *

В центре города, в своей квартире на улице Хагани Нюня Духина думала о Рашиде. После холодного душа она растиралась мягким голубым полотенцем. Красивый парень, думала она. Пожалуй, немного застенчив, но все равно приятный. Не гигант мысли, возможно, но достаточно находчивый. И они славно веселились, пока не появилась эта.., ведьма. Эта Марьям с ее постоянным "милый", с ее наполовину вывалившимися из платья грудями. Ведьма, окончательно решила Нюня, самая настоящая ведьма.

Ну, Рашид Гатыгов один из многих. Да и она не намерена пока ни в кого влюбляться всерьез. Ей всего-то двадцать два. Еще есть время. Но тут она нахмурилась, припомнив то раздражение, с которым наблюдала, как Рашид пялится на Марьям, и ту внезапную боль, которую она почувствовала, когда он промямлил, что уходит. Пожав плечами, она надела нарядный бежевый костюмчик, в котором решила покрасоваться сегодня в "Полумесяце". В редакции она намеревалась подбить итоги за неделю. К тому же ей просто не спалось.

Заперев дверь своей квартиры, она спустилась на улицу Хагани и зашагала в сторону "Елки Палки", чтобы выпить кофе с булочкой до начала работы.

Она бы поспешила, если бы знала, что через пять минут сам Рашид Гатыгов угостит ее лангетом...

* * *

Рашид заставил себя не думать о Нюне и спустил длинные ноги с постели. Сонный, с тяжелой головой, он быстро оделся, обнаружил, что на пиджаке отсутствует средняя пуговица, и негромко раздраженно выругался. В спальне горел свет, а на улице, заметил он, было еще темно.

Из ванной комнаты вышла Марьям - одетая, напудренная, с накрашенными губами.

- Доброе утро, красотка, - сонно приветствовал ее Рашид. - Что за фигня? Еще темно, а ты уже готова к выходу...

Она быстро проговорила странно напряженным голосом:

- Тебе пора уходить. Немедленно. Рашид тряхнул головой, пытаясь освободиться от остатков сна:

- Что за спешка? Успокойся, Марьям, и ты проживешь дольше.

- Заткнись!

12
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru