Пользовательский поиск

Книга Эта сука, серая мышь. Содержание - Глава 12 ИНКУБАЦИОННЫЙ ПЕРИОД

Кол-во голосов: 0

– Ну а что мне делать? – несколько поостыв, сказала Оксанка. – Пожалеть тебя? Какая ты бедненькая?

– Хотя бы… Мы теперь вообще без копейки денег остались. Еще и документы! – Я утомленно прикрыла глаза. – О-о-ох, что же я невезучая такая? Теперь, чтобы восстановить, годы потребуются. Хорошо хоть все, что касается оформления Славика, вчера в опекунском оставила. Иначе это было бы…

– Это была бы жопа! – закончила за меня Дорохова. – Прости, малыш.

Малыш сидел притихший, с сострадательным видом слушал весь разговор.

– Ладно, Польчик, не отчаивайся! – стала искать Оксанка положительные моменты. – Во всем есть свои плюсы. Документы для опекунского целы – уже хорошо. Твои документы и документы на машину, я надеюсь, подбросят. Точнее, отдадут за вознаграждение. Ну а что касается денег, так ведь деньги – грязь. Где-нибудь по сусекам обязательно заваляются.

Поскребем-поскребем, глядишь, и наскребем тебе на хлеб насущный…

И Оксанка оказалась права. Все уладилось.

Уже на следующий день мне позвонила какая-то женщина и сообщила, что нашла сумку с документами. Готова была вернуть за скромное вознаграждение, размер которого сама же и обозначила.

Три тысячи рублей! Одна-ако!

Разумеется, ни о каких деньгах, находящихся в сумке, она и понятия не имела.

Ну конечно! Небось хорошо кутнула на них со своими дружками в ресторане кавказской кухни?

Встречаться с находчивой женщиной мы ездили на пару с Оксанкой. Больше, я зареклась, никаких сомнительных рандеву в одиночку! Подруга внесла за меня сумму залога. Другую же сумму, несколько превосходящую первую по размерам, выдала на руки мне самой. Как она выразилась, на поддержание штанов.

И все бы ничего, но вечером того же дня надо мной нависла угроза выкидыша.

Я как-то не сразу обратила внимание на тянущую боль внизу живота. Потягивать начало еще вчера, после всех этих перипетий – сначала с Всеволодом, потом с кражей сумки. В общем, очередному приступу значения я не придала. Думала, так надо. Пошла, как обычно, принять душ перед сном.

Под напором горячей воды боль несколько обострилась. И я поспешила увернуть кран, но тут обнаружила, что вместе с мыльной пеной в сток стекается кровь. От этого зрелища я едва не потеряла сознание. Будто эта кровь выходила не из меня, а из него – моего крошечного младенца. Затягивая в воронку его только еще зародившуюся жизнь.

– Нет, – трясущимися губами прошептала я.

Осторожно вылезла из ванной. Осторожно замоталась в полотенце. Все очень осторожно. Неся себя, как хрустальную вазу. Ведь мне нужно было беречь себя, чтобы уберечь его!

Выйдя из ванной, я сама себе вызвала «скорую». Мои домочадцы уже спали, и я подумала, что так оно, пожалуй, и к лучшему.

Ни к чему, чтобы кто-то задавал мне вопросы. Я все равно никому ничего не скажу! Буду молчать как партизан, лишь бы не сглазить! Лишь бы не навредить сказанным по неосторожности словом, допущенной по недоумию мыслью. Это потом, когда у меня народится здоровущий богатырь – весь в папаню – я покажу его и бабуленьке, и маме, и Славику. Все познакомятся с ним. И все полюбят. Но не теперь. Теперь я буду молчать!

Была бы у меня такая возможность, я бы ничего не сказала и молодому смышленому врачу, приехавшему на вызов. Но такой возможности не было. Пришлось открыться специалисту.

Порасспросив меня, что да как, да на каком я сроке, доктор немедленно приказал собираться.

– Поедете в Остроумовскую больницу, – заполняя какой-то бланк, сообщил он. – Это в Сокольниках. Там очень хорошее гинекологическое отделение.

– А может быть, можно обойтись без больницы? – с надеждой воззрилась я на него.

– Ну, если вы хотите сохранить беременность, – щелкнув ручкой, приостановил врач заполнение формы, – то нельзя. А если не хотите, пожалуйста, оставайтесь дома. Никто вас силой тащить не будет. Но учтите, могут возникнуть осложнения! Так как, поедете?

– Да, поеду! – не колеблясь более ни минуты, сказала я.

И принялась поспешно метаться по квартире, собирая вещи.

– Не забудьте паспорт, страховой полис и тапочки! – напутствовал напоследок доктор, изъявивший желание дождаться меня на улице.

Ну, все!

Тапочки, самое главное, положила. Паспорт, полис тоже. Мобильник, халат, ночнушку, зубную щетку, полотенце… Все!

Теперь пойду, предупрежу бабуленьку. И поехала! Боже! Спаси и сохрани!

Я тихонько вошла в комнату бабушки. Та лежала на кровати, почесывая сквозь сон ногу в вязаном носке.

– Бабуленька! – присела я перед ней. Бабушка моментально открыла глаза:

– Чего стряслось?

– Бабуленька, ты не волнуйся! Меня забирают в больницу. Ничего страшного. Но Славику лучше не говори. В школу тебе придется водить его самой. Деньги возьмешь в секретере. Но особенно не расходитесь. Это все, что у нас есть. Вот. Теперь я пошла.

Я поцеловала бабуленьку, намереваясь улизнуть без дальнейших объяснений. Но бабушка уже вцепилась мне в руку:

– Погодь! Какая еще больница? Где у тебя болит, деточка моя?

– Нигде не болит, бабуленька. Просто что-то с желудком. Отравилась, наверное. Спи!

– Врешь, поди, что с желудком. – Бабушка уже сидела на кровати, нашаривая ногами тапки. – Погодь меня, провожу!

Я зашла в свою комнату, поцеловала спящего Славика. А у двери еще раз простилась с бабуленькой.

– Ну все, не скучайте тут без меня. Я буду позванивать. Боже мой! Как мне это все напоминало сцену прощания с Зоей!

А нетерпение в глазах ожидающего меня врача! Точь-в-точь как у той медсестры, что уводила Зою.

А приемное отделение! А коридор! Сплошное дежавю!

Глава 12

ИНКУБАЦИОННЫЙ ПЕРИОД

Десять дней я пролежала на сохранении. Десять долгих, кошмарных дней!

Все то время, пока жизнь моего будущего ребенка висела на волоске, я занималась самоедством. Корила себя за то, что не смогла обеспечить ему достойные условия существования. Тратила попусту свои нервы, не думая о том, что он может страдать от этого ничуть не меньше меня самой.

У меня был очень хороший лечащий врач – Виктор Савельевич. Ко всем своим пациенткам он относился очень внимательно. Подолгу разговаривал с каждой из них, максимально доступно объясняя, что, как, почему. Мне он сказал, что физически мой организм очень слаб: низкий показатель гемоглобина в крови, да и вообще для первых родов я уже несколько перезрела. Если хочу нормально доходить срок, то должна придерживаться размеренного образа жизни: побольше лежать, бывать на свежем воздухе и напрочь исключить стрессовые ситуации.

Врач сказал свое слово. Решать было мне.

И я приняла единственное, на мой взгляд, верное решение. Только вот у меня оставалось незавершенным еще одно дело.

Был четверг – знаменательный день. Я только с полчаса назад вернулась домой из больницы. Все бумаги, которые мне там выдали на руки, я убрала в свой тайник, к прошитой красными нитками фотографии. До сих пор мне удавалось сохранять свою беременность в тайне от всех. И совсем не хотела, чтобы по чистой случайности о ней узнали.

Разве легко мне было, находясь в больнице, отказаться от визитов Оксанки, придумав, что я лежу в инфекционном отделении и ко мне все равно никого не пускают? Разве легко было каждый день лгать по телефону бабуленьке, зная, что одна она со всем не справляется, устает? Нет. Это было страшно тяжело! Тяжело и гадко! Но я знала, ради чего иду на ухищрения. И в моих глазах это все окупало.

Славик уже вернулся из школы. Занимался на кухне уроками со Светланой. А мы с бабуленькой закрылись в ее коморке Высказав свое категоричное мнение, чтобы впредь я не смела «жрать картошку на сале, раз меня с нее несет, как незнамо кого», Старый Пляж теперь успокоилась и лишь продолжала что-то ворчать себе под нос. Одновременно она то потрошила свою допотопную сумку, где кроме вязаных рукавиц, чесночной головки, паспорта и очечника ничего не оказалось, то перетрясала все книги, лежащие на столе.

51
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru