Пользовательский поиск

Книга Музыка горячей воды. Содержание - Ты Лилли целовал

Кол-во голосов: 0

Ты Лилли целовал

Вечером в среду. По телику ничего хорошего. Теодору 56. Его жене Маргарет 50. 20 лет женаты, детей не завели. Тед выключил свет. Оба в темноте растянулись на кровати.

– Ну что,- сказала Марджи,- ты меня что, на сон грядущий не поцелуешь?

Тед вздохнул и повернулся к ней. Слегка поцеловал.

– Ты это называешь поцелуем? Тед не ответил.

– Эта женщина в программе очень похожа на Лилли, правда?

– Не знаю.

– Знаешь.

– Слушай, только не начинай ничего – и ничего не будет.

– Ты просто не хочешь ничего обсуждать. Замкнулся в себе, и все. Будь же честен. Та женщина в программе похожа на Лилли, правда?

– Ладно. Кое-какое сходство было.

– И ты поэтому сразу подумал о Лилли?

– Ох господи…

– Не юли! Подумал?

– В какой-то миг – да…

– И тебе стало хорошо?

– Нет, послушай, Мардж, это же пять лет назад было!

– Разве время что-нибудь меняет?

– Я же тогда извинился.

– Извинился! А знаешь, каково мне было? А если б я так с каким-нибудь мужчиной? Как бы тогда было тебе?

– Не знаю. Сделай – и пойму.

– Вот, теперь ты еще и хамишь – Ну ничего себе!

– Мардж, мы это уже обсуждали четыреста или пятьсот раз.

– Когда ты занимался с Лилли любовью, ты целовал ее, как сейчас меня?

– Нет, наверное…

– А как тогда? Как?

– Боже, да прекрати же!

– Как?

– Ну… иначе.

– Как иначе?

– Ну, там была какая-то новизна. Я возбудился…

Мардж подскочила на кровати и заверещала. Потом умолкла.

– А когда ты меня целуешь, не возбуждаешься, так?

– Мы друг к другу привыкли.

– Но вот это и есть любовь: жить и расти вместе.

– Ладно.

– «Ладно»? Что значит «ладно»?

– В смысле – ты права.

– Ты от меня отмахиваешься. Тебе просто не хочется разговаривать. Вот ты живешь со мной уже столько лет. А почему?

– Сам не знаю. Люди привыкают – как к работе. Люди просто привыкают. Случается.

– То есть жить со мной – для тебя работа? Сейчас для тебя – это работа?

– На работу по часам ходишь.

– Ты опять! Мы серьезно говорим!

– Хорошо.

– «Хорошо»? Мерзкий осел! Ты сейчас уснешь!

– Марджи, ты чего от меня хочешь? Уже много лет прошло!

– Хорошо, я скажу тебе, чего я хочу! Я хочу, чтобы ты поцеловал меня так же, как Лилли! Чтобы ты выеб меня, как Лилли!

– Я так не могу…

– Почему это? Я тебя не возбуждаю, как Лилли? Потому что я не новая?

– Да Лилли я вообще уже не помню.

– Что-то да помнишь. Ладно, можешь не ебать! Но поцелуй меня так же, как Лилли целовал.

– Да господи боже мой, Марджи, прошу тебя, отвянь!

– Я хочу знать, почему все эти годы мы живем вместе! Я что, всю жизнь псу под хвост пустила?

– Все так делают – почти все.

– Пускают жизнь псу под хвост?

– По-моему, да.

– Если б ты только знал, как я тебя ненавижу!

– Хочешь развода?

– Хочу ли я развода? Боже мой, как ты спокоен] Ты мне всю жизнь к чертовой матери поломал, а сам спрашиваешь, хочу ли я развода! Мне пятьдесят лет! Я тебе всю жизнь отдала! Куда мне теперь?

– Хоть к черту на рога! Я устал тебя слушать. Устал от твоего гундежа.

– А если б я это с чужим мужчиной сделала?

– Ну и сделала бы. Жалко, что не сделала! Теодор закрыл глаза. Маргарет всхлипнула. На

улице гавкнула собака. Кто-то заводил машину. Машина не заводилась. В городишке Иллинойса было 65 градусов*. Президент Соединенных Штатов – Джеймс Картер**.

Теодор захрапел. Маргарет подошла к комоду, залезла в нижний ящик и достала пистолет. Револьвер 22-го калибра. Заряженный. И вернулась в постель к мужу.

* Около 18 “С.

** Джеймс Эрл (Джимми) Картер (р. 1924) был 39-м президентом США в 1977-1981 гг.

Потрясла его:

– Тед, дорогой, ты храпишь… Потрясла еще раз.

– Что такое?..- спросил Тед.

Она сняла револьвер с предохранителя, приставила дуло к его груди поближе к себе и нажала на спуск. Кровать дернулась, и Маргарет убрала револьвер от груди. Изо рта Теодора вырвался звук, будто он пукнул. Видать, ему не больно. В окно светила луна. Маргарет посмотрела: дырочка маленькая, крови не очень много. Она приставила револьвер к другой стороне груди. Опять нажала на крючок. Теперь муж не издал ни звука. Но еще дышал. Маргарет наблюдала за ним. Потекла кровь. Воняла ужасно.

Когда он умирал, она его почти любила. Но Лилли – стоило подумать о Лилли… об их с Тедом губах, обо всем остальном – и ей хотелось застрелить его снова… Тед всегда хорошо смотрелся в свитере под горло, и зеленое ему шло, а когда пердел в постели, всегда сначала отворачивался – на нее никогда не пердел. Работу редко пропускал. Завтра вот пропустит…

Маргарет немножко повсхлипывала, а потом уснула.

Проснувшись, Теодор почувствовал, будто в груди у него с обеих сторон – по длинной острой камышине. Не больно. Он приложил руки к груди, потом отнял и выставил на лунный свет. Обе в крови.

Он не понял. Посмотрел на Маргарет. Она спала, в руке – револьвер, из которого он сам учил ее стрелять для самозащиты.

Он сел, и кровь из двух отверстий в груди полилась быстрее. Маргарет его застрелила во сне. За то, что ебал Лилли. С Лилли он даже до оргазма не дошел.

Он подумал: я почти что умер, но если удастся от нее сбежать, может, и выкарабкаюсь.

Теодор аккуратно дотянулся и расцепил пальцы Маргарет на рукоятке. Предохранитель был по-прежнему снят.

Я не хочу тебя убивать, подумал он, я просто хочу сбежать. По-моему, я этого хочу по меньшей мере лет пятнадцать.

Ему удалось встать с кровати. Он взял револьвер поудобнее и наставил на бедро Маргарет – на правую ногу. И выстрелил.

Марджи завопила, и он зажал ей рот рукой. Подождал несколько минут, убрал руку.

– Что ты делаешь, Теодор?

Он направил револьвер на бедро Маргарет – на сей раз левое. Выстрелил. Опять заткнул ей вопль рукой. Несколько минут подержал, опять убрал руку.

– Ты Лилли целовал,- сказала Маргарет.

В барабане осталось два патрона. Тед выпрямился и глянул на две дырки у себя в груди. Из правой кровь течь перестала. А из левой ровными толчками била игольная струйка красного.

– Я тебя убью! – произнесла с кровати Маргарет.

– Тебе очень хочется, правда?

– Да, да! И убью!

У Теда закружилась голова, начало подташнивать. Где же полиция? Они же наверняка слышали выстрелы? Ну где же они? Неужели пальбы никто не слышал?

Тед заметил окно. Выстрелил в окно. Он слабел. Упал на колени. На коленях пополз к другому окну. Выстрелил опять. Пуля пробила в стекле круглую дырочку, но стекло не раскололось. Перед ним прошла черная тень. Затем исчезла.

Он подумал: надо убрать отсюда этот револьвер!

Теодор собрал последние силы. Размахнулся и швырнул револьвер в окно. Стекло разбилось, но револьвер упал в комнату…

Сознание к нему вернулось – над ним стояла жена. Взаправду стояла – на двух ногах, которые он ей прострелил. Она перезаряжала револьвер.

– Я тебя сейчас убью,- сказала она.

– Марджи, бога ради, послушай! Я люблю тебя!

– Ползи, лживый пес!

– Марджи, прошу тебя… Теодор пополз в другую спальню. Маргарет шла за ним.

– Так тебя, значит, возбуждало, когда ты целовал Лилли?

– Нет, нет! Мне не понравилось! С отвращением!

– Я тебе эти губешки-то поцелуйные отстрелю!

– Марджи, боже мой!

Она приставила дуло к его губам.

– Вот тебе поцелуйчик!

Она выстрелила. Пуля снесла ему часть нижней губы и нижней челюсти. Сознания он не потерял. Увидел на полу один свой ботинок. Снова собрал все силы и кинул им в другое окно. Стекло рассыпалось, ботинок улетел на улицу.

Маргарет направила револьвер себе в грудь. Нажала на спуск…

Когда полиция выбила дверь, Маргарет стояла посреди комнаты с револьвером в руке.

– Ладно, мадам, бросайте оружие! – сказал один легавый.

6
© 2012-2016 Электронная библиотека booklot.ru