Пользовательский поиск

Книга Ибица круглые сутки. Содержание - Глава 5

Кол-во голосов: 0

— Может, да, может, нет.

— А как я узнаю?

— Услышишь, когда у тебя дома будут выбивать дверь.

Они подъехали к дому Джины, и Коннор помог занести вещи. Джина пошла в свою комнату за его вещами, там скопились его свитера, которые она надевала, уходя от него, и диски, которые она брала послушать. Коннор поставил пластинку Индии «Любовь и счастье», Джина всегда называла ее «наша пластинка».

Он пошел на кухню, мельком взглянув в окно на серую Темзу, вскипятил воду, налил две чашки чаю и вернулся в гостиную.

— Джина, я сделал тебе чай.

Джина вышла из комнаты с большим мусорным мешком, в который свалила его вещи. Коннор заметил, что она плачет. Хороший знак.

— Вот, — сказала она, протягивая мешок. — Все здесь, кроме твоего старого видеомагнитофона. Я случайно оторвала шнур, так что куплю тебе новый.

— Не говори глупостей.

Они посмотрели друг другу в глаза, лицо Джины медленно начало смягчаться. Она уткнулась головой ему в плечо, и он погладил ее по волосам, вздохнув с облегчением.

— Я очень виноват, Джина. Прости меня. Я знаю, что должен был вернуться раньше…

Джина всхлипнула и взглянула на него. Он стер слезу с ее щеки. Она улыбнулась.

— Я в порядке. Просто слишком разнервничалась.

Они поцеловались, потом Коннор сходил на кухню и принес печенье — это простое действие еще пару минут назад было невозможным. Они сели на диван, и Джина принялась прослушивать сообщения, оставленные на автоответчике.

Коннор радостно прихлебывал чай. Первое сообщение было от коллеги, предлагавшей отправиться на выставку в «Олимпию». Когда он услышал второй голос, сердце его упало. Это была очень пьяная психосучка.

— Джина. Это Крисси. Я получила твое сообщение. Почему ты не дома? Что этот ублюдок Коннор сделал на этот раз? Ты сказала, это что-то ужасное. Я никогда не понимала, почему ты с ним. Ты могла бы найти кого-нибудь гораздо лучше. Ну, раз теперь вы расстались, я хочу кое-что сказать…

Коннор с радостью бы разбил телефон о стену, но оставалась надежда, что Крисси собирается поведать не то, о чем он думает.

— Помнишь ту ночь, когда мы с ним случайно встретились? Мы долго разговаривали со стариной Коннором. Он сказал мне, что ты — как он это назвал? — не Большое Приключение. Я думаю, он просто проводит с тобой время. Не собиралась ничего рассказывать, но раз вы расстались…

Коннор никогда не видел у Джины такого страшного лица. Несколько мгновений в ее чертах наблюдалось явное сходство с братьями.

— Джина, подожди. Я съел пару таблеток, я был не в себе…

— Почему ты обсуждаешь наши отношения, причем с моей подругой?

— Я ничего не соображал, я… — Коннор понимал, как глупо это прозвучало.

Джина вскочила.

— Я знаю, почему ты так поступаешь. Потому что в следующем месяце ты получишь деньги и машину, да? Ты хочешь остаться один и разделить счастье со своими дружками. На меня тебе плевать.

— Ну что ты! Ты ведь знаешь, что это не так!

— Лжец!

— Джина, это просто глупо.

— Ты все спланировал.

— Ну зачем мне это планировать? Я всегда хотел заботиться о тебе…

— Ха! — Джина утерла нос рукавом. — Но любишь ли ты меня, Коннор?

— Джина, ты знаешь, что это слово я произношу не так легко.

— Ты даже не можешь произнести это! Коннор набрал полную грудь воздуха.

— Да, я думаю, что в некотором смысле люблю тебя.

— В некотором смысле? — Джина выпучила глаза. — Что ты хочешь этим сказать? То есть на самом деле ты в меня не влюблен?

Коннор отошел подальше.

— Уймись, Джина. Что такое любовь? Ты требуешь от меня дать определение слову, над которым бились все поэты мира. Как я могу сделать это? Я думаю о тебе и забочусь о тебе. Кто знает, что будет потом?

Джина не слушала.

— Просто скажи, что ты меня любишь. Коннор некоторое время выдерживал ее взгляд, потом уставился в пол.

— Я так и знала.

— Но это не значит…

Джина подняла мешок с его вещами и швырнула ему.

— Убирайся. Убирайся немедленно.

— Ну хорошо. Я ухожу. Только отдай мне кассету. Пожалуйста.

Джина сжала губы и молча указала на дверь. Коннор, сдавшись, поднял мешок и направился к выходу.

— Ты ничего не забыл?

На секунду ему показалось, что сейчас он повернется и увидит у нее в руках кассету. Но она держала его видеомагнитофон.

— Провод приделаешь сам, — сказала Джина и впихнула магнитофон Коннору в руки.

Глава 5

Коннору нравилось быть лучшим другом Робби Уильямса.

В клубах Робби доставалось все внимание, но это почему-то было не важно. Было, правда, немного странно, что бывшая звезда «Take That» оказалась вместе с Коннором в заштатном студенческом клубе в Нью-Кросс. И совсем непонятно, как клуб «Встреча» неожиданно превратился в стадион для американского футбола, а Коннор и Робби очутились напротив крикетных ворот, которые охраняла телезвезда Кэрол Вордерман в розовом бикини и крикетных доспехах.

Толпа орала все громче, а тем временем рукоятка биты становилась все короче, наконец Коннор смог держать ее только одной рукой. Робби Уильяме тыкал в него пальцем, хохоча вместе с остальными игроками и зрителями. Коннор отбросил биту и повернулся к вратарю. Может, купальник Кэрол Вордерман не очень подходил к наколенникам, но она, по крайней мере, знала, сколько еще мячей нужно было забить…

Коннору потребовалось тридцать секунд, чтобы вынырнуть из сна и сфокусировать взгляд на прикроватных часах. Мать его, вот это сканк. С Джиной он расстался в воскресенье, а сейчас была уже среда, и все эти дни он с ужасом ждал, что братья Серль вот-вот постучат в его дверь. Только накурившись в хлам, он мог успокоиться и заснуть, в результате ему стали сниться очень странные сны, и к тому же он не вышел на работу в понедельник и во вторник. Проснувшись, он позвонил мистеру Кингу, сказал, что у него проблемы с желудком, и пообещал, что будет сегодня после обеда.

Коннор потянулся к бутылке с водой, но там не осталось ни капли. Он накурился, выпил бутылку красного вина, и его охватила ностальгическая жалость к себе. По кровати были разбросаны старые фотографии, которые он разглядывал накануне.

Среди прочих были фотографии с Ибицы, какие-то девушки, некоторых он помнил, некоторых нет. Все эти отношения имели смысл только на Ибице, сколько раз он ни пытался встречаться со своими тамошними подругами в Англии, ничего не выходило. В этом было что-то фатальное.

Он отложил эту пачку и взял другую, с фотографиями симпатичной загорелой девушки. Мери.

Если кого-то из подруг он мог назвать родственной душой, то только ее. Ему тогда было двадцать три, он закончил университет, карьерой пока не интересовался, и мир лежал у его ног. Торопиться было некуда. Его пугало, когда кто-то из друзей сообщал, что собирается жить с девушкой или, хуже того, жениться. Коннор только качал головой и думал, что они читают слишком много журналов для взрослых.

Мери была красива естественной красотой, с длинными светлыми волосами цвета пшеницы и самыми синими глазами на свете. Она была спокойной и тихой, обладала таинственной притягательностью, которая манила к ней людей. У нее к тому же была сильная воля, и ее уважали. Коннору всегда казалось, что это связано с тем, как прямо она стоит и как высоко, гордо держит голову.

Коннор считал, что она слишком взрослая для своего возраста (хотя кто-то мог подумать, что он слишком юный для своего). Она всегда смотрела в будущее, а Коннора интересовало только настоящее. Поэтому он так смутился, когда она как-то раз предложила ему жить вместе. Это казалось ей естественным развитием событий, но Коннор тогда был уверен, что его ждет целый мир, полный разнообразных возможностей и приключений. Мери была замечательной, но время еще не пришло.

После этого разговора Мери словно потеряла к нему интерес, и их отношения пошли под откос. Вскоре Коннор отправился работать на Ибицу, и хотя еще пару месяцев они поддерживали связь, Мэри вскоре уехала из Лондона, и все закончилось.

6
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru