Пользовательский поиск

Книга Джек Мэггс. Содержание - Глава 71

Кол-во голосов: 0

– Мы можем сесть здесь, в Глостере, на пароход? Если вы купите мне билет, я отдам вам деньги чуть позже. Даю слово, я умею делать деньги.

Каторжник, прищурившись, смотрел на взволнованного молодого человека. Далее без всяких объяснений он забросил за спину свой мешок и двинулся дальше по причалу в тот конец, где река встречается с бухтой и где виднелся коттедж начальника шлюза. Здесь Джек, не раздумывая, перелез через забор огорода.

Шнурованные высокие башмаки Мэггса безжалостно давили листья салата и ломали стебли моркови. Шедший следом Тобиас, держа руку в кармане и играя монетами, спокойно вошел в калитку с предупреждающей табличкой «Частная собственность» и, ступая по плитам красивой дорожки (вдоль которой в этот день пятого мая цвели примулы), вышел к круто спускавшейся лестнице, ведущей к реке.

С этой головокружительной высоты, словно с края пропасти, Тобиас посмотрел вниз на жалкую маленькую плоскодонку, привязанную к причалу. Не такой выход он имел в виду. Посмотрев на шелковистую гладь Северна, он вспомнил, что эта река считается самой опасной и знаменита своими яростными приливами и отливами, а также ужасными, высотой шесть футов, приливными валами в устье.

Тобиас остановился.

Каторжник легонько, по-птичьи свистнул с берега реки.

Их разделяло немалое расстояние – лестница в тридцать ступеней. Джек Мэггс достиг своего дна, подножия своей стены. Он, прищурившись, не без тревоги смотрел вверх, словно впервые подумал, как легко теперь его можно предать. Судя по его измученному лицу с заострившимися чертами, ему, должно быть, уже виделась веревка виселицы. Но у Тобиаса мысли о предательстве были уже в прошлом, их слишком далеко отодвинул вид маленькой утлой плоскодонки, чтобы долго сомневаться. Вскоре он уже поспешно спускался к причалу по замшелым ступеням. Здесь он молча отвязал канат и вошел в лодку.

– А теперь садитесь на банку, – сказал ему Мэггс.

Туман милостиво сомкнулся над ними. Река всосала их медленно и неумолимо и понесла к морю.

Глава 71

Вначале их продвижение было медленным и малоприятным из-за запахов. Мутно-желтый туман пах дубильной кислотой, но надежно скрывал их бегство. Через десять минут спокойного плавания они заметили явное ускорение течения, и их плоскодонка понеслась со скоростью, о какой ее строитель и не помышлял. Широкий квадратный нос лодки позволял ей хорошо держаться по течению, и вскоре Джек положил шест на днище лодки и позволил себе тоже сесть, даже подмигнул своему напарнику. Однако отдых продолжался не более минуты; этот большой человек вдруг вскочил на ноги и стал вглядываться в туман.

– Что это? – спросил он.

– Не пароход ли?

– Слушайте.

Тоби, прислушавшись, уловил какой-то грохот вдали.

– Возможно, это шум фабрик на берегу.

– Это не фабрики. – Мэггс нагнулся и, притянув к себе свой мешок, крепко зажал его коленями.

– Здесь много дубильных фабрик. Вот почему так дурно пахнет.

– Подвиньтесь. Черт побери, подвиньте же свой зад, сударь.

Тоби неохотно подчинился. Теперь они сидели рядом. Шум создавала падающая вода. Она оглушала. Тобиас покрепче прижал к себе свой портфель.

– Господи, неужели это Седьмой вал?

– Держитесь, приятель!

Это не был Седьмой вал, это близился порог плотины, и им грозила явная опасность. И тут каторжник Мэггс повел себя так, что, по воспоминаниям Тобиаса, тронул его сердце: он обхватил своей сильной рукой узкие плечи писателя и крепко прижал его к себе.

Плоскодонка словно взлетела в воздух.

– Господи, спаси нас! – закричал Мэггс.

Крик такого человека, как Мэггс, означал для Тобиаса, что им пришел конец. Он тоже крикнул:

– Господи, спаси нас!

Падение, казалось, было с трехфутовой высоты, и когда маленькая плоскодонка упала носом в бурлящую воду, та покрыла ее всю.

– Плывите! – успел крикнуть Тобиас.

Но Мэггс крепко держал его до тех пор, пока лодка не всплыла. Хотя и залитая водой, она все же на три дюйма возвышалась над поверхностью.

– Мы тонем.

– Черпайте воду! Дайте-ка мне это! – Джек Мэггс ухватил за желтый портфель Тобиаса. – Это все, что у нас есть, чтобы вычерпать воду.

Река была неспокойной, течение быстрое, и тупой нос плоскодонки все время черпал воду. Тобиас, открыв свой красивый портфель, вынул из него промокшую насквозь записную книжку, а затем, выбросив в реку перо и пузырек с чернилами, протянул портфель Мэггсу.

– Вы хотите, чтобы я черпал воду? – Тобиас испугался, увидев нарастающий гнев в глазах Мэггса. – Я не ваш, черт побери, слуга, приятель…

Тобиас умолк и, сунув мокрую записную книжку в карман, принялся вычерпывать воду из лодки.

Они плыли по течению: Мэггс с шестом в руке стоял на страже, отталкивая лодку от мелей и берегов, а Тобиас губил свой дорогой портфель, черпая им речную воду.

Туман лежал низко, но вскоре по запахам они могли определить, что миновали болотистые луга, и теперь река течет мимо полей. Тобиас – благодаря упорному труду которого вода в лодке доходила теперь всего лишь до щиколоток – опустил уставшие руки в ласковую, как шелк, холодную воду.

Мэггс положил шест и с удовлетворением заметил, что плоскодонка плывет по течению, не отклоняясь. Проследив еще какое-то время ее поведение и убедившись, что пока лодка сама находит свой путь, Мэггс вынул из кармана плаща миниатюру, которая стоила жизни «Ловцу воров». Этот предмет с запекшейся на нем кровью он положил на скамью, а затем, осторожно сняв свое громоздкое пальто, вывернул испачканную кровью подкладку кармана и, вырезав ее ножом, бросил в воды Северна, как нечто уже негодное. Потом он тщательно вымыл рамку портрета и смыл кровь с миниатюры. Спустя какое-то время лодку прибило близко к берегу, и беглецы вдруг увидели стоявшую на берегу девушку, которая вместе с матерью ловила угрей. Заметив, что они обе вглядываются сквозь туман в тихо плывущую плоскодонку, Тобиас не удержался и, приветственно подняв руку, крикнул:

– Добрый вечер!

Девушка в ответ помахала ему рукой, но мать что-то сказала ей, и та быстро опустила руку.

Снова беглецы остались одни в тумане. Мэггс еще раз окунул в воду свой драгоценный портрет и протянул его Тобиасу.

– Будь это мой кошелек, – вдруг сказал он, – что ж, бери его, так и быть, но только не портрет моего сына.

Рамка портрета была мокрой и скользкой, писателю трудно было не вспомнить кровь, которую только что смыли с нее. Начинало темнеть, Тобиасу пришлось совсем близко держать перед собой портрет, и тут он неожиданно заметил то, чего не разглядел в гостинице на Бул-лейн. Но уже тогда молодой человек кого-то ему напомнил, теперь же, всмотревшись, Тобиас понял: это король Георг Четвертый в одежде простолюдина. Не хватало только Ордена Подвязки. На короле был простой синий фрак, а не, как обычно, форма принца Уэльского, командующего Легкой кавалерией. Маленькая миниатюра была скопирована с портрета кисти художника Ричарда Косуэя, который Тобиас видел в прошлом году в Королевской Академии.

– Если бы он украл у меня золотые часы, он не пострадал бы так сильно, – продолжал Мэггс. Он взял шест и с силой опустил его в воду. – Но этот человек совершил глупость, решив украсть у меня сына.

Плоскодонка ускорила ход, и Мэггс, ритмично нагибаясь, стал работать шестом, почти не напрягая своего сильного тела.

– Вы давно не видели своего сына? – осторожно просил Тобиас.

– Что ответить на ваш вопрос? – промолвил Мэггс и, вскинув подбородок, помедлил какое-то мгновение, глядя на Тобиаса. – Он мне не сын в том смысле, что я спал в одной постели с его матерью, но во всем остальном он мой сын.

Маленькая лодка задрейфовала около довольно резкого поворота к одинокому коттеджу, и какое-то время Мэггс был занят тем, как вернуть ее в русло, поэтому он не подхватил начатый Тобиасом разговор, а тот, хотя и сгорал от любопытства, разумно молчал. Во всяком случае, он посчитал, что будет великодушнее оставить обнаруженный обман нераскрытым.

66
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru