Пользовательский поиск

Книга Дебаты под Martini. Содержание - Зададим Японии трепку!

Кол-во голосов: 0

Зададим Японии трепку!

Если память меня не подводит, Марк Твен однажды сказал об одной из книг Генри Джеймса: «Стоит вам положить ее на стол, и снова брать уже не хочется». Беря в руки «Долг чести», восьмое творение Тома Клэнси в семьсот шестьдесят шесть страниц, вы рискуете заработать грыжу. Действие начинает разворачиваться ближе к середине книги – рубеж, когда в романах большинства писателей, включая некоторых весьма многословных русских, с действием уже покончено. Но Тома Клэнси следует рассматривать в более широком контексте, не только как автора техно-боевиков, – истребителя лесных массивов, – но и как экономический феномен. Что же делать его редакторам – при условии, что они вообще существуют: ведь создается впечатление, что тексты с модема мистера Клэнси идут прямо в печать? Сказать, чтобы он немного сократил? «Скажи ему, что это чересчур длинно». – «Нет, ты скажи».

И в то же время неплохо бы, чтобы кто-нибудь – друг, родственник, духовный наставник, уж не знаю кто, – отвел бы его в сторонку и сказал: «Гм, Том, ты не думаешь, что книга получилась немного расистской?» Я никогда никому не кланяюсь, в знак неодобрения обычаев, принятых японцами в деловых отношениях, мне даже довелось работать у одного человека, который облевал колени японскому премьер-министру; однако книга Клэнси так же иносказательна, как антияпонские плакаты времен Второй мировой, изображавшие, как усатый Тодзо[76] нанизывает на штык белокожих младенцев. Если вы считаете Майкла Крайтона параноиком, перегревшимся на восходящем солнце, то, как говаривал любимый президент мистера Клэнси, давший ему старт на литературном поприще, Рональд Рейган, «вы еще ничего не видали в жизни». Японцы в романе Клэнси даже не одномерны, а полумерны. Они проводят большую часть жизни, покряхтывая в купальнях. И при этом, как отмечает первый пилот Лайонел Мендрейк – герой книги «Доктор Стрейнджлав», «как ни странно, они умудряются делать чертовски хорошие камеры».

Сюжет: Япония ловко провоцирует обвалы на финансовых рынках США, оккупирует Марианские острова, топит две американских подлодки, погубив при этом жизни двухсот пятидесяти моряков, и угрожает нам ядерным оружием. Почему же, спросите вы, нам не сбить с них спесь, включив обратный отсчет и предложив снова отведать Хиросимы и Нагасаки? Да потому что мы, придурки этакие, избавились от всех наших ядерных бомбочек, бездумно выполняя условия пакта о разоружении с русскими. (Убедительно? Ничего не имею против.)

Какое-то время кажется, что западную цивилизацию ждет неминуемая саннара[77], пока Джек Райан, уже в чине советника по национальной безопасности в Белом доме, не предлагает такой блестящий вариант решения данного кризиса, что тут же оказывается в кресле вице-президента. Чтобы усадить его туда, прежнего вице-президента вынуждают уйти в отставку по обвинению в сексуальном домогательстве. Я не стану портить вам удовольствие и рассказывать, что восхождение Райана на этом не заканчивается: президент вместе со всем Конгрессом гибнет непредсказуемой волей deus ex machina в образе угрюмого японского пилота, протаранившего Капитолий «Боингом-747» – чудо, что он не кричал при этом «банзай!». Бывший секретарь военно-морского ведомства Джон Леман проявил недавно сомнительный вкус, заметив относительно вышеописанного эпизода из «Долга чести», что, дескать, его самого долгое время посещала такая же фантазия. Я тоже не в восторге от Конгресса, но Авраам Линкольн, наш с Леманом товарищ по партии, приложил определенные усилия, чтобы постройка Капитолия как символа неделимости государства продолжалась и во время Гражданской войны. Ну-ну.

Конечно, эта война развязана не по воле японского государства, она результат махинаций одного бизнесмена зайбацу[78], чьи мать, отец и сестры-братья в 1944 году прыгнули в море с сайпанских скал[79], чтобы не попасть в плен к злым американским морякам, и некоего коррумпированного политика, ненавидящего Америку. Но это едва ли позволяет мистеру Клэнси выйти сухим из воды, потому что Ямата (первый) и Гото (последний) расписаны неприкрыто расистскими красками. Чтобы посильнее разогреть нам с вами кровь, скажу, что Гото держит в гейшах очаровательную блондинку-американку и вытворяет с ней всякие непристойные мерзости. Когда она угрожает покончить с его политической карьерой, бедняжку убивают. Все это ведет нас прямиком к явной культурной паранойе, то есть заставляет думать, будто все, что в действительности нужно этим грубым желтым образинам, – наши женщины. (Помнится, похожее преступление лежало в основе романа мистера Крайтона «Восходящее солнце». Что ж, штампы на то и штампы, чтобы оправдывать ожидания.) Имя героини подобрано с тем же расчетом – ее зовут Кимберли Нортон. «Ямата повидал на своем веку немало женщин, в том числе и пышногрудых европеек». Если судить по количеству упоминаний о грудях, то справедливо будет предположить, что европейские груди составляют основу Готосанова Weltanschauung[80]. Дальше на той же странице Клэнси живописует чувственное наслаждение, которое получает Ямата от «непристойного» (а как же еще!) кувыркания с американскими девочками. Таким образом, Джек Райан наносит ответный удар, защищая не просто американские ценности: он ни больше ни меньше как рыцарь – защитник американских девиц.

Необходимо сказать, что злополучная Кимберли Нортон представляет собой явное исключение среди женских персонажей Клэнси – настолько, что поневоле задумаешься, не почитывал ли он тайком по ночам Сьюзан Фалуди[81]. Несмотря на эту книгу, мистер Клэнси заявляет о своих правах называться самым политически корректным из американских беллетристов, что несколько удивительно для такого пламенного, если не сказать – огнедышащего поборника справедливости, как он. Практически каждый персонаж – чернокожий, или латиноамериканец, или женщина, или, по крайней мере, представитель национальных меньшинств. Вице-президент арестован по обвинению в сексуальном домогательстве; японский премьер-министр – насильник; заместитель исполнительного директора ЦРУ – женщина; капитан ВМС – некая Роберта Перси (Перси? В самую точку); жена Райана получает премию Ласкера за выдающиеся заслуги в глазной хирургии; одному из наемников ЦРУ сообщают, – как раз когда он убивает узкоглазого похитителя американских женщин, – что его дочь попала в деканский список и, возможно, поступит в медицинский колледж; секретарши, как нам снова и снова втолковывают, – настоящие героини и т. д. и т. п.

Все это было бы убедительнее, если бы не вездесущий мачизм, пропитавший каждую страницу, словно высохший пот. Кодовое имя Райана в секретной службе – я вас не разыгрываю – «Меченосец». К тому же, в описании заместителя исполнительного директора ЦРУ присутствует некоторая фривольность: «Когда Мэри Пет вошла в комнату, она выглядела примерно так же, как выглядит любая другая особа женского пола в воскресное утро». Его отношение к женщине, если можно так выразиться, не лишено подобострастия, словно у здоровенного детины, заключающего подругу в объятия и одновременно постукивающего кулаком по макушке, чтобы выказать свое одобрение. А это цветистое описание жены Райана, этой святой женщины, спасающей чье-то зрение с помощью лазера: «Она совместила направляющие линии с той же тщательностью, с какой охотник целится в горную козу с расстояния полумили, и повернула тумблер». Поистине, достоин восхищения человек, подобравший охотничью метафору к глазной хирургии.

Том Клэнси – это Джеймс Фенимор Купер нашего времени, то есть самый преуспевающий из плохих писателей своего поколения. И это вовсе не подвиг, потому что сегодня разбогатевших плохих писателей несравнимо больше, чем во времена Купера. Если бы Твен был жив, он непременно написал бы эссе под заглавием «Литературные преступления Клэнси». «Долг чести» удостоился бы его самых горячих похвал как венец (на данный момент) стиля мистера Клэнси; он почти столь же выразителен, как «Отважные парни – боевые корабли Джейн»:

вернуться

76

Тодзо Хидеки – японский военачальник, с 1941-го – премьер-министр, горячо симпатизировал фашистской Германии; казнен как военный преступник в 1948 г

вернуться

77

Прощальный вечер. Здесь – шутл. «Прости-прощай»

вернуться

78

«Денежная клика» – гигантский синдикат банков и производственных компаний

вернуться

79

Сайпан – остров в Тихом океане, относится к группе Марианских островов

вернуться

80

Мировоззрение (нем.)

вернуться

81

Сьюзан Фалуди – американская журналистка, горячая сторонница феминистского движения

18
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru