Пользовательский поиск

Книга Вспышка молнии за горой. Содержание - Пьяный с утра

Кол-во голосов: 0

Пьяный с утра

На Кубе она знавала Хемингуэя,

И как-то раз его сфотографировала -

Пьяного в дым с утра.

Он пластом лежал на полу,

Рожа распухла от алкоголя,

Пузо торчало -

Нет,

На мачо

Не походил он никак.

Он услышал, как щелкнул фотоаппарат,

Чуть приподнял

Голову с пола

И сказал: «Дорогуша, ПОЖАЛУЙСТА, никогда

Не публикуй это фото!»

Фотография эта в рамке

Висит теперь у меня на стене,

К двери лицом.

Мне подарила ее

Та дама.

Совсем недавно в Италии

Она издала свою книгу

Под названием «Хемингуэй».

Там – множество фотографий:

Хемингуэй с нею

И с псом ее,

Хемингуэй

В своем кабинете,

Библиотека Хемингуэя, где на стене

Привешена голова дикого буйвола,

Хемингуэй,

Кормящий свою кошку,

Кровать Хемингуэя,

Хемингуэй и Мэри,

Венеция, 31 октября сорок восьмого года.

Хемингуэй, Венеция,

Март пятьдесят четвертого.

Но фотографии Хемингуэя,

Нажравшегося

В стельку

Прямо с утра,

Там нет.

В память о человеке,

Что словом владел в совершенстве.

Та дама сдержала

Данное слово.

Drunk before Noon

Кто «за», кто «против»

«Актеры играли отменно, правда?» -

Спросила она.

«Нет, – отвечал я, – мне не понравилось».

«Вот как?» – спросила она.

Что еще сказать, я не знал.

Ну, снова мы разошлись

Во мнениях об актерской игре.

На сей раз фильм шел по телевизору.

Я поднялся с дивана.

«Впусти, пожалуйста, кошку», – сказала она.

Я кошку впустил

И направился вверх по ступенькам.

Больше я не увижусь с женой, пока мы не ляжем спать.

Я сижу наверху. Зажигаю сигару.

Ничего не могу поделать. Мне нелегко

Хвалить большинство современных

Книг или фильмов.

Моя жена видит корень зла

В детстве моем – несомненно, тяжелом,

И в суровом, лишенном любви

Воспитаньи.

Ну, а я продолжаю надеяться, что,

Невзирая на это,

У меня все же есть способность

Судить непредвзято.

Ну, наверное, все могло быть еще хуже -

Землетрясение там, или дождь дней на шесть,

Или кот попал под машину…

Я откидываюсь, глубоко

Затягиваюсь сигарой и выпускаю мысли свои

Забавным облачком

Сизо-серого дыма -

А моя злобная критическая душа

Подмигивает мирозданию

И сладко зевает.

Thumbs Up, Thumbs Down

Они меня преследуют

Я получаю все больше и больше писем

От молодых людей, которые заявляют,

Что займут мое место, что моя сладкая жизнь

Закончена, что они прогонят меня пинками,

Сорвут с меня мой поэтический черный пояс -

И так далее, и так далее.

Меня изумляет, насколько они

Уверены в собственных литературных талантах.

Полагаю, им льстят безбожно

Матери, жены, подружки, преподаватели,

Парикмахеры, дядюшки, братья,

Официантки

И даже служители на заправках.

Но с чего бы им сбрасывать с пьедестала

Меня – хорошего человека?

Я слушаю Малера, плачу свои двадцать процентов налогов,

Всегда подаю попрошайкам и каждое утро встаю,

Чтоб покормить девять кошек.

Почему б и не поносить мне мой черный пояс

Немножко дольше?

В три часа ночи будят меня звонки.

Пьяные голоса орут:

«У тебя был когда-то талант, но ты продался, Чинаски!

Я – НАСТОЯЩИЙ ПИСАТЕЛЬ, сукин ты сын,

И сейчас я – НА УЛИЦЕ!

Я жду снаружи. Я рядом.

Выйди, Чинаски,

Я из тебя душу выбью!»

Иногда они ломятся в дверь. И если я не отвечаю,

Тишину ночную взрывает их мат,

И пивные банки летят мне в окна.

Ох уж эти рычащие, злющие начинающие поэты!

И они объявили охоту на мой

Заговоренный зад…

Я понимаю – однажды меня заменят,

А может, уже заменили.

Я знаю, как делаются дела в литературе.

Мне везло, везло очень долго,

И я достаточно стар, чтоб загнуться

В мгновение ока.

Мне не стоит курить большие сигары

И пиво хлестать -

Банку за банкой.

Возможно, черный мой пояс давно развязался

И на пол упал?

Готов ли я отойти?

Терпенье, терпенье, ребятки,

Ваше время еще настанет -

Не для всех, но для двух или трех лучших.

А пока что – вы б не могли найти

Для травли объект другой?

Я что – непременная часть ваших жизненных планов?

Я – человек хороший, я не давал никому в зубы

Уже лет десять.

Я даже голосовал – впервые в жизни.

Я – гражданин честный.

Я мою машину,

Раскланиваюсь с соседями,

Разговариваю с почтальоном.

Владелец ближайшего суши-бара

Здоровается, когда я вхожу закусить…

И что же? Недавно кто-то прислал мне письмо,

Страницы которого

Измазаны были дерьмом!

Похоже, каждый поэт молодой -

Участник охоты на мой заговоренный зад!

Прошу, подождите, ребятки, однажды я место вам уступлю.

А пока – уж позвольте мне еще позабавиться

С моими стишками-игрушками,

Позвольте пожить мне еще хоть чуть-чуть!

Большое спасибо.

They are after Me

Нынче вечером чувствую себя просто здорово

Тебе не должно писать бездарно,

Ведь поблизости кружат стервятники,

Готовые вниз опуститься и начертать на трупе твоем:

«А ведь мы говорили!»

Тебе не должно писать бездарно,

Ибо самый творческий акт -

Надежнейший способ защиты

От безумия этого мира.

Тебе не должно писать бездарно,

Ибо писательство -

Лучший способ развлечься

Из всех существующих.

Но должно тебе перестать писать

В самый день, в самый час

Кончины твоей -

А новые, толстые книги творений твоих,

Составленные из тысяч стихов рукописных,

Которые ты

Оставил издателям,

Будут выходить еще долгие, долгие годы.

Так быть по сему -

Ведь эти осколки магии

Исторгнуты

Из когтей

Самой смерти.

Feeling Fairly Good Tonight

На каждой табуретке в баре сидит поэт

Гулял я по берегу моря

С подругой своею.

Она была

Юной

И одержимой сексом.

Секс

Был для нее

Всем на свете -

Вершиной

Блаженства,

Путем

В Нирвану.

Я полагал,

Что это

Чудесно,

Хотя порой

Поневоле

Мечтал заняться

Чем-то

Другим.

Короче,

Гулял я по берегу моря

С подругой своею.

Мы с нею остановились

В маленьком сквере,

Где старики

Играли

В карты.

Бесконечные

Ночи

И ночи

Постельных усилий

Меня

Доконали -

В итоге

Прошлою ночью

Я крайне

Ее разочаровал.

Подруга

Кивнула

В сторону

Стариков.

Они мне казались

Все одинаково

Бледными,

Тихими

И иссохшими.

«Туда погляди, туда!

Тебе

Уже самое время

Вот к НИМ

Присоединиться!»

Ну, карты, положим,

Меня никогда

Особо не привлекали.

Я взял ее

Под локоток

И потянул

К ресторанчику

Прямо

На набережной.

Мы выпили

По коктейлю холодному.

После я

Заказал нам еще

И отправился

В туалет.

Когда ж я вернулся,

Она

ПРЕМИЛО болтала

С совсем

Молодым парнем -

Рожа

была у него

Точь-в-точь поросячья

Ревности

Я не почувствовал.

Если честно,

Я бы

26
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru