Пользовательский поиск

Книга Девочка с персиками. Содержание - ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Кол-во голосов: 0

Вечер я решил провести дома, почитать книжки, подумать.

Часов около девяти позвонила Бланка.

– Приходите в гости, мы вас ждем!

– Кого ждете? Кто мы?

– Ждем тебя и твоего друга. Мы – это я и Элизабет.

– Ха-ха! – раздраженно сказал я. – Не смешно!

– Нет, правда, Элизабет хочет, чтобы он пришел. Я дам ей сейчас трубку.

– Привет, Владимир, – сказала Элизабет. – Бери своего друга и приходи к нам.

– Но он уехал! Он сегодня уехал! Ты же его вчера оттолкнула!

– Как уехал? Куда? В Россию?

– Нет, в Мюнхен.

– А он еще вернется?

– Да, его вещи остались здесь.

– Когда?

– Не знаю.

– Как только он вернется, позвони мне, я хочу его видеть.

– Хорошо, позвоню. А-а, ты не шутишь?

– Нет, это очень серьезно.

– Ладно, дай мне еще Бланку!

– Але, до нее что, только дошло?

– Похоже, что да.

– Я хуею с этих блядей!

– А когда ты приедешь в гости ко мне?

– Предлагаю подождать Будилова! Беру тайм-аут!

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Свиноматка. Диана Выдра. Овчаров-Венский.

Литературно-художественная жизнь в Вене никогда не была спокойной и безоблачной, не давая шанса до конца расслабиться и вздохнуть полной грудью. Из-под глыб культуры зачастую на сцену богемных тусовок лезли страшные монстры, требуя для себя возможности сыграть свои чудовищные фантасмагорические роли.

И они эту возможность, как правило, получали, поскольку с ними никто не боролся, ведь они сами могли побороть кого угодно. Как, например, небезызвестная Таня Свиноматка.

Жуткие, холодящие душу слухи о ее появлении стали расползаться по городу еще весной 1999-го года, но судьба меня с ней какое-то время не сталкивала. Господь хранил меня, но недолго. Таня Свиноматка обладала колоссальным увесистым торсом и неуемным животным любопытством. Она охотилась за русскими, причем за русскими знаменитостями. Я автоматически попадал в круг ее жертв. Но мне это было неведомо. Я безмятежно ходил по выставкам, тусовал, пил вино, в то время, когда ко мне неотвратимо подбирался пиздец.

– Привет, – сказал я, завидев на каком-то вернисаже Леночку

Целлофанову.

И в тот же момент огромная туша приперла меня к стене, мои ребра хрустнули, дыхание перехватило. Я попробовал пошевелить конечностями, но не смог.

– Вы русский? – смачно дохнуло мне в фейс отрыжкой недавно съеденной дешевой колбасы заплывшее жиром свиное рыло. – Вы чем занимаетесь?

– Это Таня, – объяснила мне подоспевшая Гейгерша. – Она всегда хочет все о всех сразу узнать.

– Тусуюсь я, – дрожащим голосом промямлил я.

– А я – бывшая балерина. Из Львова.

– Оно и видно, – сказал я. – Кстати, я почему-то никогда ничего не слышал о львовском балете.

– У нас там есть детская балетная школа. Я ее успешно закончила.

Мечтала выступать в Большом театре. Стать примой.

– Понятно, Большой театр для больших людей!

– Вот именно. Но жизнь распорядилась иначе…

– Боже мой, какой ужас!

– Я вышла замуж по Интернету и оказалась здесь.

– Я вам сочувствую.

– Так чем же вы все-таки занимаетесь? Вы откуда? Работаете? На какие средства живете? С кем общаетесь? Сколько вам лет? Женаты?

Дети есть? Сколько?

Прижатый к стене огромными нечеловеческими сиськами, я не мог уклониться от навязчивых вопросов, уйти от неприятных ответов.

– Таня, вон там кто-то еще говорит по-русски, – дала ей наводку

Леночка.

– Где? – жадно хрюкнула Свиноматка и устремилась на новую жертву.

– Лена, я вижу, ты нашла себе в Вене друзей!

– Да, Таня теперь моя лучшая подруга!

Свиноматка была местечковой еврейской женщиной из Жмеринки и оказалась весьма смешным персонажем. Со временем я даже ее где-то в душе полюбил. Ее, словно цепную собаку, можно было травить на людей.

Ее австрийский муж от нее скрывался. У нее был ебарь-грузин, с которым я так и не познакомился, поскольку каждый раз, когда мы заходили к нему в его квартиру на Вэбгассе, он отсутствовал. Таня жаловалась, что он часто не является ночевать, и подозревала его в изменах, хотя, как мне кажется, причина его отсутствия была иной. Он ее явно боялся.

Она открывала квартиру своим ключом, мы пили его вино и ели его продукты. Затем у него поселилась Леночка. Когда она поссорилась с

Гейгером. В итоге грузин совсем перестал появляться дома.

Свиноматка страдала, она было по-своему несчастной из-за того, что от нее все убегали как от чумы, никто не желал с ней общаться.

Она не понимала, что в этом она виновата сама. Она была чем-то похожа на Карин Франк, такая же припезденная, на всю голову ебнутая.

Я же никогда не чурался ебанатиков. Как художник я люблю собирать персонажей, за ними наблюдать, с ними коммуницировать.

Свиноматка просила меня ввести ее в круги эмигрантов. Я согласился, хорошо понимая, что такую заслугу надо присвоить себе, что если ее не введу я, то ее не введет никто, и тогда этот живой перформанс может увянуть, свернуться, ретироваться в квартиру грузина-ебаря, в угрюмом одиночестве пожирая там дешевую колбасу.

В Вене было достаточно персонажей, достойных подобного знакомства, таких же ебанутых и одиноких. Поэтому я решил познакомить Свиноматку с Выдрой.

Диана Выдра жила одна в большой четырехкомнатной квартире с верандой в ебенях на окраине Вены. У Выдры было два автомобиля, квартира в Москве и много свободного времени, которое она не знала куда деть. Она развелась со своим мужиком – австрийцем-бизнесменом, отсудив у него уйму денег, и теперь пописывала статейки для "Нового

Венского Журнала" и рисовала кошек. Картинками с кошечками и с котиками были увешаны все ее стены.

Надо отдать ей должное, она была весьма хлебосольной хозяйкой, любила принимать гостей, хорошо готовила. Был у нее свой маленький комплекс, свою фамилию, доставшуюся ей от австрийского мужа, она по-русски писала через "и" как Видра, стесняясь быть выдрой. Данная транслитерация мало что меняла, ее все равно все называли Выдрой.

Фамилия же была явно славянского происхождения и обозначала то же самое. Одним словом, я решил свести Свиноматку с Выдрой. И я оказался прав.

Когда мы пришли в гости к Диане Выдре, у нее уже сидели другие гости – старичок Овчаров-Венский со своей молодой женой – моей студенткой Наташей. Это был прикол. С сыном Овчарова-Венского я учился в Академии Художеств. Своего папачеса Овчаров-Венский Младший люто ненавидел. За то, что тот бросил его маму, бывшую и без того моложе папика на двадцать лет, и женился еще на более молодой, которая была моложе его на сорок лет, причем на однокласснице

Младшего Венского, в которую Венский Младший был влюблен еще с пеленок. Ебливый старикашка отбил девушку у сына, растлил и женился.

Я много слышал об Овчарове-Венском Старшем, но еще ни разу его не встречал.

Но начнем со студентки Наташи. Ее папа был каким-то крутым московским деловаром, вполне резонно опасавшимся за безопасность дочери в беспокойной российской столице начала 90-ых, и отправившим ее, в конце концов, в Австрию вместе со своей сестрой, взявшейся присматривать за девочкой. Но девочка выросла, и уследить за ней стало уже невозможно.

Узнав о желании своей юной дочери выйти замуж за старичка

Венского, ее папочка был в шоке, поскольку Венский был не только старше самого папы, но и старше папы папы – Наташиного деда. После долгих уговоров, переговоров и обильных крокодиловых слез, московский деловар наконец смирился и благословил непокорную дочь.

Отныне ему приходилось содержать еще ее мужа. А, собственно говоря, какая ему разница? Ведь денег у него предостаточно.

Теперь проблема денег, всю жизнь остро волновавшая Венского

Старшего, совершенно перестала его волновать, но начала волновать

Венского Младшего, только вступающего во взрослую жизнь. Венскому

27

Комментарии(й) 0

Вы будете Первым
© 2012-2018 Электронная библиотека booklot.ru