Пользовательский поиск

Книга Наступление королей. Содержание - ГЛАВА 10 СМЕРТЬ КОРОЛЯ РОБЕРТА ПЯТОГО НЕОБУЗДАННОГО

Кол-во голосов: 0

А Шокенмоген подошел, посмотрел поближе и, довольный, опять за занавеску спрятался.

Идет флигель-адъютант. Смотрит — фрейлина с задранной юбкой. «Бля! думает он. — Какая встреча!

Фрейлина Анжелика с задранной юбкой! Неплохо. Мне сегодня с самого утра везет. Сначала долг мне вернули, потом в карты еще выиграл, а теперь вот фрейлина лежит. Чего это она разлеглась?

Может, притворяется, артистка?»

Флигель-адъютант над фрейлиной склонился:

— Ан-же-ла! Открой глазки, киска! Я тебя нашел. Открой же, не притворяйся… «Да она и правда, кажется, в обмороке!» — Он взял ее за плечи и начал трясти.

Из-за портьеры послышался зловещий голос:

— Ты, мерзавец, нарушил вчерашний королевский указ Шокенмогена Второго Страшного, запрещающий под страхом смерти лапать фрейлин во дворце. Сейчас тебе башку оттяпают! У-у-у!

Флигель-адъютант побледнел и на фрейлину без сознания рухнул.

Шокенмоген из-за портьеры вылез и кинжал адъютанту подмышку вставил. А сам обратно за портьеру спрятался. Со стороны получилось — вроде как адъютант на фрейлине зарезанный в спину лежит.

Тут третий идет — граф, скажем, Кари Шницкнехт. Смотрит адъютант на фрейлине лежит зарезанный, на фиг, в спину.

«Майн Гот! — думает, — Убийство!» — И в обморок на них.

Шокенмоген тут из-за портьеры вылазит, руки от удовольствия потирает.

Как это, дескать, все складно получилось. Потом ножик из адъютанта достал и графу подмышку переставил. И — снова за портьеру.

Так у него к утру — целая куча-мала из придворных лежит. До потолка.

А на следующий день у всех головы болят, и никто ничего вспомнить не может.

Шокенмоген так привык всех из-за портьеры пугать, что с некоторого времени вообще оттуда не выходил. За портьерами, буквально, жил и питался всухомятку.

Как-то раз он за портьерою сидел на подоконнике, задремал и вывалился из окошка. А королем стал его сын — Шокенмоген Третий Лютый. Этот ходил по дворцу со зверской физиономией, щелкал плеткой и орал: «Запорю!» Не хуже, короче, папы.

ГЛАВА 10 СМЕРТЬ КОРОЛЯ РОБЕРТА ПЯТОГО НЕОБУЗДАННОГО

Благородному сэру Роберту Редникину посвящается.

После смерти короля Артура, невразумительные легенды и сомнительные домыслы о героических деяниях его и рыцарей Круглого Стола распространились по всему свету и дошли, наконец, до короля Гордоскриба V Необузданного.

Гордоскрибу Необузданному идея с круглым столом очень даже понравилась.

«Решено, — подумал он, — сделаю себе круглый стол, а посередине — с дыркой!»

Позвал приближенных и говорит им:

— Вот что, бездельники, старой жизни — конец. Будем жить по-новому.

Короче, вот тут я стол поставлю круглый, в середине — дырка, там я буду сидеть на крутящемся троне. А вокруг вы будете сидеть в рыцарских доспехах. Вы теперь будете Рыцари Круглого Стола. А я буду над вами король. Имя я себе присваиваю новое — король сэр Роберт Пятый Необузданный. Поняли?..

Ну-ка, герцог Гамзейский, скажи как меня зовут.

— Сэр Роберт, Ваше Величество.

— Не сэр Роберт, а король сэр Роберт. Повнимательнее слушайте, чего я вам говорю. Но, в целом, верно. Молодец. А ты теперь будешь называться рыцарь сэр Динадабр Жестокий. И вы все тоже переименовывайтесь. Ты вот, барон, например, будешь… э-э… Берсульд Увертливый. А ты, граф, отныне именуешься — сэр Саграмуд Благоуханный. На, целуй мне руку. А ты теперь будешь… Тебя как раньше звали?

— Жуилом де Мизье, Ваше Величество.

— Фу! Будешь теперь, де Музей, называтьсяблагородным именем сэр Аббласур Нетронутый. Понял?

— Так точно. Сэр Аббласур Нетронутый, короче, я. Разрешите, Ваше Величество, я на манжете запишу, чтоб не забыть.

— О, это отличная мысль! Надо бы все это записать, а то я и сам забуду, как вы, господа, теперь называетесь. Я составлю список, как кого теперь из вас кличут, и в коридоре повешу. К вечеру чтобы выучили! А завтра, короче, с утра — все за стол.

— Разрешите вопрос, Ваше Величество.

— Ты кто такой?

— Я — герцог Адам Кларусс.

— Будешь теперь — сэр Глеоберис Мутный. Пиши пока на манжете. Ну, что там у тебя за вопрос, сэр Глеоберис Мутный?

— Я, Ваше Величество, интересуюсь, как вы к дырке в столе подлазить будете — по столу или под столом?

— Вопрос по существу. Короче, по столу буду подлазить, понял? — Так точно, Ваше Величество.

— Так как тебя теперь зовут?

— Сэр Глеоберис Мудрый, Ваше Величество.

— Мудрый… Сейчас вот скипетром-то въебу! Не Мудрый, а Нудный!

Глеоберис Нудный. Видали, короля хотел одурачить! Короля сэра Роберта Пятого не одурачишь! Еще вопросы есть?

— У меня вопрос, Ваше Величество.

— Вопрошай, благородный рыцарь, как там тебя?

— Сэр Динадабр, Ваше Величество, Жестокий.

— Так. Погоди. С вопросами к королю рыцарей будете все теперь обращаться таким образом:

вопрошающий снимает шлем, подходит к королю, припадает на одно колено и, прежде чем открыть рот, целует свой меч. После чего обращается к королю рыцарей со следующими словами: «О, король рыцарей сэр Роберт Пятый, я, такой-то такой-то рыцарь, даю слово благородного рыцаря не погрешить против истины, и если я нарушу слово, пусть меня выгонят из-за стола и никогда не пустят обратно.»

Давай, прорепетируем. Давай, как там тебя, сэр, короче, Динажабр, начинай.

— Так у меня же, Ваше Величество, шлема нет и меча тоже.

— На тебе временно мою корону, заместо шлема. А вместо меча — кочергу вон из камина вынь.

— Она же грязная, Ваше Величество. Как я такую грязную целовать буду?

— Ты, ее, дурак, условно поцелуй. Понарошку. Это ж тебе, блядь, не меч! Держи корону.

Сэр Динадабр Жестокий надел корону, сунул за пояс кочергу и отошел в сторону.

— Начинай! — махнул рукой король.

Сэр Динадабр снял корону и, чеканя шаг, подошел к трону.

— На колено! — Приказал сэр Роберт. — И корону давай сюда, тебе она больше не пригодится…Целуй теперь кочергу.

Сэр Динадабр вытащил из-за пояса кочергу и, брезгливо морщась, чмокнул воздух.

— Неплохо. — Одобрил король. — Давай дальше.

— Э-э… О, король рыцарей сэр…э-э…Роберт Пятый, я…э-э…сэр Динадабр Жестокий, даю…э-э…даю, короче, слово…э-э…благородного рыцаря, не погрешить…э-э…против истины и…э-э… короче, пусть меня выгонят из-за стола в случае чего. И…э-э…я никогда туда не сяду.

— Память у тебя, сэр Держабр, нормальная. Ничего не пропустил.

Выкладывай, что там у тебя.

— Ваше Величество, вон тот вон благородный рыцарь сэр Саграмуд Благоуханный выпросил у меня полгода назад карету покататься и до сих пор не отдает.

— Это как это не отдает? — переспросил король.

— Не отдает, Ваше Величество. — Сэр Динадабр развел руками. Не отдает этот сэр Саграмуд и все! Во дворце он меня избегает, а когда я к нему домой приезжаю за каретой, прикидывается, будто его дома нет. А тут недавно ехал он мимо моего дома на моей же карете. Жена моя увидела и кричит ему…

— Не жена, — перебил его король, — а благородная дама твоего сердца леди…Как ее зовут-то?

— Элоиза.

— Вот! Благородная дама твоего сердца леди Элоиза Динадабр. Продолжай.

— Так вот, Ваше Величество, выходит моя…э-э…благородная дама сердца леди Элоиза Динадабр на дорогу и орет этому благоуханному, что де стыда у тебя, граф, нету — на нашей карете мимо нашего же дома фигурируешь. А он, Ваше Величество, мне прямо повторить неудобно, из кареты высунулся и коровой Гамзейской ее обозвал, потом плюнул ей на прическу и кинул куриную кость. Примите меры, Ваше Величество, к обидчику, а то меня моя…э-э…благородная дама Элоиза с этой каретой замучила совсем каждое утро пилит — когда твой собутыльник карету вернет.

Прижимистая баба.

— Так это получается, что благородный рыцарь сэр Саграмуд Благоуханный оскорбил твою благородную даму сердца! — Обрадовался король.

— Выходит так, — согласился Динадабр.

7
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru