Пользовательский поиск

Книга E-mail: белая@одинокая. Содержание - Глава тридцать седьмая

Кол-во голосов: 0

Глава тридцать седьмая

Наконец мы добрались до места. Разумеется, в прошлый раз мы просто проскочили мимо. Вот и самодельный указатель с надписью «Макгинли», и почтовый ящик из старой канистры, и каменистая дорожка, которой, казалось, не будет конца…

Роджер опять вертелся на полу.

Я надеялась, что родители Билла не примут нас за бродячих торговцев прищепками для белья. И надо бы усмирить Роджера. А то если отсюда первым вылетит кот, у них создастся превратное впечатление. Еще решат, что мы хотим похитить их кошку. Вот и она, черно-белая красавица, сидит на верхней ступеньке крыльца. Билл рассказывал мне о ней. И теперь мне было понятно, как же сильно он скучал по дому.

Роджер, как-то странно пофыркивая, уставился на кошку.

— Не выпускай его из фургона, — велел Пол.

Хилари устремила на него нежный взор.

Родители Билла терпеливо дожидались, пока Диди припаркуется, лавируя среди выкрашенных в белый цвет валунов. Выглядели они очень мило. И совсем не походили на двух уродов, породивших компьютерного извращенца. Нос мистера Макгинли напоминал нос Билла, и сразу становилось ясно, откуда взялись торчащие уши. Миссис Макгинли сама по себе никого не напоминала, но улыбалась в точности как ее сын. Эти двое, видимо, достаточно насмотрелись в своей сельской жизни: когда сначала из фургона вылезли мы с Биллом, а следом появилась Джоди в своем режиссерском прикиде, они даже глазом не моргнули. Отец Билла с первого взгляда определил, что произошло.

— Я так и знал. Врезался, да?

Мы вымученно улыбнулись, но тут мать Билла затолкала всех нас домой на чашку чая и объявила, что спорить можно сколько угодно, но она вызывает врача.

И я от души порадовалась тому. Как же хорошо, когда хоть кто-то знает, что делать. Держа Билла за руку, я успела заметить, что другая рука у него судорожно сжата в кулак. Он просто храбрился.

Дом был обшит досками, коридор завешан семейными фотографиями — наверное, это сестры Билла, и все с чуть оттопыренными ушами. На окнах висели белоснежные занавески — казалось, их стирают росой.

Пахло мылом, бисквитом и — надо же — лимонным гелем Билла, тем самым, которым пользовался Дэн. Это был запах из того времени. И я окончательно смешалась.

— Садитесь, а я пока чайник поставлю, — сказала миссис Макгинли. — И надо сделать примочку, слышишь, Билл?

Он кивнул и сильнее впился ногтями в ладонь.

— Где машина? — спросил отец. Его, видимо, интересовала практическая сторона дела. Может, решил, что дурень сын врезался в витрину молочного бара и загубил семейную репутацию.

— За оврагом, — пробормотал Билл.

Ворча что-то под нос, Макгинли-старший отправился к телефону.

Как-то незаметно мы разделились на мальчиков и девочек. Странно. Может, действовал дух деревенских традиций? Джоди, Хилари, Диди и я устроились на одном диване, точно четыре мушкетера; Пол и Билл сидели в огромных креслах. Наверное, в этом доме в них всегда сидят мужчины.

— А что кот делал в фургоне? — спросил Билл.

— За ним некому было присмотреть, — произнесла я почти шепотом.

Можно было бы рассказать о маме и ее приятеле-астматике, но я не стала этого делать. Здесь, в этом доме, не хотелось нарушать тишину — казалось, от малейшего звука разобьется стекло. Неудивительно, что Билл в Сиднее не любил разговаривать.

Но теперь я смотрела на него, все еще очень бледного, и невольно думала: это Пьер. Тот, кто писал: «Я далеко от дома. Я переехал в место, где люди говорят на другом языке».

Вернулась миссис Макгинли с полотенцем и пакетом, полным льда. Обложив руку Билла льдом, она спросила, не голодны ли мы. Хилари, разумеется, ответила, что голодны. Мать Билла торопливо скрылась в кухне, а я двинула Хилари локтем.

— Она же нас спросила, я и ответила, — возмутилась она.

Билл пришел ей на выручку:

— Маме надо чем-то себя занять.

И на какой-то миг я увидела прежнего Билла. Того, который смотрел на меня тем вечером в индийском ресторане, пока Натали болтала у него над ухом.

Мы услышали, как от дома отъехала машина.

— Ну, отец уехал за твоим драндулетом. А мы пока угостимся, — объявила миссис Макгинли, ставя на стол блюдо, полное печенья.

Мистер Макгинли, видимо, был не из тех, кто тратит время на разговоры.

— Я позвонила доктору, но он у Паскалей, — сообщила миссис Макгинли.

— Паскали — местные ипохондрики, — объяснил Билл.

— Это не те, у которых фирма «Скрудж Макдак Кря-Кря Гуано»? — брякнула Хилари. Повисло неловкое молчание.

— Bay, сколько видео! — крикнула Диди.

Мы все обернулись. Кассет оказалось около сотни, и каждая была надписана ручкой: «Блу хилеры»,[26] часть первая; «Блу хилеры», часть вторая, и так далее. Мы разглядывали и вполголоса обсуждали собак до тех пор, пока напряжение не спало.

Тут Билл поднялся на ноги. Что было большой ошибкой. Потому что, сделав шага два, он почти повалился на нас. Миссис Макгинли запихнула его обратно в кресло.

— Если тебе приспичило, я тебя отведу.

Билл моментально окрасился в знакомый цвет копченого лосося.

— Нет, — пробормотал он.

Тут до меня дошло. Ведь эта женщина понятия не имеет, кто мы такие.

— Я Виктория, а это Хилари. Это Джоди с Диди, — сказала я. — А вот это Пол.

— Ну а я — Сильвия Макгинли, а это Билл. — Она пыталась пошутить. — Билл, ты ведь представился, когда чуть не сбил их на дороге?

— Это мы его сбили, — призналась Джоди, жуя печенье. — Это наша вина — кот Виктории оседлал педаль газа.

Судя по тому, как миссис Макгинли уставилась на Джоди, она заподозрила, что мы действительно либо торговцы прищепками, либо кошкокрады. Или направляемся в центр реабилитации для наркоманов.

— Мама, я их знаю, — сказал Билл. Она растерянно моргнула.

— Они меня искали. Это Виктория. Девушка, которая жила внизу.

— Ах, Виктория!

Я не знала, хорошо это или плохо, поэтому быстро запихнула в рот печенье.

— Так Билл рассказывал вам о Виктории, миссис Макгинли? — ехидно спросила Хилари, и Билл покраснел еще больше.

Снова воцарилось молчание.

— Пойду еще раз позвоню доктору, — сказала мать Билла.

Тут Джоди взглянула на часы, и у нее вырвалось словцо, которое Макгинли вряд ли слышали в своих «Блу хилерах».

— Мы же опоздаем, — прошипела Джоди. — Нам пора!

У Пола явно поднялось настроение. Наверное, потому, что сидеть в кресле — это совсем не то, что биться головой о колени Хилари. Все сразу вскочили и шумно засобирались.

Все, кроме меня.

Хилари в упор посмотрела на меня.

— Пусть Виктория побудет с Биллом, — предложила она беззаботным тоном, ни к кому конкретно не обращаясь. — Поможет миссис Макгинли. А мы попозже ее заберем.

— Мы не сможем, — возразила Джоди. Пронесло.

— Значит, поездом доберется, — отрубила Хилари.

Не пронесло.

А кстати, почему я сама-то молчу? Почему не вскакиваю с дивана? И почему полчаса спустя на моей левой руке все еще виден отпечаток пальцев Билла?

Снова повисла тишина. Не обсуждать же нам снова их собачью видеотеку.

— Я не против. Но… — Я посмотрела на Билла. А он посмотрел на меня.

Чертова Хилари. Схватить бы ее и встряхнуть как следует. И почему она думает, будто знает все лучше других? Почему? Еще в те времена так было, с блеском для губ и герпесом…

— Оставайся, если хочешь, — сказал Билл. — Ты же издалека ехала, так что…

— А завтра Вик сможет сесть на поезд до Байрона, — бодро сказала Хилари. — Это недалеко, я по пути сюда по карте посмотрела.

В комнату вернулась миссис Макгинли.

— Доктор все еще у Паскалей, — мрачно сообщила она. — Пожалуй, сама за ним съезжу.

— Я в порядке, — сказал Билл. — Подожду.

— Нет уж, знаю я тебя, — она вздохнула. — Вылитый отец. Говорит, что все в порядке, и прямо у меня на глазах хлопается на пол.

вернуться

26

Австралийская пастушья собака.

60
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru